WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |

http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s00/z0000527/

Иммануил Кант родоначальник классической немецкой философии.1963. (Ойзерман Т.И.)

Источник:

Кант, Иммануил СОЧИНЕНИЯ В ШЕСТИ ТОМАХ.М.: "Мысль", 1963. (Философское наследие. ). Т. 1. 543 с. С.749.

Ойзерман Т.

Иммануил Кант – родоначальник классической немецкой философии.1963.

Кант, Иммануил СОЧИНЕНИЯ В ШЕСТИ ТОМАХ.М.: «Мысль», 1963. (Философское наследие. ). Т. 1. 543 с. С.749.                              ИММАНУИЛ КАНТ РОДОНАЧАЛЬНИК  КЛАССИЧЕСКОЙ НЕМЕЦКОЙ ФИЛОСОФИИ Весьма примечательным фактом, ярко освещающим предысторию  марксизма, является то, что выдающимися предшественниками  философии рабочего класса были классики немецкой буржуазной  философии. Этот факт,  необъяснимый с точки зрения упрощенного,  метафизического истолкования исторической преемственности (из  которого, как правило, исходят буржуазные и ревизионистские  критики марксизма), вполне объясним лишь с позиций  материалистического понимания истории, которое вскрыло роль  капитализма (и передовой буржуазной идеологии XV11—XV111 вв.) в  развитии общества, закономерно приводящем к социалистическому  переустройству социальных отношений.

Классики немецкой философии были прогрессивными мыслителями. Их  учения правда, в весьма непоследовательной, компромиссной и к тому  же еще крайне умозрительной форме — составляли содержание так  называемой философской революции, которая в Германии  конца XVIII  и начала XIX в. (так же как Франции середины XVIII в.) представляла  собой идеологическую подготовку буржуазной революции. Маркс и  Энгельс выступили на историческую арену накануне немецкой  буржуазнодемократической революции 1848 г. Выдающиеся  представители немецкой классической философии, в особенности Гегель  и Фейербах, были ближайшими предшественниками Маркса и Энгельса,   7  а их учение — одним из теоретических источников марксизма.

Энгельс, характеризуя отношение научного социализма к немецкой  классической философии, писал в 1891 г.: «... мы, немецкие социалисты,  гордимся тем, что ведем свое происхождение не только от СенСимона,   Фурье и Оуэна, но также и от Канта, Фихте и Гегеля» (1).  В каком же  смысле классики немощной философии являются предшественниками  научного социализма? Прежде всего, в том смысле, что немецкая  классическая философия теоретически подготовила необходимые  предпосылки  для перехода от метафизического материализма к  материализму диалектическому, без которого немыслим научный  социализм. В. И. Ленин, всесторонне осветивший роль немецкой  классической философии в исторической подготовке марксизма,  подчеркивал, что  «Маркс не остановился на материализме XVIII века,  а двинул философию вперед. Он обогатил ее приобретениями немецкой  классической философии, особенно системы Гегеля, которая в свою  очередь привела к материализму Фейербаха. Главное из этих  приобретений   диалектика, т. е. учение о развитии в ею наиболее  полном, глубоком и свободном от односторонности виде, учение об  относительности человеческого знания, дающего нам отражение вечно  развивающейся  материи» (2).

  Немецкая классическая философия представляла собой (вопреки  утверждениям некоторых буржуазных исследователей, сближающих ее  с реакционным романтизмом) закономерное продолжение буржуазного  просвещения XVIII в., хотя она и полемизировала с ним по ряду  существенных вопросов. А буржуазное просвещение поставило вопрос  не только об овладении стихийными силами природы, но и о разумном  преобразовании общественной жизни, о преодолении конфликта между  личностью и обществом. Но разве не эти же идеи вдохновляли  классиков немецкой философии, которые, правда, не отличались  решительностью и смелостью своих французских предшественников,  но зато превосходили их своим историческим чутьем?          (1) К. Маркс и Энгельс, Соч., т. 19, стр. 323.

