WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 |

Философия без сообщества?

М. А. РОЗОВ

Сейчас можно слышать, что наша философия не удовлетворяет требованиям дня, что философам не хватает смелости и творческой инициативы в выдвижении новых идей, что не отказались они еще со всей необходимой решительностью от схоластики и схематизма и не способны поновому, оригинально осмысливать актуальные проблемы.

Упреки, конечно, справедливые, но, увы, не столь уж и новые. Еще в самом начале 80х годов один видный наш философ признался мне, что он давно покупает только переводную литературу, а работы наших отечественных авторов и не покупает, и не читает. “Не без исключения, конечно,— сказал он,— тебя, например, я читаю”. Сказал он это явно из вежливости. “Я тоже тебя читаю!” — ответил я, хотя, честно теперь признаюсь,— не читал.

То, что раньше звучало только в личных беседах, теперь стало достоянием гласности. А раз так, то почему бы не разобраться глубже в сложившейся ситуации? Первый вопрос, который возникает: “Как мы дошли до жизни такой?” Но автору не хотелось бы уходить в глубины истории, анализируя, скажем, ужасы и последствия культа личности. Не потому, разумеется, что это можно сбрасывать со счетов. Нет, нельзя. Но есть и другие процессы, гораздо более современные, есть факторы, которые продолжают действовать и сегодня, на наших глазах. Нам кажется, что то поколение, которое начинало свою научную и философскую жизнь непосредственно после периода культа личности, было в творческом плане активней и интересней, чем поколение, которое сейчас приходит ему на смену. В этом и хотелось бы разобраться.

Забегая вперед, можно сформулировать основной вывод автора. Ни наука, ни философия не существуют, не могут существовать без соответствующего сообщества, без сообщества людей, основные ценностные установки которых связаны с развитием указанных областей культуры. Не учитывать это — значит не учитывать то, что принято сейчас называть человеческим фактором. Казалось бы, все тривиально: философию делают люди, в этом заинтересованные. А есть ли такие люди в нашем Отечестве? Много ли их, если они еще есть? Созданы ли у нас объективные условия для их благополучного существования? Мысль автора в следующем: на протяжении многих лет у нас действуют факторы, неуклонно разрушающие наше философское и научное сообщество. Сохранить философию в этих условиях столь же трудно, как сохранить волны на поверхности высыхающего озера. Но начнем с нескольких предварительных замечаний.

Показания рядового градусника Надо сразу оговориться, что в распоряжении автора нет ни результатов социологических обследований, ни репрезентативных статистических материалов, ни просто точно установленных фактов. Есть только личные впечатления. А можно ли считаться с этими личными впечатлениями? Тут и летающие тарелки, и пришельцы из других миров, и чудовище из озера ЛохНесс... Да мало ли чертовщины основано на личных впечатлениях! Недаром же юристы говорят: врет, как очевидец! Нужны не впечатления, нужны научные факты.

Но, с другой стороны, куда же нам деться от этих личных впечатлений? Да и можно ли без них? Вот висит у нас в комнате градусник, и столбик ртути “усредняет” миллиарды столкновений отдельных молекул. Не похожи ли и мы на этот градусник? Отдельные события, разговоры и реплики, случайные встречи, радости и огорчения, лица людей, всегда чтото выражающие, интонации голоса в тех или иных ситуациях...—все это подобно столкновениям миллиардов молекул постоянно обрушивается на наш мозг и, усредняясь, порождает личные впечатления. Каждый человек—это градусник, помещенный в определенную социальную среду. Хочет он или не хочет, но он эту среду отражает, с его показаниями нельзя не считаться.

А потом представьте себе, что мы выбросили наш градусник и пытаемся заменить его гигантской ЭВМ, которая измеряет и прослеживает движение каждой молекулы в некотором объеме газа... Задача неразрешимая. Но так же и личные впечатления ничем нельзя заменить, ни множеством социологических анкет, ни машинной обработкой статистических данных. Эти впечатления важны сами по себе. И как раз ими автор и хочет поделиться с читателем. Речь идет о показаниях рядового “градусника”, уже много лет подряд испытывающего воздействие нашей философской среды.



