WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 22 |

http://www.agnuz.info/library/books/bruk_vozrojdenie_12v/

Кристофер Брук

ВОЗРОЖДЕНИЕ XII ВЕКА

Перевод и комментарии: Панасьев А.Н.

СОДЕРЖАНИЕ I. ПРОЛОГ.

Возрождение XII века: постановка проблемы Обзор тем, обсуждаемых в этой книге, и литературы к ним II. ЭЛОИЗА И АБЕЛЯР.

Религиозное чувство в двенадцатом веке Автобиография Петра Абеляра Абеляр и учебные заведения Логика Теология Элоиза III. ИОАНН СОЛСБЕРИЙСКИЙ Книги Иоанна Письма Иоанна и «гуманизм» Иоанн как историк IV. МАСТЕР ГРАТИАН БОЛОНСКИЙ Каноническое право Decretum Закон о браке V. ТЕОФИЛ, ГИЛЬБЕРТ И СЮЖЕР Романский и Готический период Патрон, архитектор и художник Происхождение Готики Теофил и монастырское искусство Отэн и Гильбертскульптор Кентербери и Вильям из Санса СенДени и Аббат Сюжер Пуританизм XII века: Цистерцианцы Цистерцианские влияния в проектировании церквей Местные и космополитические элементы в архитектуре и искусстве XII века СентОлбанская Псалтырь, Генрих Блуасский и Византийские влияния VI. ДЖЕФФРИ МОНМУТСКИЙ. ВАЛЬТЕР МАП. ВОЛЬФРАМ ФОН ЭШЕНБАХ Вольфрам и теология XII века Король Артур и Джеффри Монмутский Вильям Мальмсберийский и Эдмер Святой Грааль и Вальтер Maп Кретьен де Труа и куртуазная любовь «Тристан» Готфрида Страссбургского «Парцифаль» Вольфрама VII. ЭПИЛОГ Конец возрождения XII века Профессор К.. Брук возглавлял кафедру истории в колледже Вестфильд (Лондонский университет).

В этой книге сделана попытка рассмотреть культурные процессы двенадцатого столетия и проинтерпретировать их. Нельзя обойтись перечислением голых фактов без их интерпретации, однако нас интересует такая интерпретация, которая приоткрывает окно в XII век, а не является препятствием, которое не позволило бы читателю проникнуть в тот далекий мир. В книге рассматриваются явления культуры, тема за темой: школы, образование и теология; Латинская литература, художественная и иная, гуманизм; каноническое право и организация Церкви; архитектура и искусство; литература на национальных языках и ее связи с Латинской культурой и школами. Каждая из этих тем выстроена вокруг той или иной из центральных фигур возрождения XII века Абеляра, Иоанна Солсберийского, Мастера Гратиана, Гильберта Скульптора и т. п. Весьма опрометчиво посвящать небольшую книгу большой проблеме. Моим единственным оправданием является надежда, что эта книга разбудит интерес читателя и поможет ему найти пути дальнейшего самостоятельного изучения феномена возрождения XII века.

I. ПРОЛОГ Возрождение XII века: постановка проблемы Если бы потребовалось дать ответ на вопрос: кто был самым влиятельным историком XII века? скорее всего, был бы назван Джеффри из Монмута1, автор «Истории королей Британии», книги, завершенной около 1138 г. Рассказывая о событиях, которые могли бы быть датированы приблизительно IV веком до Р. X., Джеффри повествует, как династия короля Лира наконец прервалась и «благодаря своей доблести выдвинулся молодой человек по имени Дунуалло Мольмуций (Дунваллон Мальмуций), который под своей властью снова объединил Британию». «Этот правитель установил законы, которые Бритты называют Мольмутинскими законами и которые почитаются англичанами до сего дня. : В них, среди прочих, описанных Св. Гильдасом много лет спустя, он установил, что храмы богов должны иметь привилегию предоставления убежища..; подобное же право давалось дорогам, ведущим к этим храмам.., и полям, вспаханным плугом земледельца....Наконец, после сорока лет правления, проведенных в таких трудах и мудром правлении, он умер и был похоронен в городе Триновантуме, около храма Согласия, который он сам же и построил, надеясь на то, что храм станет залогом соблюдения законов...» Далее Джеффри описывает, как дело Мольмуция было продолжено его сыном и наследником Белинусом (Белином), который построил дороги из камня и строительного раствора, протянувшиеся во всю длину острова, и дал этим дорогам особые привилегии и права. «Но если кто пожелает узнать все, что он распорядился сделать в отношении дорог, пусть почитает Мольмутинские законы, которые Гильдасисторик перевел с британского на латынь, а Король Альфред на английский».

