WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Мысль выражает культурное переструктурирование природной жизни чело­веческого индивида, она выступает культурной формой жизни человека. Культура в целом есть форма, в которой человек относится к миру, а мысль есть абстракт­ное резюме этой формы. Уместно в соответствии с историке философской тра­дицией (в частности, неоплатонической) говорить о мыслительной форме, а не о "мысли". Мыслительная форма предполагает культурную оппозицию (опосредование, отношение) человека и мира и выражает собой эту оппозицию.

Абстрагирование в контексте нашей проблемы предстает как отвлечение мыслительной формы от жизни, взятой в синкретичной полноте ее моментов. "Рефлексия над" понимается нами как способность мысленного удержания инди­видуальным человеком целостного понимания своей жизни в качестве основания для отношения к ней. "Рефлексия над" выступает как извлеченность человека из его непосредственного жизненного потока, как "полет", "парение" над ним во имя постоянного согласования частностей бытия с его целым. По существу "рефлек­сия над" есть инвариантный механизм самосохранения индивидуальным челове­ком себя в хаосе жизненного потока.

Сформулируем нашу проблему в уточненных терминах. Как возможно инди­видуальному человеку иметь такую энергийностъ мыслительной формы, выра­жающей целостность его жизни, которая позволила бы ему устойчиво противо­стоять энергийной мощи сравнительно хаотичного и весьма бурного жизненного потока, и активно упорядочивать этот поток ? Как возможна, иначе говоря, ус­тойчивая рефлексия человека над жизнью как фактор постоянного любящего и понимающего согласования всех ее моментов? Постановка проблемы выявляет два акцентированных момента нашего ис­следования.'иыслыотельн>то форму и энергию жизни (жизненных влечений, люб­ви) индивидуального человека. В более широком контексте нас занимает отноше­ние "индивид культура". Ограничения в рассмотрении, накладываемые на дру­гие аспекты жизни {природные истоки, язык), ни в коей мере не означают их иг­норирования и необходимо предполагают их.

Энергийность жизни индивидуального человека, которая нас особенно зани­мает, как можно заключить из предшествующего рассмотрения, это не просто витально определенная энергийность человеческих влечений, любви это энергий­ность над обычными жизненными влечениями. Она "парит" над определенными предметностями обыденного сознания, души, обращенной к повседневности че ловеческого бытия. Она неопределенна и в то же время присутствует во всех 4)рагментах бытия человека, она всегда с ним. Уже эти названные признаки по­зволяют соотнести исследуемый вид энергийности мыслительной формы с фено­меном духа. Естественно и возникновение идеи об онтологической дифференциа­ции мыслительных форм по их предметным определенностям.

Так, в частности, рассматривая познание в свете новой онтологии и диффе­ренцируя поле данности по предметным областям, Н. Гартман отмечает, что "дух как и физическое, дан естественной установке, а так как акты личного духа также в значительной степени оформлены объективным, то преимущество intentio recta переносятся и на его постижение. Если посмотреть все поле данности в его диф­ференциации по предметным областям, то результаты можно представить в виде кривой: данность наиболее сильна в сферах обоих экстремумов, самого нижнего и самого высокого слоев бытия, то есть в предметных полях вещественноматериального и духа. Наиболее доступны духу самое однородное и самое разно­родное с ним, хотя и доступны по весьма различным основаниям и весьма раз­личным образом. Одно так как оно предметно простейшее и прямо представля­ется пяти чувствам. Другое так как оно является непосредственной сферой жиз­ни духа, сферой его постоянных ситуаций, конфликтов и решений. В обеих облас­тях жизненная актуальность одинакова, и поэтому для обеих действителен один и тот же антропологический аргумент о неотложной необходимости постоянно но­вой ориентации. Таким образом, в обоих случаях царство данности становится понятным, исходя из первоначально практического приспособления познания к жизненно необходимому.

Обоим средним слоям существенно характерно иное. Органическая жизнь дана, правда, обеим интенциям, но только опосредованно, а мир души ограничен рефлективной установкой, которая приводит происходящее в душе к объективно­сти лишь частично и преодолевая сильнейшее внутреннее сопротивление.