Как и каждый градусник, автор не помнит отдельных соударений на молекулярном уровне, он не знает и не может проследить, как именно формировалось его мнение. Правда, в ходе изложения речь пойдет о ряде конкретных эпизодов из жизни автора, об увиденном и услышанном, но это только иллюстрации, случайно всплывающие в памяти. Они не претендуют на то, чтобы быть доказательством. Да и нужно ли доказывать показания градусника? Их нужно фиксировать, сопоставлять с другими показаниями, интерпретировать.

Так что же показывает рядовой философский “градусник”? “Без бумажки ты—букашка”...

В начале прошлого года автору пришлось выступать перед группой аспирантовфилософов. Речь шла об актуальных проблемах современной теории познания. Доклад заинтересовал слушателей, было много вопросов, а потом один из аспирантов неожиданно подвел итог: “Проблемыто интересные, да нам диссертации надо защищать”.

Может быть, этот частный эпизод, взятый сам по себе, и не покажется очень значительным. Но это не так, если его рассмотреть в контексте огромного количества аналогичных событий, разговоров, мнений. Все это многообразие невозможно зафиксировать, здесь надо верить нашему “градуснику”, верить “усредняющему” миллиарды столкновений столбику ртути.

Еще в середине 60х годов директор института, в котором работал автор в качестве младшего научного сотрудника, любил повторять: “Без бумажки ты—букашка, а с бумажкой—человек”. Это говорилось тем, кто еще не защитил кандидатскую диссертацию, говорилось для того, чтобы подогнать, нацелить на защиту. Никого не удивляло, что упор при этом делался на мотивы отнюдь не научные. Это никому не резало слух, ни наставнику, ни его слушателям.

Да и могло ли быть иначе? В нашем научном сообществе давно бытует мнение: раньше надо защититься, а уже потом заниматься наукой. Автор слышал это поучение множество раз, как в адрес других людей, так и в свой собственный. Оно касалось как кандидатских, так и докторских диссертаций, а исходило из уст людей иногда очень и очень уважаемых. Вот один такой разговор, который случайно всплывает в памяти. “Когда ты будешь защищать докторскую?” “Вот решу проблему, и буду защищать”. “Это неправильно! Ты раньше защити, а потом будешь спокойно заниматься своими проблемами!” Диссертация таким образом резко противопоставляется научной работе, раньше диссертация, а потом наука; раньше надо обеспечить себя материально, а потом спокойно работать. Вот и получается: “Проблемыто интересные, да нам диссертации надо защищать!” Звучит это так: “Вы нам про науку рассказываете, а мы аспиранты, нам не до науки!” Парадоксально, но факт! А когда же тогда наукой заниматься? Раньше три года на кандидатскую, потом лет пять, а то и больше, на докторскую, а там и годы прошли, да и привычных стимулов нет. Откуда эти стимулы появятся, если человек 8—10 лет был ориентирован не столько на решение проблем, сколько на карьеру. У него уже инерция — стать профессором, заведовать кафедрой, лабораторией, стать директором... Иллюзия, что можно на несколько лет изменить научным устремлениям ради совсем других и противоположных науке целей, а потом вдруг неожиданно перестроиться. Представьте себе, что юному музыканту говорят: ты раньше побренчи на расстроенном пианино в какомнибудь кабаке, а потом уже будешь становиться Рихтером.

Его Величество Менталитет Но не борется ли автор с ветряными мельницами по примеру небезызвестного рыцаря Дон Кихота Ламанчского? Да, есть отдельные высказывания, есть отдельные мнения, есть в науке отдельные карьеристы... Но не это же лицо нашей философии! Увы, “градусник” свидетельствует, что все не так просто. Перед нами не случайные мнения, не отдельные оговорки. Во всем этом проявляется чтото скрытое, но мощное, чтото гораздо более значительное, чем позиции отдельных людей.

