WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 80 |

УСТАВЫ НЕБЕС

16 глав о науке и вере

Знаешь ли ты уставы небес,

утвердишь ли на земле их закон?

Иов 38:33

В. Ю. Ирхин, М. И. Кацнельсон

ББК 86.3+87

И84

Эта книга весьма необычна по форме изложения и поставленным целям. В ней проведен сравнительный анализ естественнонаучных и традиционных религиозных взглядов на проблемы, волнующие каждого мыслящего человека на рубеже тысячелетий: критерии истинности знания, пространство и время, сознание и физическая Вселенная, начало и конец мира. Являясь известными специалистами в области теоретической физики, авторы без единой формулы рассказывают о самых последних достижениях естественных наук (квантовая механика, космология...). С другой стороны, они широко привлекают и цитируют важнейшие религиозные, философские и эзотерические первоисточники, большинство из которых практически недоступны массовому читателю. Предложен обзор буддийской философии, оккультных учений и т. д. Излагая все эти трудные вопросы, авторы не теряют чувства юмора. Благодаря широкому охвату материала и объективному изложению различных точек зрения, книга может послужить хорошим введением для всех, кто стремится к углубленному самообразованию, духовному росту и личному пониманию (а в крайнем случае – справочным пособием для любящих блеснуть эрудицией).

ISBN Екатеринбург, издательство УФактория, 2000.

Переплет твердый, 512 с. Тираж 1500. Библиография — около 100 назв.

© В. Ю. Ирхин, М. И. Кацнельсон © оформление ООО УФактория Ordinances of the heavens V. Yu. Irkhin and M. I. Katsnelson Summary This book contains a comparative analysis of scientific and traditional religious concepts that concern the problems which are most actual in the end of millennium (criteria of verity, nature of space and time, consciousness and physical universe, relation of brain and soul, origin and end of the world etc.). Being wellknown specialists in the field of theoretical physics, the authors present in a popular form the recent information about progress in the modern science. On the other hand, they extensively use and cite the most important religious, philosophical and esoteric texts, including ones which are hardly accessible for the reader. A review of buddhistic philosophy, occult teachings etc. is given. The role of symbols and laws in the science and religion is investigated. When discussing the difficult scientific and spiritual questions, the authors do not lose a sense of humour.

The magistral aim of the book is to give rise to the personal understanding of each reader by objective demonstrating various (especially traditional) points of view. The book may serve as a rich source of miscellaneous information and facilitate spiritual growth for a wide readership.

Об авторах Оглавление 1. Введение 2. Мир и человек в традиционных религиях 3. Альтернативные и нетрадиционные факторы современного западного мировоззрения 4. Формирование и современное состояние европейской науки 4.1. Наука средневековья и переход к Новому времени 4.2. Современная наука 5. Познание, истина и ее критерии 6. Законы природы и религиозный Закон 7. Чудо 8. Символы в науке и религии. Слово и  исло 8.1. Числа и фигуры 8.2. Слово и символика букв 8.3. Математика как символическая система 9. Первоэлементы и атомизм 10. Выводы из квантовой механики: субъект и объект 11. Пространство и взаимодействие 12. Внутренние миры человека, сознание и мозг 13. Энергия 14. Свет 15. Время 15.1. Творение, цикличность и начало времени 15.2. Необратимость 15.3. Эволюция и конец времени 16. Заключение Литература Читательская конференция (Наука Урала, №5, март 2001) Ю. И. Мирошников. Cтарик, ты не прав! Пять глав о пользе альтернатив (Наука Урала, №4, февраль 2001) Электронная версия несколько отличается от бумажного текста.

Авторы будут благодарны за критические замечания и предложения.

По вопросам коммерческого использования данного текста или любой его части, а также с заявками на приобретение бумажной версии обращаться по адресу: Valentin.Irkhin@imp.uran.ru (http://www.imp.uran.ru/ktm_lab/irkhin/).

