WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 ||

§ 53. Резюмируя сделанные выводы, можно утверждать, что мы получили следующую классификацию представлений.

Представления А. адекватные в широком смысле В. неадекватные в широком смысле А. Адекватные представления в широком смысле.

I. адекватные II. квазиадекватные а. абсолютно b. относительно а. вторичные b. имагинативные (впечатления) (наблюдаемые воображения) б. репродуктивные в.продуктивные б.о предметах в.о предметах имагинативных воспроизведенных В. Неадекватные представления в широком смысле III. Неадекватные IV.квазинеадекватные (эмпирически пустая группа) а.относительно b.абсолютно (схематические) (символические) Таким образом, мы получили классификацию представлений, в которой были учтены также имагинативные воображения. [47 Более поздние исследования не наглядных представлений вызвали во мне убеждение, что среди абсолютно неадекватных представлений, названных здесь "символическими", следует различать две группы, а именно — символические представления (например, смерти при помощи скелета) и знаковые (например, Бога при помощи выражения "Бог"). См. авторефераты докладов "К вопросу о психологии схематических и символических представлений", прочитанных в Польском Философском Обществе ("Ruch Filozoficzny", T.XI). Однако эти различия проведены не на основании отношения представляющего содержания к предмету, которое согласно с приведенной выше классификацией у обоих видов аналогичное (в частности, абсолютно неадекватное), но с учетом различия в отношении символизирующего resp. обозначающего предмета к символизируемому resp. обозначеному. К различению имагинитивных, схематических, символических и сигникативных представлений меня склонили также исследования, затрагивающие психологическую репрезентацию и представленные в докладе "О видах психологической репрезентации", прочитанном в Польском Философском Обществе (см. автореферат в "Ruch Filozoficzny", T.XII).] (Там, где "адекватный" и "неадекватный" фигурируют вне конкретных определений, речь идет о их значении в узком смысле, т.е. об адекватных resp. неадекватных представлениях, не являющихся квазиадекватными resp. квазинеадекватными).

§ 54. Следовало бы также спросить, могут ли предметы представлений одного вида быть также предметами представлений иного вида. Это несомненно. Итак, физические предметы, например, дом могут быть в равной мере предметами представлений Ib, IIa, IIb, IVa, IVb, вспомогательные же понятия естественных наук, такие как атом, молекула — IVa, IVb. Однако есть и такие предметы, например, категории следствия, ценности, субстанции, которые могут быть только предметами абсолютно неадекватных представлений. Я предполагаю, что здесь существуют определенные законы, благодаря которым можно было бы создать иерархию предметов, начавши с тех, которые могли бы быть только предметами абсолютно неадекватных представлений. Так, например, можно утверждать, что реальные предметы могут быть предметами адекватных представлений, квазиадекватных и квазинеадекватных, фиктивные же предметы — предметами квазиадекватных и квазинеадекватных [48 Фиктивные предметы можно определить как предметы, способные быть исключительно предметами квазиадекватных представлений и квазинеадекватных.], предметы общие, отрицательные [negatywne], противоречивые, а также великое множество таких предметов как консерватория, культура, наука, религия, месяц, изменение, новость, одиночество и т.п. [49 О всех этих предметах я говорю как об интенциональных эквивалентах представлений, не признавая за ними в соответствии с реизмом, провозглашаемом Котарбинским, существования.] могут быть исключительно предметами квазинеадекватных представлений. В первой группе (реальных предметов) существуют такие предметы, которые могут быть только предметами относительно адекватных представлений и никогда предметами абсолютно адекватных представлений, например, глыбы. Предметы третьей группы делятся на такие, которые могут быть предметами относительных и абсолютных квазинеадекватных представлений, и на такие, которые могут быть исключительно предметами абсолютно квазинеадекватных представлений. Этот вопрос следовало бы систематически разработать. [50 В выше упомянутых докладах я старался обосновать, что с учетом большей или меньшей наглядности представления можно упорядочить следующим образом: 1) впечатления, 2) наблюдаемые воображения, 3) воспроизводящие воображения, 4) производящие воображения, 5) имагинитивные воображения, 6) схематические представления, 7) символические представления и 8) сигнитивные представления. Предемет, способный быть интенциональным предметом какоголибо из видов представлений, может быть интенциональным предметом всех прочих, последующих в приводимом выше ряду.] § 55. Если речь идет об отношении этой классификации представлений к делению представлений на воображения и понятия, то отношение это можно охарактеризовать следующим образом: Воображения — это относительно адекватные и квазиадекватные представления, а именно наблюдаемые, репродуктивные, продуктивные и имагинативные. Понятиями же являются квазинеадекватные представления, а именно: относительно квазинеадекватные — схематическими понятиями, а абсолютно квазинеадекватные — символическими понятиями. На отличие этих двух видов понятий не обращается надлежащее внимание, что, возможно, является причиной трудностей определения понятия. Поэтому здесь я ввожу новый термин "схематическое представление", несмотря на то, что считаю необходимым это делать очень редко.

