WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 |

г. н. Зыкова

постмодернистская культура

и социальное познание1

[1 Работа выполнена при поддержке гранта РГНФ № 00–03–00256.]

Процесс социального познания предстаёт как исследование субъектом вопросов о природе социальной реальности, целях и смыслах человеческой деятельности и путях социального творчества в рамках определённых «форм жизни». Направленность вопрошания субъекта, определённость форм познания, конкретных способов действия исследователя с объектом познания можно объяснить, если выйти за пределы самого процесса познания, в область социокультурных реалий, обнаруживающих многомерный контекст познавательной деятельности. Глубина укоренённости человеческой деятельности в определённых социокультурных контекстах отражена в понятии репрезентативной культуры.

Социокультурная ситуация, репрезентативная для современного общества и социального познания, характеризуется как постмодернистская. Постмодернизм стал осмысливаться как выражение «духа времени» во всех сферах человеческой деятельности.

Во многих исследованиях под постмодернизмом подразумевают некоторое состояние общественного сознания: «умонастроение, широкое культурное течение» [2 Маньковская Н. Б. Постмодернизм // Культурология. ХХ век. Энциклопедия. Т. 2. СПб.: Университетская книга, 1998. С. 87.], «настроение, состояние ума, в первую очередь, творческой интеллигенции, интеллектуальной элиты, а затем уже и широкой культурной общественности» [3 Гречко П. К. Концептуальные модели истории. М.: Логос, 1995. С. 88.], «эмоциональное течение, проникшее во все поры общественной жизни» (Ю. Хабермас), особый тип менталитета, «постмодернистскую чувствительность» (Ж.Ф. Лиотар, В. Вельш и др.). Под «постмодернистской чувствительностью» понимается специфическое видение мира как хаоса, лишенного причинноследственных связей и ценностных ориентиров, «мира децентрированного», предстающего сознанию лишь в виде иерархически неупорядоченных фрагментов. Таким образом, постмодернизм как состояние сознания затрагивает сферу миропонимания, но в большей мере – сферу мироощущения, то есть ту область, где на первый план выходит не рациональная, логически оформленная философская рефлексия, а глубоко эмоциональная реакция современного человека на окружающий его мир. Назовём основные понятия, которыми оперирует этот мировоззренческий комплекс: «мир как хаос», «мир как текст» и «интертекстуальность», «кризис авторитетов» и «эпистемологическая неуверенность», «двойное кодирование» и «пародийный модус существования», «противоречивость», «дискретность» и «фрагментарность», «метарассказ» («метапаттерн») и др. Особенность этого «ощущающего» мышления заключается в том, чтобы посредством действий в потоке жизни замечать, ощущать, узнавать, чувствовать.

В условиях такого разночтения смыслов исходных понятий необходимо хотя бы попытаться определить их и разграничить сферы их применения. В. Вельш, известный теоретик постмодернизма, считает первоначальным тот смысл этих понятий, который рождается из сравнения постмодерна с модерном. Причём, исходя из нестрогого, почти произвольного их употребления, и модерн, и постмодерн могут обозначать и историческую эпоху в её социокультурном своеобразии, и мировоззренческометодологический комплекс, в котором «схватываются» пусть не все, но определённые стороны реальности, и определённый универсальный способ освоения мира, присущий определённому типу субъекта с его коренными жизненными установками, реализующимися в процессе материальных, социальнокультурных, коммуникативных и когнитивных практик.

С нашей точки зрения, существенное различие между значениями понятий «постмодерн» и «постмодернизм» заключается в следующем.

Понятие «постмодерн» употребляется для обозначения объективно сложившегося качественного состояния современного общества. Оно в большей мере применяется для обозначения новых феноменов в области культуры, искусства, мировоззрения, которые являются внешними симптомами глубокой трансформации социального мира, и представляют собой новую стадию в культурном самосознании развитых стран Запада. Ясно, что состояние постмодерна – это не то же самое, что постмодернизм в искусстве или философии, который представляет собой не до конца отрефлексированную, хотя и чуткую реакцию на новое положение дел. Речь идёт о провоцирующем источнике, основе этой реакции. Поэтому важно понять, почему возник и укореняется этот новый – постсовременный – мир.



Источником рациональных философских и научных описаний новых качеств социума является сама реальность: как её новые собственные параметры развития, так и негативные стороны её нынешнего состояния. Можно согласиться с мнением З. Баумана о том, что постмодерн является аспектом жизнеспособной социальной системы, которая приходит на смену классическому капитализму.