  (2) В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 23, стр. 43—44.

8  Будущее общество представлялось просветителям царством  разума, свободы и справедливости. Конечно, это были                                буржуазнодемократические иллюзии относительно социальных последствий  развития капитализма, но в этих представлениях заключалось вместе с  тем и смутное предвосхищение такого переустройства общественной  жизни, которое действительно осуществит принципы свободы,  равенства и братства.  Буржуазные просветители полагали, что достаточно  ликвидировать феодальные сословия, крепостничество и другие  формы феодального порабощения и угнетения, чтобы вообще навсегда  покончить с господством человека над человеком. Они, следовательно,  не видели, что угнетение и эксплуатация коренятся  в  существовании  частной собственности на средства производства, одной из  исторических и к тому же не развитых форм которой является  собственность феодалов. Социалистыутописты поняли то, что  осталось загадкой для буржуазных просветителей, и благодаря этому  смогли дать ответ, правда, в утопической форме, на вопрос о  сущности разумного преобразования общественной жизни.



Таким образом, хотя буржуазные просветители (и классики  немецкой философии) не ставили проблемы социалистического  переустройства общества, однако, своими представлениями о будущем  цивилизации они  подготовили почву для принципиально новой,  социалистической постановки  вопроса. 0тсюда понятно, в каком   смысле Энгельс называл просветителей, а также классиков немецкой  идеалистической философии предшественниками научною социализма.  Историческая преемственность в развитии философии —  многообразный, диалектически противоречивый процесс, который  никоим образом  не может быть сведен, к простому наследованию,  сохранению того, что существовало  в прошлом, включению его в  новую систему взглядов. Современные буржуазные философы,  отрекаясь от прогрессивных философских традиций, гальванизируют  наиболее реакционные философские идеи безвозвратно ушедшего  прошлого. Такого рода концепция преемственности вполне  соответствует положению  и  интересам отживающего социального  класса.

        ==   Совершенно иным является отношение преемственности между  прогрессивными философскими учениями. В этом случае новая  философская теория опирается на действительные достижения  предшествующей философии, что в свою очередь предполагает  критическое освоение этих достижений независимо от того, в какой  форме  они были выражены. Само собой разумеется, что такая   преемственность, образующая один из необходимых элементов  развития философии, включает в себя полемику, диалектическое    отрицание, «снятие», т. е. сохранение рационального содержания,  заключавшегося в предшествующих философских учениях, и отказ от  старой, исторически изжившей себя формы выражения.

  Упрощенный,  метафизический подход к исторической связи идей  делает невозможным объяснение не только отношения научного  социализма к прогрессивной буржуазной идеологии XVIII в., но и  отношения диалектического материализма к идеалистическим учениям  Канта, Фихте, Гегеля. При таком подходе к развитию идей всякое  признание преемственной связи между материалистическими и  идеалистическими учениями представляется умалением, смазыванием  противоположности  между материализмом и идеализмом,  затушевыванием борьбы между ними. Но борьба противоположностей  отнюдь не исключает преемственности, которая заключает в себе  диалектические скачки, и переход в свою противоположность, о чем  свидетельствует вся история    философии.  В. И. Ленин писал, что вся гениальность Маркса заключалась в  том, что он  ответил на вопросы, поставленные предшествующей  общественной мыслью. Следовательно, выяснение действительного  отношения основоположников марксизма к выдающимся  представителям классической немецкой философии предполагает ответ на вопрос: какие проблемы поставлены этими предшественниками марксизма?  Краткий ответ на этот вопрос таков: проблемы диалектики в самом   широком смысле этого слова, т. е. не только вопросы метода, логики, но  и вопросы диалектического истолкования процессов природы и  особенно истории человечества во всей их сложности  и противоречивости.

