WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |

Ильин И.А.

КРИЗИС БЕЗБОЖИЯ Глава первая Историческое время, выпавшее нам на долю, исполнено великого и глубокого значения: это эпоха чрезвычайной насыщенности, напряженности, эпоха крушения, подводя­щего итоги большому историческому периоду; это время испытания: совершается как бы некий исторический и ду­ховный смотр, жизненная ревизия человеческих духов­ных сил, укладов и путей.

Так, как если бы некий великий судия сказал совре­менному человечеству: «Вот, я попущу силам зла и со­блазна, силам испытующим и совращающим; и они раз­вернут учение свое и строительство свое, а ты — им в ответ — откроешь душу свою и покажешь лицо свое; и будет великий суд над ними — по делам и плодам их; и над тобою — по исповеданию и противлению твоему».

И вот, согласно этому, неслышно изрекшему, но столь остро внятному нам в событиях гласу, — наше время раз­вернуло перед нами сразу: величайший подъем воин­ствующего безбожия и строжайший суд над выношен­ной человечеством за последние века и тысячелетия религиозностью.

А если охватить весь процесс сразу единым выражени­ем, то перед нами развернется единственный в своем роде кризис безбожия.

Слово кризис есть первоначально слово греческое. Оно происходит от «крино», что значит «сужу». Кризис обозначает такое состояние человека, его души или тела, или дел и событий, в котором выступают скрытые силы и склонности; они развиваются, развертываются, осуще­ствляют себя, достигают своего максимального напряже­ния и проявления, своей высоты и полноты и тем самым обнаруживают свою настоящую природу: они как бы про­износят сами над собою суд и переживают поворотный пункт; это их перелом, перевал; час, в который решается их жизненная судьба; это время их буйного расцвета, за которым начнется — или их преодоление и крушение, или же умирание того человека или того человеческого дела, которое было настигнуто кризисом.

Вот что я хочу сказать, говоря о кризисе безбожия. Как бы ни были тягостны для каждого из нас события, вы­званные этим кризисом, мы не должны ни растериваться под их ударами, ни предаваться духовной слепоте. Рады мы или не рады, что родились в такую эпоху и что кинуты всевластною рукою в этот омут испытаний и опасностей, — мы призваны быть участниками, не просто пассивными жертвами, объектами, но активными участниками, во­левыми субъектами этого процесса. А для этого мы долж­ны понять, в чем состоит глубокий смысл нашего историче­ского положения; чего требует и ждет от нас Судия, вызвавший нас на суд; какие силы имеются у нас и как нам с ними быть и обходиться; и как нам приложить их к тому историческому делу, участниками коего мы оказа­лись. Мы должны понять смысл мировых событий. Уразу­меть, что смысл их выражается этими двумя словам: кри­зис безбожия. И решить, какое место мы призваны за­нять в этом развертывающемся перед нами процессе; где во всемирном масштабе выступили скрытые доселе силы безбожия; где они развернулись и достигли небывалой еще высоты, полноты, откровенности и напора, где они впервые обнажили свою настоящую природу, и вот на наших глазах как бы произносят сами над собою суд, решая свою судьбу, а вместе с тем и судьбу всего человечества.

Видим ли мы это? Разумеем ли эти события? И если видим и разумеем, то где мы сами сердцем и волею? И прежде всего — в самом протекании этого кризиса нет ли таких явлений и признаков, по которым мы могли бы предвидеть его исход? В чем состоит этот кризис? Если мы вдумчиво вслушиваемся в то, что говорят современные отрицатели Бога, то увидим, что их позицию можно свести к двум пунктам:

I. Нет никакого основания признавать бытие Бога:

II. Вера в Бога не только неосновательна и не нужна, но еще и жизненно вредна.

Все остальное, что они говорят, сводится именно к этим двум пунктам, к их развитию и детализации.