Книга Джеффри была написана человеком, обладавшим проницательным взглядом на то, что дошло до него из прошлого, особенно из Римского прошлого; он обладал также обширными познаниями в древней и не столь древней литературе, что было важно, так как обращался он к аудитории, интересовавшейся прошлым и уважавшей это прошлое, но мало знавшей о нем. Книга была написана в стиле серьезного исторического труда и претендовала на статус серьезного исторического труда, и в основном таковым она и воспринималась. И все же рассказ Джеффри о Мольмуции и его сыне представляет собой беззастенчивую выдумку, хотя каждая строка рассчитана на то, чтобы возбудить воображение любителя истории, ибо «История» Джеффри представляет собой смесь воспоминаний из реального прошлого, умело помещенных в новый исторический контекст. Книга удалась; ее успех, как я полагаю, превзошел все его ожидания, ибо книга эта, которая задумывалась как серьезный исторический труд и которая, как он надеялся (возможно, и не слишком надеялся), будет читаться именно как серьезный исторический труд, оказалась в итоге значительным произведением художественной литературы. Каждая строка в этой книге отражает интерес англичанина XII века к прошлому и его уважение к этому прошлому, и каждая строка отражает также эпоху, в которой возникла совершенно новая способность к созданию и восприятию художественной литературы литературы, порожденной воображением.



Столетие спустя ученый монах по имени Вильям ФитцСтивен взялся писать биографию своего патрона Св. Томаса Беккета, который принял мученическую смерть. И Вильям, и Томас родились в Лондоне, и Вильям воспылал такой фанатической любовью к величайшему из английских городов, которая была сродни той любви, которая позволила уже в XV веке, в эпоху Ренессанса, итальянским городам украситься шедеврами изобразительного искусства и архитектуры. ФитцСтивен писал: «Платон дал описание устройства Государства в одном из своих диалогов; Саллюстий описал положение в Африке в своей «Истории» в то время, когда Карфаген поднялся против Римлян.., а я сейчас опишу месторасположение Лондона и состояние дел в нем в то время, когда там пребывал Св. Томас».

ФитцСтивен писал безо всякого лукавства, и все же существует более чем достаточно свидетельств того, что он (подобно большинству его современников на Западе) ничего не знал из первых рук о диалоге Платона «Государство» и не читал (уже хотя бы этим отличаясь от многих историков XII века) Саллюстия, а если всетаки и читал его сочинения, то наверняка позабыл, о чем там шла речь. В мире ФитцСтивена можно было встретиться как с искренним почитанием прошлого, языческого и Христианского, неподдельным интересом к классической латинской литературе и ее несомненным пониманием, так и с поразительным невежеством, причем широко распространенным. То был мир, в котором человек мог поинтересоваться происхождением тех или иных высокочтимых законов, обычаев и установлений, а затем слушать, как Джеффри будет подробно рассказывать о законах Мольмуция, которые, по его сообщению, были все еще хорошо известны и почитаемы, затем сглотнуть, как все мы делаем, когда неожиданно обнаруживаем свое собственное глубокое невежество, и сказать: «А, законы Мольмуция, ну конечно, конечно».