Это таинственное нечто уже давно получило свое имя у историков культуры, его именуют “менталитет”. Это то, что полностью не высказано, не сформулировано, не осознано, но существует и определяет отношение человека к миру. Оно существует на уровне образцов поведения, образцов выбора, на уровне отдельных оценок и предпочтений, которые, не оставаясь гласом вопиющего в пустыне, подхватываются другими людьми и формируют незаметно их сознание. Это некоторая традиция, которая подобно мощному потоку увлекает людей и незаметно заставляет их делать и говорить то, что делают и говорят другие, создавая при этом иллюзию естественности и безусловности собственного поведения.





Отдельный человек чаще всего не в силах этому противостоять. Его бессилие даже возводится в принцип. “Нельзя жить в обществе и быть свободным от общества!”—сказал автору один уважаемый наш философ в контексте разговора о защите докторской диссертации. Речь шла опятьтаки о том, что надо раньше защищать, а потом уже решать проблемы. Противоположная позиция представлялась говорящему наивной, нереалистической, бесперспективной, если хотите, позицией Дон Кихота. Нет, Дон Кихот не тот, кто придает глобальное значение отдельным оговоркам и частным мнениям, Дон Кихот — это тот, кто этого глобального значения не замечает. Он не замечает мощного потока, хотя вотвот уйдет в него с головой.

“Менталитет” это только одно из возможных названий. С мощной силой нигде четко не высказанных, не сформулированных, но действующих социальных традиций мы сталкиваемся повсеместно. “Традиция,— писал Энгельс,— является могучей силой не только в католической церкви, но и в естествознании” [1 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. т. 20, с. 352.]. Но, встречаясь с этой силой в разных ситуациях, образно говоря, в разных “гостиных”, мы далеко не всегда осознаем, что имеем дело с одной и той же персоной. В одних “гостиных” ее именуют неявным знанием, в других— парадигмой, в третьих она выступает в поэтическом обличье идейной пыльцы. “Иногда мне кажется,— признался Фолкнер в одном из интервью,— что в воздухе носится своего рода идейная пыльца, которая оплодотворяет близкие по складу умы здесь и там без какоголибо прямого контакта между ними” [2 Фолкнер.У. Статьи, речи, интервью, письма. М., 1985, с. 121]. “Пыльца” — это очень нежный образ. Но такая пыльца летит, летит, и на ее пути вырастает лес.

Фундаментальный механизм жизни традиций — это социальные эстафеты, то есть воспроизведение деятельности и поведения по непосредственно заданным образцам. Образец — это не безобидная вещь. Еще Диккенс отмечал, что публичная смертная казнь не уменьшает, а увеличивает количество преступлений, ибо являет собой образец убийства человека человеком. Вот такова сила образца! Казалось бы, семантика казни многократно разъяснена и должна быть достаточно очевидной: это наказание, устрашение, это должно отвратить от повторений... Не тутто было! Образец задан, он требует воспроизведения, и его воспроизводят. Социальные эстафеты, точно волны, катятся от поколения к поколению, неуклонно определяя нашу культуру, науку, повседневную жизнь.

Возьмем для примера хотя бы наш язык или, точнее, речь. Говорим ли мы по какимлибо правилам? Казалось бы, да, ибо эти правила можно даже сформулировать в виде грамматики языка. Но знает ли эти правила носитель языка, тот, для кого данный язык является родным? Конечно, имплицитно эти правила как бы присутствуют в его речи, при явном отклонении от них его ухо чувствует диссонанс. Он может исправить плохо построенную фразу и заменить ее правильной. Но попросите носителя языка сформулировать правила грамматики, и вы легко убедитесь, что он не может этого сделать. Никаких правил у него нет, он действует в рамках социальных эстафет, им движет языковая среда, которая с первых лет жизни поставляет ему образцы речевой деятельности.

Менталитет — это столь же мощная сила, как и “правила” языка. И если вы попытаетесь уклониться от этих правил, вас тут же поправят. Именно это и имел в виду мой авторитетный наставник, говоря, что нельзя жить в обществе и быть свободным от общества. Главная цель — защита диссертации, а если ты поступаешь противоположным образом, то это то же самое, что неправильно построенная фраза. Тебя поправят, тебя не поймут, упорствуя, ты будешь выглядеть чудаком, белой вороной, окружающие будут пожимать плечами...

Pages:     || 2 | 3 | 4 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.