WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 21 |

МОСКОВСКИЙ ОРДЕНА ЛЕНИНА, ОРДЕНА ОКТЯБРЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ И ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ М.В.ЛОМОНОСОВА

ФИЛОСОФСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

На правах рукописи

КРАСНЕНКОВА Ирина Петровна

УДК 1 МИ

ПРОБЛЕМА ЧЕЛОВЕКА В ПРАГМАТИЗМЕ У.ДЖЕМСА

Специальность 09.00.03

история философии

Д И С С Е Р Т А Ц И Я

на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Научный руководитель доктор

философских наук, профессор

МЕЛЬВИЛЬ Ю.К.

Москва 1991 2 СОДЕРЖАНИЕ Стр.

В В Е Д Е Н И Е 3 Глава 1. ЧЕЛОВЕК В "ПЛЮРАЛИСТИЧЕСКОЙ ВСЕЛЕННОЙ" 21 § 1. Историкофилософский контекст проблемы человека в прагматизме У.Джемса 21 § 2. Парадоксы "плюралистической вселенной" 37 а) Опыт 41 б) "Жизнь" 46 в) Критика "порочного интеллектуализма" г) Человек и его пространство, время, движение § 3. Человек и социальная среда Глава 2. "ПРЕИЗБЫТОЧНОСТЬ" ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПРИРОДЫ § 1. У.Джемс основоположник нового "учения о религии" а) Религиозность науки и интеллектуализм религии б) "Примиряющая гипотеза" § 2. "Второе рождение человека" а) "Однажды рожденный" ("once born"), или психический тип оптимиста (иллюзия абсолютной индивидуальной свободы) б) "Дважды рожденный" ("twice born"), или психический тип пессимиста (избавление от абсолютной индивидуальной свободы) в) "Высшее Я" человека 3 А К Л Ю Ч Е Н И Е Б И Б Л И О Г Р А Ф И Я В В Е Д Е Н И Е Россия прошла в 20ом веке трагический путь потери своих философских корней: 1922 год черными буквами вписан в нашу историю культуры. Подавленность живой философской мысли идеями ортодоксального марксизма, о чем писал в своих дневниках еще в 20е годы Владимир Вернадский, невозможность создания самостоятельных философских школ и направлений, изучение западной, американской философии только в плане критики буржуазной философии, отсутствие переводов на русский язык выдающихся произведений европейских, американских авторов все это далеко неполный перечень тех ограничений и потерь, которые формировали культурную атмосферу в нашей стране последние семьдесят лет. Конечно невозможно, и этому живой пример наше отечество, убить окончательно живую мысль, подвести под общий знаменатель, как это делал салтыковщедринский Топтыгин (да и тот опростоволосился: "чижика съел"), живую, во многом алогичную систему человек. Духовная сторона жизни внутреннего человека всегда ускользала и будет ускользать от всевидящего ока правителей каких бы то ни было режимов. Историкофилософские исследования в нашей стране во многом оказались бегством от примитивизма в постановке философских проблем в условиях господства одной, общей для всех идеологии. Но даже в историкофилософской области оставались "неудобные" темы. Дискуссии 60х годов по проблемам "идеального" и "отчуждения", появление в конце семидесятых годов книг по проблемам средневековой патристики это был своего рода прорыв к "запретным" темам исследования в философии после долгих лет невидимых запретов, наложенных на них. Но оставалось еще немало "закрытых" тем исследования; только в последние годы в связи с изменением политической атмосферы в стране появилась возможность прочитать своих же отечественных философов и глубокие критические работы, как, например, книга А.Лосева о В.Соловьеве, об этих же философах.

В том контексте жизни и культуры, который я коротко попыталась представить, прагматизм в американском варианте был "неудобной" концепцией для исследования, американский прагматизм в лице наиболее ярких своих представителей: Ч.Пирса, У.Джемса, Дж.Дьюи с одной стороны, был удобным объектом для критики в плане его индивидуалистской трактовки опыта в противовес марксизму, но, с другой стороны, нельзя было не считаться с привлекательностью его теологических идей, связавших теологию с эмпирией. До сих пор мы не имеем переиздания книги У.Джемса "Многообразие религиозного опыта", изданной журналом "Русская Мысль" в 1910 году, так же как и других его известных работ.



Американский прагматизм нарушал сложившуюся в нашей стране за годы советской власти идеологическую версию связанности религиозного сознания с неким социальным пассивом, тогда как, в особенности это отличало прагматические идеи У.Джемса, американская философская мысль конца 19го начала 20го века связывала способность человека верить с социальной активностью, нарастающей в зависимости от глубины человеческих верований (убеждений).

Свою главную задачу я вижу в том, чтобы вновь как бы заново открыть русскому читателю идеи У.Джемса в наиболее привлекательной их части: проблеме человека. Я не ставлю себе задачу исчерпывающей оценки такого глубокого, разностороннего мыслителя, каким являлся У.Джемс, но мне хотелось бы как бы проиграть собственную версию того комплекса идей Джемса, который пронизывает все его работы от самой незначительной статьи до "Плюралистической вселенной". Не будет моим открытием заявить, что объединяющей идеей работ У.Джемса является проблема человека, но всетаки остается нерешенной проблема специфики антропологизма У.Джемса, проблема доказательства, что раскрытие сущности человеческой природы действительно объединяет, а но разъединяет труды Джемса, в числе которых и уникальные по своим задачам философскопсихологические работы.

Какова версия человека У.Джемса, каков статус человеческой природы в "плюралистической вселенной", я и попытаюсь охарактеризовать по море своих сил и возможностей.