      К оглавлению ==   В этой связи, естественно, возникает вопрос о роли Канта в  исторической подготовке научной диалектики? Сложность этого  вопроса заключается в том, что Канту  в отличие от  Гегеля и Фихте не  был сознательным   диалектиком, создатели диалектической системы  взглядов. И, тем не менее,  Кант поставил проблемы, развитие которых  привело к диалектическому идеализму Гегеля. Анализ этих проблем,  делающих Канта родоначальником немецкой классической   философии,— главная задача настоящего предисловия.                                                              Германия времен. И Канта (1724—1804 гг.) представляла собой  отсталую феодальную страну, которая в отличие от других  феодальных стран тогдашней Европы не была единым государством, а  состояла из нескольких сотен формально самостоятельных королевств,  курфюршеств, герцогств, эрцгерцогств, княжеств, баронств, вольных  имперских городов и т. д. В каждом из  этих карликовых государств  существовали своя армия, полиция, деньги, налоги, таможня и т. д.  Известный немецкий писатель Э. Т. А. Гофман, описывая одно из таких  княжеств, иронически замечает, что с бельведера своего дворца князь  «мог при помощи подзорной трубы обозревать все свое государство от  края до края, а потому благоденствие и страдание страны, как и счастье  возлюбленных подданных, не могли ускользнуть от его взора».  Немецкие государи интриговали друг против друга, вступали в  военные союзы то с Англией, то с Францией, или Швецией, или  Польшей, продавали солдат своим иностранным союзникам и  сюзеренам, стремились любыми средствами увеличить свои владения за  счет соседа. Немецкий народ не представлял собой в то время  сформировавшейся нации, буржуазия не была единым классом. В  немецких государствах господствах господствовало крепостное право,  произвол феодальных деспотов, религиозный обскурантантизм,  провинциальная ограниченность. « »Никто не чувствовал себя  хорошо,—писал об этом времени Энгельс.— Ремесло, торговля,  промышленность и земледелие страны были доведены до самых  ничтожных размеров. Крестьяне, ремесленники и предприниматели  страдали вдвойне — от паразитического правительства и от плохого  состояния дел. Дворянство       ==   и князья находили, что, хотя они и выжимали все соки из своих  подчиненных, их доходы не могли поспевать за их растущими  расходами. Все было скверно и во всей стране господствовало общее  недовольство» (3)  Энгельс отмечает, что немецкая литература и философия второй  половины ХVIIIв. давали, однако, надежду наилучшее будущее.  Именно в это время выступили на историческую арену Гете и Шиллер,  Кант и Фихте. В их произведениях получил, правда, далеко не  последовательное, выражение протест против господствовавших в немецких  государствах феодальных порядков. Когда же в 1789 г разразилась  французская буржуазная революция, она точно молния ударила в  немецкую почву. Буржуазия и лучшие представители дворянства   приветствовали французскую революцию. Правда, после установления  якобинской диктатуры это воодушевление сменилось cтpaxoм и  ненавистью. Однако это уже не могло остановить освободительное  влияние крупнейшей буржуазной революции на Германию. Когда же   феодальные немецкие государства вступили в войну с  революционной  Францией и потерпели в ней поражение,  в истории Германии началась  новая историческая полоса. «Французские революционные армии,— писал Энгельс,— вступили в самое сердце Германии, перенесли  границу Франции на Рейн и проповедовали повсюду свободу и  равенство. Они прогнали свору дворян, епископов и аббатов и всех тех  мелких князей, которые в течение столь долгого времени играли в  истории роль манекенов». (4) И хотя в дальнейшем Наполеон, вступив  в союз реакционными силами, ничто уже не могло предотвратить  развитие новых капиталистических отношений в германских  государствах, количество которых к концу XVIII в уменьшилось  примерно в десять раз.    Одним из крупнейших  немецких государств второй половины  XVIII в. была родина Канта — Пруссия.

     И. КАНТ  родился в восточной части прусского королевства, в  Кенигсберге, в семье скромного ремесленника (шорника) 22 апреля  1724 г.  Дед Канта был выходцем   (3) К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 2,  стр. 561.

  (4)  Там  же, 563.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.