Таким образом, вне сферы воображений и понятий остались только абсолютно адекватные представления, являющиеся впечатлениями (в значении актов демонстрации, а следовательно относящиеся к виду представлений, но не в значении чувственного содержания). В нескольких словах я это бегло обосную. Различие между воображением и понятием в сущности заключено в различии взаимного отношения представляющего содержания и предмета в обоих представлениях этого вида, а следовательно в адекватности или неадекватности представляющего содержания по отношению к предмету. Для впечатлений, а следовательно для абсолютно адекватных представлений отсутствует различие между представляющим содержанием и предметом; "представляющее содержание" и предмет здесь идентичны. Поэтому представления я поделил бы на пассивно воспринимающие, акты сугубо чувствования или впечатления, и на активные акты, "интерпретирующие" представляющее содержание. Я скажу, что акт не только пассивно воспринимает, но деятельно "интерпретирует" представляющее содержание, точнее — создавая для него чувственные содержания, если в психическом содержании акта я наделяю интенциональный предмет большим числом свойств или иными, чем к этому обязывает представляющее содержание.

§ 56. И еще одно замечание в связи с этими выводами. Все психические акты, как это справедливо утверждает Брентано, являются представлениями, или основываются на представлениях. Можно также согласится с принципом Аристотеля, что все представления являются наглядными представлениями или основанными на наглядных, если под наглядным представлением понимать представление совершенно наглядное, а следовательно абсолютно адекватное, т.е. впечатление, поскольку все прочие представления обладают представляющим содержанием, составленным из чувственного содержания, формируемого исключительно посредством воспринимаемых ощущений. [51 Сделанные выше выводы верны только при том условии, что вообще не существует случаев ненаглядного представления, что некоторые отрицают.] Однако принцип Аристотеля может быть не верным, если под наглядным представлением мы будем понимать воображение в выше очерченном смысле. Ведь понятия, как кажется, иногда требуют в качестве психологического основания только восприятия чувств, а не интерпретируемых воображений.

Поэтому из принципа Брентано и Аристотеля можно сделать вывод, что каждый психический акт является чувством, или же непосредственно или опосредованно основанном на чувстве. Однако это не сенсуалистическая позиция, хотя бы уже с учетом того, что она признает также интроспективные чувства.

Наши рассуждения подошли к концу. С учетом того, что проходили они по новой для дескриптивной психологии территории, весьма правдоподобно, что в отдельных вопросах, как и в отношении главных тезисов будет необходима модификация по существу, или по крайней мере, уточнение высказанных в этой работе утверждений. Поэтому целью сделанных в ней выводов не является убеждение читателя, но стремление вызвать заинтересованность затронутыми проблемами. [52 Как кажется, к частично похожим результатам пришел эстет Юлиус Пап, книгу которого "Kunst und Illusion" (Лейпциг, 1914) я получил после передачи настоящей работы в печать. Результат своих исследований Пап резюмирует следующим образом: Meine haupsachlichen Aufstellungen sind die folgenden: die polare Gegensatzlichkeit der normalen und der ekstatischen KunstIllusion; der reine Formcharakter der ersten, ihre relative Erlebnisfrische; ihre Verwandtschaft mit bestimmten naturlichen Tatsachen; die streng zu verstehende Mittelstellung der normalen Illusion zwischen aktueller und vorstellungsmassiger Funktion, zwischen Fantasie und wirklichen Leben; die biologische Mittlerrolle der Kunst. Die ekstatische Illusion erklare ich als formal abstraktere Kategorie, in der alle Unterschiede von Sinnlich und Unsinnlich, Echt oder Unecht aufgehoben erscheinen; ihre objektive Entsprechung finde ich in der die Natur aprioristisch umbildenden Darstellungsweise, im Stil. Absolute Neuheit nehme ich fur keines dieser Ergebnisse in Anspruch".(S.161/2). У меня создалось впечатление, что то, что Пап называет "normale KunstIllusion" частично схоже с тем, что я называл "имагинитивным представлением". К этому меня склоняет то обстоятельство, что этот автор считает, что здесь мы имеем дело со своеобразным видом воображений, являющихся чемто средним между наблюдением и вторичным воображением (S.12). Кроме того, общих [для обеих робот] мест мало (ср., например, стр.22, 27, 35), поскольку понятийный материал, при помощи которого я описал и определил имагинитивные представления, не знаком Папу. Отсутствует у Папа также выделение двух отношений к предмету, а тем самым двух видов имагинитивных представлений. О "normale KunstIllusion" Пап говорит вначале только по отношению к рассматриванию цветовых, натуралистических изображений, а тем самым в менее широкой области, нежели я это делал по отношению к имагинитивным представлениям. Он не считает, что она [KunstIllusion] появилась бы в чистой форме в театре и т.п. (см. стр.8990). Сильно расходится с основными интенциями настоящей работы утверждение Папа, что аналоги т.н. "normale KunstIllusion" существуют также, например, при представлениях предметов, видимых с большого расстояния, в тумане или мгле, скрытых за полупрозрачными ширмами, при представлениях близоруких людей и т.п., а также отрицание того, будто бы такие аналоги имели место при разглядывании незамутненного зеркала (стр.57 и пр.).

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 ||




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.