Об авторах Ирхин Валентин Юрьевич родился в 1960 г. в г. Екатеринбурге. Доктор физикоматематических наук (1992 г.), главный научный сотрудник Института физики металлов Уральского отделения РАН. Работает в области физики твердого тела, в особенности электронной структуры сильнокоррелированных систем и квантовой теории магнетизма. Им опубликовано более 100 научных статей в ведущих российских и международных журналах.



Кацнельсон Михаил Иосифович родился в 1957 г. в г. Магнитогорске. Доктор физикоматематических наук (1985 г.), профессор, заведующий лабораторией Института физики металлов Уральского отделения РАН. Известен своими работами по магнетизму, теории электронных и решеточных свойств металлов, квантовой механике; является автором около 200 научных статей и ряда монографий.

Помимо своей основной научной работы, авторы посвящают много времени педагогической деятельности, уделяя при этом большое внимание философским проблемам естествознания. Одной из причин, побудивших их написать настоящую книгу, было то, что в соответствующих трудах, принадлежащих психологам, философам и другим представителям гуманитарных направлений, изложение естественнонаучной картины мира почти всегда страдает поверхностностью, если не прямыми ошибками. Специалисты же в области точных наук обращаются к религиознодуховной проблематике крайне редко, поскольку она как правило выпадает из их кругозора. Авторы надеются, что их квалификация позволит заполнить данный пробел в литературе.

1. Введение Вот что я вижу и что приводит меня в смятение. Куда бы я ни поглядел, меня везде окружает мрак. Все, являемое мне природой, рождает лишь сомнение и тревогу. Если бы я не видел в ней ничего, отмеченного печатью божества, я утвердился бы в неверии; если бы на всем видел печать творца, успокоился бы, полный веры. Но я вижу слишком много, чтобы отрицать, и слишком мало, чтобы преисполниться уверенности, и сердце мое скорбит… Я попрежнему не понимаю, что я такое и что я должен делать, не ведаю ни своего положения, ни дома (Б. Паскаль, Мысли).

Что говорю вам в темноте, говорите при свете; и что на ухо слышите, проповедуйте на кровлях (От Матфея 10:27).

— Родится ли истинная вера у существ, если они услышат такого рода речи? — Не говори так… Тщательное изучение подобного рода речей сможет породить разум, исполненный веры, если к этим речам они будут относиться как к истине (Алмазная сутра).

Естественнонаучная картина мира, основанная на постулате о существовании объективных законов природы, не зависящих от человека, сыграла важную роль в построении технической цивилизации, в которой мы живем. Она преобладала в сознании европейцев в течение некоторого не слишком долгого времени (в основном на протяжении «рационалистического» XIX в., после разрушения традиционной религиозной картины). Как сейчас вновь становится очевидным, такая картина является не единственной и имеет весьма ограниченную область применения. Все чаще раздаются требования вернуться к «традиционным ценностям», в основе своей — религиозным.

Только религия, которая в своем наивысшем проявлении не есть догма, духовенство или ритуал, способна этически подготовить современного человека к несению бремени великой ответственности, неизбежно вызываемой прогрессом современной науки, и восстановить в нем ту веру, которая позволяет ему завоевать личность теперь и сохранить ее в будущем… Если возможна точка зрения за пределами физики, то нам следует мужественно смотреть в лицо такой возможности, даже если она способна нарушить или склонить к изменению наш нормальный образ жизни и мысли (Мухаммад Икбал, Возможна ли религия?).

В то же время рационализм и сциентизм настолько глубоко «пропахали» психику современного человека, что подобные призывы сами по себе вряд ли произведут тот эффект, на который они были рассчитаны.

В науке мне не хватало смысла, а в религии фактов (К. Г. Юнг, Воспоминания).

На протяжении XVIII в. выросла печально известная пропасть между верой и знанием. Вере недоставало опытного подтверждения, науке же недоставало души (К. Г. Юнг, AION).

На протяжении прошлого столетия и частично предшествующего общепризнанной была непримиримость конфликта между знанием и верой. Среди передовых умов превалировало мнение, что настало время все больше заменять веру знанием… Это правда, что убеждения лучше всего поддерживаются опытом и ясным сознанием… Однако убеждения эти, необходимые и определяющие для нашего поведения и суждений, нельзя обнаружить исключительно на твердой стезе науки (А. Эйнштейн, Science and Religion).





