WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |

Мотив власти

Власть представляет собой явле­ние многомерное. Феномен власти и неравенство ее распределения между людьми, социальными группами и го­сударственными институтами с дав­них времен порождали столько объ­яснений, обоснований и сомнений, сколько едва ли вызывало какоелибо другое явление. Бертран Рассел [В. Russell, 1938] рассматривал власть как фундаментальное, объ­единяющее все социальные науки объяснительное понятие, аналогичное понятию энергии в физике. Сегодня науки об обществе и поведении в нем еще далеки от того, чтобы сделать

власть центральным объяснительным понятием, хотя тенденция к этому уже намечается повсюду. Феномены власти чрезвычайно сложны, основы­ваются они на повсеместно встреча­ющейся ситуации социального кон­фликта, возникающего изза несовме­стимости целей различных людей или средств их достижения [Р. Swingle, 1970; J. Т. Tedeschi, 1974]. Понятию власти свойствен легкий негативный налет, ибо она обычно связывается с представлениями о принуждении, уг­нетении, насилии или несправедли­вом господстве. Однако в не меньшей степени к этому понятию относятся позитивно или, по крайней мере, ней­трально оцениваемые явления, такие, как законное руководство, авторитет, признанное лидерство, влияние, вос­питание, примирение интересов, груп­повая солидарность [A. A. Berle, 1967].

Прежде чем перейти к рассмотре­нию того, что следует подразумевать под мотивом власти, нам необходимо добиться большей ясности в понима­нии самого явления, называемого властью. В науках об обществе, в частности в социологии и политологии, исследователи заинтересованы, прежде всего, в анализе сложивших­ся отношений власти и их объясне­нии постфактум, в науках же о пове­дении, и в психологии в том числе, акцент ставится, скорее, на исследо­вании процесса использования вла­сти и его предсказаний [В. Н. Raven, R. W. Kruglunnski, 1970; W. E. Pol­lard, Т. R. Mitchell, 1972], Различие взглядов на власть с позиции разных дисциплин станет понятнее из приве­денных ниже определений.

Социолог Макс Вебер: “Власть означает любую закрепленную социальными отношени­ями возможность настаивать на своем, даже при наличии сопротивления, независимо от того, в чем эта возможность выражается” [М. Weber, 1921; цит. по: М. Weber, 1964b, S. 38].

Философ Бертран Рассел: “Власть может быть определена как достижение намеченных эффектов” [В. Russell, 1938, р. 35].

Политолог Р. Э. Дал: “Мое интуитивное представление о власти выглядит примерно так: А обладает властью над В в той мере, в какой он может заставить В делать то, что предоставленный самому себе В не стал бы делать” [R. A. Dahl, 1957, р. 202].Психолог Курт Левин; “Власть b над а можно определить,...как отношение максимальной си­лы воздействия b на а,.. к максимальному сопротивлению со стороны а” [К. Lewin, 1951, р. 336].

Таким образом, во всех случаях о власти речь идет тогда, когда ктолибо оказывается в состоянии побу­дить другого сделать нечто, что этот другой иначе не стал бы делать. Лишь определение Рассела охватыва­ет более широкий круг явлений. Сог­ласно этому определению, любое до­стижение намеченного результата действия уже есть проявление вла­сти—независимо от того, приводит такое достижение к столкновению с другими людьми или нет.

Понимание власти как некоей все­общей способности встречается так­же и в психологии. Каждый эффект, который производит индивид, воздей­ствуя на окружающий его мир (при­чем не только на мир социальных объектов), определяется его властью, понимаемой как способность, сила или компетентность. Такое представ­ление о власти свойственно, как бы­ло показано Хайдером [F. Heider, 1958], наивной теории действия, сог­ласно которой каждое действие вме­сте со своим результатом порождает­ся двумя видами факторов—“могу” (can), основывающимся на отношении власти субъекта (т. е. его сил и спо­собностей) к противодействующим ему внешним силам, и “старанием” (try), т. е. решимостью субъекта дей­ствовать, определяемой тем, сколь­ко он вкладывает в это сил (см. гл. 10).