Одни высказывают это в благовоспитанной форме салонного скептицизма; другие в неделикатной форме иронической насмешки, третьи в агрессивной форме револьверного выстрела или динамитного взрыва. Но все имеют в виду именно эти два тезиса: вера в Бога есть не­основательное суеверие, предрассудок или лицемерие; вера в Бога вредна человечеству (или пролетариату), задерживая его прогрессивное развитие (или его клас­совую борьбу за водворение социализма или коммунизма). Или еще проще, грубее и яснее: верить в Бога — глупо, верить в Бога — вредно. Эти утверждения можно затаить в себе как свое личное, частное воззрение, — как делали в XIX веке многие русские интеллигенты из вольтерианцев; тогда эти тезисы подчас видоизменялись, например: верить в Бога глупо, а умному человеку и вредно: но широкой мас­се, которая глупа, это глупое занятие может быть даже полезно, чтобы она смирялась, не зверела и послушно работала.



Современная мировая революция не могла и не захоте­ла принять эту последнюю оговорку: ее тезис прямоли­нейнее и последовательнее: верить в Бога – глупо и вред­но для всякого человека; особенно же для массы, ибо она как раз и не должна – ни смиряться, ни покорно работать. Масса призвана к восстанию – ей особенно глупо и особенно вредно верить в Бога; ей необходимо безбожие; нечего ждать, пока она сама потеряет веру, безбожие должно быть ей навязано в порядке государ­ственной диктатуры — аргументом, воспитанием, подач­ками, истреблением духовенства, разрушением церквей, террором. Разногласия среди безбожников имеются, их нельзя замолчать. Но основная мысль одна: глупо и вред­но.

И вот кризис современного безбожия состоит в том, что люди обречены изжить до конца, до дна, дотла эти утверж­дения о глупости и вредности веры в Бога. Вжить их в жизнь — в культуру, в нравственность, в политику, в хо­зяйство, в строй семьи, в педагогику, в дипломатию, в науку; внести их содержание во все углы и закоулки че­ловеческой цивилизации, заставляя ее обновиться и пе­реродиться под воздействием этой новой «премудрости». И на деле, на последствиях этого перерождения убедиться и доказать — в какой духовной темноте пребывало доселе человечество и особенно так называемое «буржуазное» человечество.

Ну что же? Мы слышали этот двойной тезис: «глупо» и «вредно». Позиция вычерчена. Формула дана. Вызов бро­шен. От нас ждут ответа. Определенного, ясного, честного. Нет, этого мало. Мы должны дать ответ не только ясный и честный, но еще объясняющий и убедительный. Мы должны объяснить, — как это случилось, что люди дошли до такой, скажем, «премудрости»; объяснить себе самим и грядущим поколениям, и им, этим просветителям все­ленной, которые уверяют всех, что несут людям высшее миросозерцание и общественное освобождение.

И затем мы должны дать ответ убедительный — т.е. доказать, что веровать в Бога не глупо и не вредно, и до­казать, что, наоборот, именно безбожие есть дело глу­пейшее и вреднейшее из всех, затевавшихся человечест­вом.

Мы понимаем, что можно не иметь веры или утратить ее; и это не глупость, а несчастие; и этому несчастию мож­но и должно помочь. Но безбожие как правило жизни и программа жизни — как план прогресса, счастия, жизнеустроения — есть жалчайшая из глупостей и погибельнейшая из вредностей, посещавших человеческую голову.

Итак, за дело.

Объясним, как могло это случиться, что в XX веке после Рождества Христова люди начали вопить на весь мир о глупости и вредности веры в Бога? Историческое освещение этого процесса потребовала бы большого ис­следования, которое не может уместиться в рамки одной лекции. Но сущность дела сводится к следующему.

За последние века человечество оскудело внутренним, духовным опытом и прилепилось к внешнему чувственному опыту; сначала верхние, ученые слои утвердились на том, что самое достоверное, драгоценное знание идет к нам от внешних, материальных вещей и приходит к нам через зрение, слух, осязание, обоняние и через их физическую или механическую проверку измерением (вес и объем), подсчетом, количеством и формальным, логическим рас­суждением, а потом, так как добытые таким путем сведения о материальной природе совершили огромные технические и хозяйственные перевороты и вовлекли в них широкие слои интеллигенции и полуинтеллигенции, — то эта обращенность к чувственному, внешнему, материальному опыту и эта отвращенность от нечувственного, внутреннего, духовного опыта определили собою душевный и умственный уклад современного человечества.