Таким образом, иерархия апостериорного познания описывает выгнутую кривую. Она начинается на одном конце с максимума содержательной полноты, словно бы в наибольшей близости к объекту. Затем она отдаляется от него в сред­них сферах, достигает наибольшего удаления от него в окрестностях психо­физического пограничного рубежа (между органическим и относящимся к сфере души), при этом одновременно достигает своего собственного минимума. Но на другом конце кривая иерархии вновь приводит обратно к объекту, поднимаясь при этом до своего второго максимума.

Лишь онтологический подход, поняв познавательное отношение как бытий­ное отношение, позволяет постичь это отношение в его встроенности во взаимо­связь жизни. Однако последняя позволяет увидеть его прежде всего в дифферен­циации по предметным областям, которые со своей стороны, тождественны со слоями реального служащими опорой для познающего духа" [9, с.492 4931.

Каждый тип мыслительных форм сопряжен с энергией жизненных влечений (любви) человеческого индивида. В рамках каждого типа предметности мысли­тельных форм существует тенденция к универсализации предметности (к "исчез­новению", к "поглощению" предметности), с которой связано наиболее адекват­ное (в границах данной предметности) обнаружение духа. Ни один тип предмет ности мыслительных форм не обладает исключительным приоритетом перед дру­гими, составляя необходимый неотъемлемый компонент совокупной полноты ти­пов мыслительных форм. "Исчезающая" предметность (в пределе "непредмет­ность", "ничтопредметность") в рамках каждого типа мыслительных форм отно­сительно противостоит как целое данного типа мыслительных форм более пред­метноопределенным мыслительным формам данного типа, предстающим в каче­стве частей этого типа.

В рамках инвариантной совокупности инвариантных типов мыслительных форм "исчезающая" предметность (универсум, "все во всем") как целое этой сово­купности представлена предметностью 4, то есть миром, осознанным как пре­дельно категориальное ничтовсе (бытие). Другие типы предметности мысли­тельных форм в этом контексте предстают как части инвариантной целостной сокупности типов мыслительных форм. Дух как таковой есть предельное пережива­ние (событие предельного напряжения энергии любви как предпонимания, как чувства "всего во всем") индивидуальным человеком опыта исчезающей (пре­дельной, универсальной) предметности в границах предметности4 (на базисе, матрице предметности4). Одновременно с осознанием "исчезающей" предметно­сти в рамках предметности4 (осознание ничто) и универсальным переживанием бытия (всего во всем) индивидуальный человек познает свое Я как уникальность. Это генетический акт, рождение уникума, выходягцего за универсум. Возникает мгновенное триединство слова, духа и Я (Лика). Содержание категории Лика как "места встречи" универсальности и уникальности индивидуального человека глу­боко разработано в философии (Н. Бердяев, П. Флоренский, П. Тейяр де Шарден и другие).

Формула "универсумслово (все во всем) универсумпереживание (всего во всем) Я" как формула генетического акта (начала бытия и событт), формула первоценности (предельного "хронотопа") конституирует следующую за духов­ным рождением судьбу человека, его жизненный путь как цепь испытаний другим и другого собой, понимание себя как другого и другого как себя. Предельно ус­тойчивым (инвариантным) базисом рефлексии индивидуального человека над жизнью является, по мнению диссертанта, формула осознанного основания, кото­рая, если объединить универсальное слово и универсальное переживание, пред­стает в виде универсум Я (Мы, "Я Ты", "Я Другой"). В скобках фиксируется качество, которое становится на "свято место" энергию жизненных влечений вообще (любви как таковой), являясь конституирующей ценностью. Такая трак­товка отношения "универсум Я" предполагает паритетную значимость входя­щих в него моментов (событие). Положения этой рабочей гипотезы нуждаются в дальнейшем уточнении, конкретизации и пояснении. "Исчезающая" предмет­ность, рассматриваемая как тенденция, связанная с универсализацией социокультурного опосредования отношения к миру, присуща каждой из исследуемых предметностей. Она характеризует собой предел исчерпания определенности той или иной предметности.