"Если бы Северная Америка была поглощена океанскими волнами, подобно легендарной Атлантиде, кого из мыслителейтворцов мы смогли бы предъявить, из тех кто пережил бы нас в памяти человечества? В числе четырех или пяти имен, которые легко приходят на ум, одно это Уильям Джемс"1, так писал в предисловии к работе "Уильям Джемс, философ и человек" Люсьен Прайс в 1957 году.

В этом характерном высказывании соотечественника У.Джемса содержится квинтэссенция сложившегося в США в философских кругах мнения о значимости психологических и философских работ этого мыслителя не только в историкофилософском контексте жизни Северной Америки, но и в культурологическом контексте в целом.

"Учитель", просто "добрый малый", "философский гений Америки", "оригинальный ум", "вечный современник", "блестящий собеседник" и т.д. и т.п., можно до бесконечности перечислять множество оценок У.Джемса его соотечественниками, и надо сказать, что я к ним присоединяюсь. Но для серьезной оценки трудов философа требуется но только похвала его гению, но и проникновение в лабораторию его мысли. Возникает сложнейшая, трудно разрешимая проблема интерпретации трудов самого мыслителя авторомисследователем с неизбежным налетом субъективизма и проблема интерпретации и оценки интерпретаторов творчества того же мыслителя.

_ C.H.Compton. William James. Philosopher and Man. N.Y., 1957, p. Англоамериканская литература, посвященная изучению творчества У.Джемса, обширна, что наталкивает на прутковскую мысль о том, что "нельзя объять необъятное". Литературы на русском языке, если но считать русских переводов трудов У.Джемса, сделанных до революции 1917 года, немного, дескриптивный характер этой литературы преобладает над оценочным.

Я избираю путь специальной подборки той критической литературы, которая, на мой взгляд, представляет интерес для моей версии раскрытия проблемы человека в философском творчестве У.Джемса.

"Хотя У.Джемс родился в 1842 году и прожил до 1910 года, будучи гораздо моложе Ч.Пирса, тем не менее он впоследствии занял ведущую позицию в истории прагматизма", так пишет в своем исследовании "Источники прагматизма" Э.Дж.Айер1. Жизнь каждого человека располагается между двумя точками отсчета, обозначаемыми безликими цифрами годов рождения и смерти. Остается только гадать, какая плюралистическая вселенная встреч, потерь, радостей и невзгод скрывается в таком малом для человеческой истории промежутке времени как, предположим, шестьдесят восемь лет жизни одного известного философа. Жизнь У.Джемса была с детства насыщена общением со множеством людей, но если в детские годы это были в основном многочисленные родственники, кузины и кузены, то в зрелые годы многочисленные знакомые и корреспонденты его писем, такие несхожие в своих воззрениях, культуре и обычаях как, например, И.Тургенев, Дж.Сантаяна, Ч.Элиот, А.Бергсон, Р.Киплинг, Ч.Пирс, Т.Фларной и многие другие. Не случайно исследователи и биографы равно отмечают особый демократизм, проявляемый Джемсом в общении с разными по возрасту и положению людьми как прежде всего со своими современниками, ибо перед вечными проблемами все люди равны.





_ Ayer A.J. The origins of pragmatism. Studies in the philosophy of Charles Sanders Peirce and William James / Macmillan. London. Melbourne. Toronto. 1968, p. В юности У.Джемс много путешествовал, неоднократно он бывал в Европе и в зрелые годы, где оставалось у него много друзей и соратников, таких, как например, известный психолог из Женевы Теодор Фларной или известный создатель концепции "сублиминального Я" Майерс, и в этом проявляла себя еще одна плюралистическая вселенная бытия выдающегося американского мыслителя, который, действительно, являл собой особый тип американца, соединившего в себе "старую" культуру Европы с "новой" культурой Америки как в поведении, так и в интеллектуальной жизни через уникальное сочетание собственной оригинальности с космополитическим демократизмом.

С.Ле Клэйр во вступительной статье к редактируемой им переписке У.Джемса и Т.Фларноя заостряет внимание на одном любопытном высказывании Джемса о Толстом, где У.Джемс говорит в одном из своих писем к Фларною: "Конечно, вы прочитали Толстого "Войну и мир" и "Анну Каренину"... Жизнь, действительно, кажется менее реальной, чем его рассказ о ней. Такая безошибочная правдивость"1. Реальность выдуманной жизни, корни, истоки этой фантастической реальности, созданной человеческим интеллектом, парадоксальность невидимого духовного бытия человека все это та сфера философского "удивления", порождавшего любовь к мудрости, которая долгие годы, как мне видится, владела Джемсом, исследователем парадоксов человеческой природы.

Самый известный из биографов У.Джемса американский писатель и философ Ральф Бартон Пэрри отмечал своеобразную открытость Джемса как прошлому, так и настоящему, что проявлялось как в гениальном умении "тесного сотрудничества с большим кругом современников, _ The letters of William James and Theodore Flournoj. / Ed. by R.C. Le Clair. The University of Wiscconsin press. Madison. Milwaukee and London. 1966, XIX, p. не только ровесников, но и людьми более старшего или младшего возраста"1, так и в умении Джемса наполнять свою жизнь плодами разных источников культуры, его уникальным умением быть в 19 веке человеком 19го века, а в 20 человеком 20го века, т.е. умением видеть и ставить проблемы наиболее острые для таких близких и одновременно далеких эпох.

Если вспомнить гениальное лосевское утверждение о сочетании в жизни одной личности двух "несовместимых" сфер бытия: судьбы и свободы, то У.Джемс предстанет перед нами в такой уникальной роли человека, перекинувшего своеобразный культурный мост между Европой и Америкой, между веком 19м и 20м, между наукой и религией, между плюрализмом и индивидуализмом, между моралью и политикой, философией и психологией, диалектикой и схоластикой, между языком разговорным и научным, между свободой человека жить, как хочется, и необходимостью жить, как должно.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 21 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.