Можешь поверить мне: сегодня даже люди религиозные в большинстве своем настолько заражены научным мышлением, что не осмеливаются взглянуть, что же это такое горит у них глубоко в сердце… Но вот что странно: мы закрыли закрыли все это, как подозрительный колодец, но какаято оставшаяся капля этой жутковатой чудесной воды всетаки прожигает дыру во всех наших идеалах. Ни один из них не идеален вполне, ни один не делает нас счастливыми (Р. Музиль, Человек без свойств).

Существенную помощь в этой ситуации может оказать сравнительный анализ научных и религиозных взглядов. Такой анализ с привлечением по возможности объективной аргументации и является одной из основных целей этой книги.

Основная черта научного мировоззрения — это вера в возможность познания «мира как он есть», абстрагируясь от того, кто именно познает этот мир. Логически эта вера столь же недоказуема, как и любая вера вообще; основные положения любого мировоззрения всегда постулируются (иногда это делается в неявной форме). Что бы ни говорили о критериях истины профессиональные мыслители, для «человека с улицы» истинность науки доказывается ее практической эффективностью. Он твердо знает, что наука дала ему возможность стремиться к обладанию (а иногда и реально обладать) телевизорами, автомобилями, стиральными машинами, обеспечила его лекарствами, средствами от перхоти и тараканов.

— Как это человек в здравом уме может быть против науки? — спросил Кросби.

— Я бы уже давно умерла, если бы не пенициллин, — сказала Хэзел, — и моя мама тоже.

— Сколько же сейчас лет вашей матушке? — спросил я.

— Сто шесть. Чудо, правда? — Конечно, — согласился я.

— И я бы давно была вдовой, если бы не то лекарство, которым лечили мужа, — сказала Хэзел (К. Воннегут, Колыбель для кошки).

Меньше всего мы бы хотели иронизировать над успехами той же научной медицины, действительно спасшей множество человеческих жизней. К сожалению, наука также привела к появлению очень эффективных способов эти жизни отнимать.

Над чем бы ученые ни работали, у них все равно получается оружие (там же).

Самое же главное — это невозможность уйти от вечного вопроса:

Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою? (от Матфея 16:26).

Для того, чтобы создавать лекарства и транзисторы, необходимо мыслить и понимать, а понимание науки как раз отсутствует в широких массах. (Мы употребляем слово «мыслить» в обыденном смысле; в то же время, один из наиболее влиятельных современных философов, М. Хайдеггер, полагал, что сила науки как раз в том и состоит, что она не имеет никакого отношения к мышлению.) Мысля, человек с неизбежностью натыкается на «вечные» вопросы о природе пространства, времени, жизни и т.п. — как раз те вопросы, которые традиционно рассматривались в различных религиозных системах. К тому же, попытки полностью изгнать субъективный «человеческий фактор», забыв о том, кто исследует мир, не могут быть успешными даже чисто логически.

Отрицание субъективного бессмысленно и внутренне противоречиво, поскольку абстрактные идеи создаются людьми.

Пусть она (наука) занимается растениями, животными и звездами, но поистине богохульством было бы обращаться так же с человеком, подрывая тем самым этические и религиозные устои (С. Кьеркегор, цит. по: Дж. Холтон, Тематический анализ науки).

В настоящее время наблюдается подъем интереса к традиционным концепциям, а также бурный расцвет гуманитарных наук, в особенности психологии. Благодаря отказу от абсолютного противопоставления субъекта и объекта, эти науки позволяют обратиться к потребностям человека, выходящим за рамки материальных. Однако буквальное повторение старого уже невозможно — мы подходим к новому витку развития.

Естествоиспытатель — ребенок, который разбирает игрушку, гуманитарий — тот, которого она волнует. Играть с фантазией и одновременно без нее. Но каждому известно, что разбирание уже не запретишь (Р. Музиль, Человек без свойств).

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 80 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.