Энергийный коррелят "исчезающей" предметности мыслительной формы это сверхсублимация (М. Шелер) энергии жизненных влечений (энергии любви), это влечение к ничему (то есть, стремящееся к пределу так сказать возвышение любви, все более становящейся и ставшей самоцелью и потому рвущейся за эту определенную и определенную предметность) в границах любой из рассмотрен­ных предметностей. Это не "возгонка" энергии любви, а (в своей предельной точ­ке) духовно порождающий, генетический акт, осуществляющий радикальную предметную перестройку смысла бытия индивидуального человека. По отноше­нию ко всем четырем типам предметностей, для которых последовательно рожда­ется человек на своем жизненном пути, исчезающая предметность естественно связана с предельной универсальностью предметности4. Соответственно, сверх­сублимация (абсолютное напряжение энергии любви как переживания всего во всем, экстаза) в рамках синтетического (инвариантного) целого предметности мыслительных форм сопряжена с предметностью4. Это выход энергии любви за определенность любой мысли, кроме мысли о бытие. Предельное бытие (любовь как переживание всего во всем) дано вместе с мыслью о бытие (любви). Отделить типы предметностей друг от друга можно только в абстракции, они представляют собой синтетическое целое, заданное синтетическим целым рассмотренных социокультурных опосредователей (орудие, символ, знак, категория).

В рамках синтетического целого предметности мыслительных форм (синте­тической предметности) происходит их внерациональное, бессознательное взаи­моистолкование. Внесознательная взаимодиффузия предметностей этих четырех типов мыслительных форм (вместе с их энергиями) приводит, по всей видимости, к столь же бессознательному (архетипы) доминированию какогото из этих типов, его энергийности. Так как исторически непрестанно совершенствуется социокультурное опосредование, бесконечно варьируя содержание инвариантных типов мыслительных форм, существует постоянная проблема взаимосогласована со­держания предметностей мыслительных форм всех четырех типов. Именно в мо­менте взаимосогласования этих предметностей (и энергийных уровней связанной с ними любви) наиболее очевидна роль предельной мыслительной формы как свя­зующего (абсолютно серединного) звена, предметного инварианта любви. Этот инвариант можно было бы назвать любящим зеркалом. Таким живым любящим зеркалом индивидуальности людей был, к примеру, Сократ родившийся духов­но человек, который как олицетворенная предельная мыслительная форма, связы­вал универсум пережитой им любви как таковой ("даймонион") с индивидуально­стями общающихся с ним сограждан. Опыт его философствования убедительно показал, что именно любовь как таковая неизбежная историческая перспектива развития бесконечного предметного многообразия человеческих влечений. Толь­ко она есть абсолютная точка опоры, (зенит веры) к которой в конечном счете ве­дут все предметно определенные дороги человечества.

Каждая эпоха начинает труд взаимоистолкования четырех типов предметно­стей мыслительных форм сызнова. Поэтому задачей методологического исследо­вания является выработка таких философских средств, которые позволили бы в полной мере отдавать себе отчет о входящих в ситуацию понимания составляю­щих сторонах и их взаимодействии. Четыре типа предметности мыслительных форм характеризуют, по всей видимости, ситуацию предпонимания (предчувствования, предрассудка). К ситуации предпонимания относится, видимо, и механизм взаимоистолкования этих предметностей в рамках синтетического целого, пре дельным выражением которого является предметность4. Предметность4 есть инвариант мгновенного перехода всех предшествующих предметностей друг в.друга (всего во все). Он мгновенно уравнивает их в значимости, в то время как до этого мгновения могла доминировать исчезающая предметность одного из них, подпираемая (сопряженная с) соответствующей сублимацией энергии любви. Иначе говоря, универсумы предметностей1,2,3 своей предметностью определяют (захватывают) сверхсублимацию и тем самым оказываются доминирующими в воззрениях на мир, приковывают универсум любви к себе и превращаются в аб­солютные ценности для человека.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.