Мотивационная основа Эта попытка универсального объяс­нения взаимодействия субъекта с ок­ружением с точки зрения теории дей­ствия имеет свои аналоги и в теории мотивации. Ими являются, с одной стороны, теории в духе Уайта [R. Whi­te, 1959; I960], в которых власть (в смысле сил, способностей, компетен­тности) понимается как результат не­которого всеобщего фундаментально­го мотива, с другой—теории типа концепции Адлера [A. Adlier, 1922], выявляющей особый мотив—стремление к власти и к превосходству—из пер­воначальной недостаточности власти. Для Уайта (к его позиции близки также взгляды Пиаже) [см.: Н. Нескhausen, 1976a] компетентность явля­ется результатом функционального “мотива порождения эффекта” (effectance motive), побуждающего субъ­екта постоянно вступать в спор с окружающим миром, в том числе и социальным, ради усовершенствова­ния своей способности к эффективно­му действию. Уайт пишет:



“Точно так же, как ребенок исследует окру­жающий его физический мир, выясняя, что можно сделать с объектами и что те могут сделать ему, он исследует окружающий его мир людей, научаясь тому, что он может заставить людей сделать и чего ему следует от них ожидать” [R. White, 1960, р. 104].

В 2 или 3летнем возрасте, отмечает Уайт, “ребенок достигает такого уровня понимания, когда впервые начинает задумываться о своем месте в семье и вообще о своем отношении к другим людям. До определенной степени он продолжает экспериментировать с примитив­ными формами социальной власти, особенно над другими детьми: он может командовать ими, бить их или угрожать им. Но одновременно он начинает улавливать природу ролей” [ibid., р. 123].

Адлер [А. Adler, 1922] отошел от своего учителя Фрейда, сделав цен­тральным объяснительным принципом своего снискавшего популярность учения о личности вместо сексуаль­ного влечения “волю к власти”. Сог­ласно адлеровской “индивидуальной психологии”, стремлением к совер­шенству, превосходству и социальной власти субъект пытается компенсиро­вать обусловленный своей конститу­цией дефицит власти, воспринима­емый как недостаточность своих спо­собностей (отсутствие маскулинности у женщин, различного рода телесные несовершенства, зависимость ребен­ка от взрослых) и переживаемый как комплекс неполноценности.

Обе попытки построения теории на основе связанной с властью лично­стной диспозиции едва ли оказали влияние на исследование мотивации. Уайтовский “мотив порождения эф­фекта” изза своей чрезмерной обоб­щенности (он мог бы быть основой не только власти, но и других мотивов типа мотивов достижения и аффилиации) и адлеровское “стремление к власти” в силу своей применимости в качестве объяснительного принципа к любым мыслимым индивидуальным различиям чересчур аморфны и многолики. Поэтому, прежде чем вы­яснять основу индивидуальных разли­чий применения власти в одних и тех же условиях, нам представляется не­обходимым выявить общие предпо­сылки использования власти.

Начнем с рассмотрения простейше­го случая, когда некто А использует власть, чтобы повлиять на поведение индивида В. Прежде всего В должен обладать свободой передвижения в психологическом пространстве (в смысле теории поля Левина), т. е. должен иметь возможность сделать нечто отличное от того, чего от него хочет А (и не должен сам по себе хотеть осуществить действие, жела­тельное для А). Чтобы направить дей­ствие В в желательном направлении, А должен ввести в психологическое пространство В дополнительные си­лы, которые бы превзошли все про­чие уже возникшие силы. Проведенный Картрайтом [D. Cartwright, 1959a] анализ различных детерминантов, ко­торые с точки зрения теории поля следует принимать в расчет при по­добных ситуационных влияниях, зна­чительно приблизил нас к достиже­нию понятийной ясности в сфере фе­номенов власти. Наиболее важным является следующее. Для обладания властью А (отдельный человек или социальная организация) должен иметь в своем распоряжении определенный набор потенциальных дей­ствий. Чтобы такое действие можно было считать применением власти к В, т. е. чтобы оно отклоняло суще­ствующие тенденции поведения В в намеченном А направлении, оно должно отвечать определенной мотивационной основе В. В противном случае действие А оставит В равно­душным, не сможет создать в психо­логическом пространстве В никакой новой силы. Сразу же следует отме­тить, что мотивационная основа В, на которую влияет А своим действием власти (то “ранимое место” В, кото­рое этим действием “поражается”), может состоять из любых мотивов последнего. Таким образом, действие власти всегда есть цeлeнaпpaвлeннoe использование, мотивов другого человека, удовлетворяемых или неудов­летворяемых, независимо от их со­держания.