Верхние слои мировой интеллигенции стали постепен­но понимать, что это ошибка и ложный путь, но и то лишь отчасти, а средние слои — поставляющие учителей безбо­жия, и полуинтеллигенция — поставляющая учеников без­божия — укрепились в этом укладе с увлечением и даже ожесточением. Демократический строй дал прессу, влия­ние и власть именно этим слоям — и все оказалось пре­допределенным. Но это лишь поверхностная сторона про­цесса. Нам надо смотреть глубже.





Торжество чувственного, внешнематериального опыта над внутренним и духовным опытом привело к тому, что люди обратились к религии и к Богу с чувственными ме­рилами и материальным пониманием. И результат этого только и мог быть отрицательным.

Всего точнее это можно было бы выразить так, что человек попытался воспринять Бога неверным актом и не обрел Его; и не обретя Его неверным актом, объявил, что Его нет и что верить в Него глупо и вредно. Я попытаюсь сейчас разъяснить мою мысль до конца.

Тот, кто хочет увидеть картину, должен смотреть гла­зами. Нелепо — завязать глаза черным платком, прийти в картинную галерею, не услышать ни одной картины и уйти, заявляя, что все это обман или иллюзия и суеверие, ибо никаких картин нет.

Тот, кто хочет услышать сонату Бетховена, должен слушать ушами. Нелепо — залить себе уши воском, прийти в концерт, не увидеть глазами звуков сонаты и уйти, заявляя, что это все иллюзии или обман, ибо никакой со­наты не было и нет.

Тот, кто захочет исследовать природу логического по­нятия и вооружится для этого колбой, пинцетом, ланцетом и микроскопом, сделает нелепость и, потерпев явную неудачу, не будет иметь никакого права говорить, что логика есть вздор или беспредметное суеверие.

Это я и выражаю словами: предметы, воспринимаемые человеком, различны, и каждый предмет требует от чело­века особого восприятия, другого подхода, другой установ­ки — верного акта.

У человека в распоряжении имеются: а) вопервых, зрение, слух, вкус, обоняние, осязание и следующее за ними чувственное воображение; с этими способностями свя­заны телесные ощущения боли, наслаждения, голода, хо­лода, тепла, тяжести; все это источники внешнего, чув­ственного опыта, который присущ телесному человеку и открывает ему доступ к материальным вещам внешнего мира; б) вовторых, у человека имеются внутренние, ду­шевные силы и способности, а именно: чувствования, воля, телесно не связанное воображение и мысль.

Итак: чувствование (так называемая «жизнь серд­ца») — пассивно страдающее чувствование — аффекты и активно изливающиеся чувства — эмоции (таковы — лю­бовь, ненависть, жалость, злоба, зависть, радость, пе­чаль, негодование, покаяние и т.д.); далее, воля — эта способность решать, собирать свои внутренние силы, направлять их, руководить ими, воспринимать свои полно­мочия, обязанности и запретности и строить жизнь души и тела.

Человеку дана еще способность воображать содержа­ние и предметы не вещественного характера, и притом воображать их то верно, то неверно. К таким предметам не вещественного порядка относятся: мир человеческой души и мир духовного смысла, мир добра, зла, греха и нравственного совершенства, мир божественного откро­вения, религии и таинств. Все это человек переживает нечувственным воображением, созерцанием, духовной ин­туицией, и эта духовная интуиция отнюдь не есть чтото случайное, произвольное или чисто субъективное, на­против, она требует большой внутренней сосредоточен­ности, упражнения, очищения, планомерного и система­тического осуществления.

Наконец, человеку дана сила мысли, и эта мысль мо­жет осуществляться совсем не только в формах отвле­ченного, плоского, формального рассудка; нет, она имеет еще и форму разума — не только не противоречащего вере, сердцу и духовной интуиции, но творчески сочетающегося с ними и вдохновенно проникающегося их силами.

Все это составляет огромную и богатую сферу внутрен­него, духовного опыта, который характерен для душевнодуховного человеческого естества и открывает ему доступ к духовным предметам.

Так раскрывается перед нами закон человеческого опыта, некая основная истина, согласно которой человек способен опытно воспринять предмет только тогда, если он обратится к нему верно, — верным органом тела или ду­ши, или же и тела, и души вместе, или же духа, т.е., как мы выражаем это философски, — верным актом.

Юрист, воспринимающий и изучающий право, должен обратиться к нему духовною волею и нечувственным во­ображением.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.