Не всех, однако, можно было легко ввести в заблуждение, и Джеффри, выдумщик и пародист, был, в свою очередь, спародирован сатириком Мапом, а проницательность, с которой люди вроде Мапа вникали в принципы сложения прозы Джеффри, помогает прояснить, почему творчество Джеффри служило в XII веке источником вдохновения. Величайшим созданием воображения Джеффри был Король Артур. И тут, в отличие от всего остального, Джеффри основывал свой рассказ на немногих, но достаточно твердых фактах. Еще до того, как он написал свою «Историю», Артур как персонаж был довольно хорошо известен: он выступал в качестве героя многих Бретонских лэ; один итальянский скульптор вдохновлялся образом Артура, а в некоторых частях Европы дети получали при крещении его имя. Но именно Джеффри ввел Артура в космополитический литературный мир XII столетия, представив его как почтенную личность, приемлемую для любого королевского двора, кроме валлийского; Джеффри также впервые дал схему, по которой легенда могла позже становиться основой для художественного вымысла. Прямая линия восходит от смелого заявления Джеффри, приписывающего тогдашнее знание древних Мольмутинских законов Гильдасу и Альфреду, к «Парцифалю» Вольфрама, в котором автор (т. е. сам Вольфрам) журит француза Кретьена де Труа (произведения которого, собственно, и были главным источником Вольфрамова повествования) за то, что тот не так, как следует, излагает соответствующий сюжет, а затем Вольфрам заявляет, что он подправил его с помощью Киота из Прованса, «который дал нам правильную фабулу» в переведенном с арабского сочинении. Интерес писателей XII века к прошлому, особенно классическому прошлому, совмещал большую наивность и высокую изощренность. То же самое можно сказать и об изысканных придворных рыцарских романах конца XII начала XIII столетия. Весьма маловероятно, что Вольфрам сам читал сочинения Джеффри, но он впитал поразительно много из той культуры, которая относилась к миру Джеффри, несмотря на то, что почти всю жизнь прожил в обнищавшем поместье на юге Германии; в богатую ткань его сочинений вплетены отголоски и реминисценции теологических идей различных школ мысли XII века и литературных произведений, созданных при французских дворах.





Являлась ли цивилизация Христианского мира XII века по своей глубинной сути производной или творческой? В какой степени была она продуктом европейского опыта или результатом контактов с арабским миром, столь привлекавшим воображение Вольфрама? Доминировала ли в ней латинская культура учебных заведений или французская культура Анжуйского двора? Какой вклад различные части Христианского мира внесли в нее? Таковы некоторые вопросы, естественно возникающие даже при беглом взгляде на интересующую нас проблему; таковы темы этой книги.

Обзор тем, обсуждаемых в этой книге, и литературы к ним Сразу же следует ясно заявить, что выражение «Возрождение XII века» не имеет четко определенного значения. В нем имеются оттенки, и эти оттенки исключительно важны для понимания той волнующей эпохи человеческой истории. Мы все еще далеки от полного понимания глубины той любви, которую люди того времени испытывали к античности; далеки мы и от полного понимания смысла гуманизма XII века. Историки любят использовать ярлыки, и в руках мастера своего дела такие ярлыки могут насыщаться вполне реальным значением. Буркхардт насытил таким реальным смыслом (по крайней мере, на какоето время) Ренессанс XV века, а некоторые историки умудрились придать реальный смысл даже такому термину, как «феодализм». Но большинство дискуссий по поводу этих и подобных терминов скатывается в иссушающее копание в семантике и теряет всякую связь с реальным ходом событий и человеческих деяний. Свидетели этого Армагеддона, который вздымал одну лишь книжную пыль, делали даже попытки поставить под сомнение сам факт существования того или иного явления, на которое навешивался ярлык. И все же, как ни трудно дать определение тому явлению, которое имело место в Италии в XV веке, сколь ускользающим ни было бы его «существо», оно, бесспорно, являлось одним из величайших взлетов человеческого духа. И в XII веке подобные взлеты наблюдались в духовной и культурной жизни, философской и теологической мысли и искусстве. В одной из статей по английскому вкладу в возрождение XII века Р. В. Сазерн решительно отказывается и это весьма показательно от каких бы то ни было дальнейших семантических рассуждений, указав на их «возвышенную бессмысленность».

Следуя в том же направлении, мы можем выделить те элементы в культурной жизни XII века, которые связывали ее с эволюцией в теологии они видны в методах теологической дискуссии и систематизации теологической мысли; в логике и грамматике; в каноническом праве; в искусстве, архитектуре и в поэзии на национальных языках. Огромная программа для нашей небольшой книжки! Но мы должны постоянно помнить об этих элементах, если мы хотим хоть в малой степени отдать должное богатству темы нашего исследования. Подход к ней определяется еще двумя проблемами. Культурная деятельность XII века была космополитичной, центром развития некоторых из ее элементов явно была Франция, но при этом и каждая часть Европы вносила свой собственный вклад даже Англия.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 22 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.