Источники власти Для успешного воздействия на мотивационную основу другого человека применяющий власть должен иметь в своем распоряжении определенные ресурсы, т. е. средства подкрепления, с помощью которых он сможет обес­печить удовлетворение соответству­ющих мотивов другого, задержать это удовлетворение или предотвратить его. Такие ресурсы, особые для каж­дого мотива, мы будем называть ис­точниками власти. Френч и Равен [J. R. P. French, В. Н. Raven, 1959] выделили пять видов источников власти, позднее Равен и Круглански (В. Н. Raven, A. W. Kruglanski, 1970) дополнили эту классификацию еще одним видом (информационной вла­стью) и провели дальнейшую диффе­ренциацию видов власти, исходя из последствий применения власти, свя­занной с каждым из источников, и “стоимости” этого применения [ср. также: В. Н. Raven, 1974]. Мы ограни­чимся лишь кратким перечислением этих источников.

Власть вознаграждения (reward power).

Ее сила определяется ожиданием В того, в какой мере А в состоянии удовлетворить один из его (В) мотивов и насколько А поставит это удовлетворение в зависимость от желательного для него поведения В.

2. Власть принуждения, или наказания (coercive power). Ее сила определяется ожиданием В, вопервых, в той меры, в какой А способен нака­зать его за нежелательные для А действия фрустрацией того или иного мотива, и, вовторых, того, насколько. А сделает неудовлетворение мотива I зависящим от нежелательного поведения В. Принуждение здесь заклю­чается в том, что пространство возможных действий В в результате угрозы наказания суживается. В пре ' дельном случае власть принуждения может осуществляться непосредственно физически, например, когда ребенка, который не хочет ложиться спать, бьют или насильно укладыва­ют в постель.

3. Нормативная власть (legitimate power). Речь идет об интериоризованных В нормах, согласно которым А имеет право контролировать соблю­дение определенных правил поведе­ния и в случае необходимости наста­ивать на них.

4. Власть эталона (referent power). Основана на идентификации В с А и желании В быть похожим на А.

5. Власть знатока (expert power). Ее сила зависит от величины припи­сываемых А со стороны В особых знаний, интуиции или навыков, отно­сящихся к сфере того поведения, о котором идет речь.

6. Информационная власть (infor­mational power). Имеет место в тех случаях, когда А владеет информа­цией, способной заставить В увидеть последствия своего поведения в но­вом свете.

Поведение и власть Теперь мы можем более детально рассмотреть осуществление власти, исходя из позиции применяющего ее субъекта. Прежде всего он должен уяснить себе, какие источники власти он имеет в своем распоряжении, а также принять решение об их исполь­зовании. Одновременно он должен верно оценить мотивационную основу человека, на которого он хочет ока­зать влияние, и правильно, т. е. с точки зрения последнего, определить силу своих источников власти, чтобы в конечном счете избрать наиболее действенную, обеспечивающую наи­более благоприятное соотношение за­трат и результатов, стратегию их ис­пользования [J. W. Thibaut, H. H. Kelley, "1959]. Соотношение затрат и ре­зультатов имеет значение потому, что В может оказать сопротивление воз­действию А и попытаться в свою очередь применить власть. Кроме то­го, проблема соотношения затрат и результатов возникает, как указыва­ют Равен и Круглански [V. H. Raven, А. W. Kruglanski, 1970; В. H. Raven, 1974], в связи с особенностями различных источников власти.

Так, власть, связанная с вознаграж­дением и наказанием, требует от А постоянного контроля за поведением В, кроме того, ресурсы А могут исто­щиться, что может вызвать (или по­высить) враждебность В к А. Исполь­зование власти знатока, информаци­онной власти и власти эталона таких издержек не требует.

Последнее, что должен сделать А, чтобы ему удалось без применения грубой силы использовать свою власть и заставить В изменить свое поведение в желательном для А на­правлении, является перестройка привлекательности решающих для осуществления желательного для А действия основных и побочных след­ствий активности В.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.