Каков же этот мир, каким он является человеку, каким он стал «сам по себе» на рубеже постсовременной эпохи? По мнению З. Баумана, для постмодернистского общества характерен перманентный и неистребимый плюрализм культур, коммуналистических традиций, идеологий, «форм жизни», «языковых игр» или признание такого плюрализма. Полнейшее разнообразие стилей и верований: «мир миров», «стиль стилей», «кухня кухонь», «вера верований» – всё это сказано об этом обществе. Поднимается универсализм рядоположенности и всепредставленности. Этика без универсальных обязательств и эстетика без универсальных стилей. И так же в разных сферах культуры: в организации научной картины мира, в сборках политического или конфессионального сознания, в распадающихся и пересобирающихся социальных иерархиях и национальноэтнических конфигурациях, в преодолении гендерного схематизма. Постмодерн – это эпоха, когда ничто частное настолько не защищено от появления рядом любого другого, что говорить об универсалистских претензиях чеголибо просто не приходится. Претендуя на то, чтобы быть «стилем стилей», постмодерн на самом деле замахивается на гораздо большее. Стоит посмотреть на него как на исполненный большой цикл, замкнувший контур, выводящий на новый виток, как на ещё одно начало времён. То есть речь идёт о новом витке взаимоотношений человеческой креативности и естественного контекста. Это не просто очередная мутация культуры и цивилизации, проявляющаяся во всех сферах социальной жизни, а, скорее, «второе рождение», требующее нового именования, самоидентификации, новых техник обоснования действия и взаимодействия.

По мнению В. Г. Федотовой, качественное отличие общества постмодерна от традиционного общества и общества модерна, заключается в следующем. Общество постмодерна, с одной стороны, отталкивается от многих ценностей и установок модернистского общества и громко афиширует это отречение, а, с другой стороны, во многом продолжает его установки, преодолевая именно непоследовательность или половинчатость их реализации. Для этих целей используются и ассимилируются многие ценности, которые были присущи традиционному обществу. «Постсовременное» общество «содержит в себе ориентацию на новое с учётом традиции; использование традиции как предпосылки модернизации; светскую организацию социальной жизни, но значение религии и мифологии в духовной сфере; значение выделенной персональности и вместе с тем одобрение и использование имеющихся форм коллективности; сочетание мировоззренческих и инструментальных ценностей; демократический характер власти, но признание авторитетов в политике; эффективную производительность, но ограничение пределов роста; совмещение психологических характеристик человека традиционного и современного общества; эффективное использование науки при осуществлении традиционных ценностных легитимаций социального выбора» [4 Федотова В. Г. Теория и жизненный мир человека. М., 1994. С. 60.].

Попытки описания нового состояния социума нашли реализацию в концепциях постиндустриального, посттрудового, информационного, постмодернистского и т. п. обществ. Все эти термины, относясь к одному и тому же объекту, – обществу постмодерна – описывают различные его стороны и аспекты, но главное заключено в том, что они описывают общество на совершенно новом этапе социальноэкономического развития: изменяется характер труда, место системы производства в социуме. Технологический, экономический детерминизм не всегда достаточен для описания его существенных связей, так как для развития современного производства важны и организационные инновации, и всё бoльшая весомость социального фактора производства – многопланово развивающегося в растущем потоке информации наёмного работника. Таким образом, социальный детерминизм становится многофакторным и складывается, как минимум, из трёх компонентов – экономикотехнологического, организационного и социокультурного.





Если на этапе модернизма капитализм характеризовался главенствующей ролью труда и экономических отношений одновременно на индивидуальном, социальном и системном уровнях, то в обществе постмодерна такая роль принадлежит свободе потребителя. Не в сфере труда, а в сфере рынка и потребления осуществляются связи жизненных миров индивидов и формируется определяющий тип целерациональности социальных систем. Когда потребление становится центром индивидуальной свободы, будущее капитализма выглядит более устойчивым, так как социальный контроль становится легче и дешевле. Воспроизводство капиталистической системы осуществляется через индивидуальную свободу в форме потребительской свободы, а не через её подавление. Таким образом, общество на стадии постмодерна основные механизмы системного воспроизведения и социальной интеграции осуществляет на совершенно новой основе. В качестве систематизирующего фактора социальной реальности выступают не труд и технология, а рынок и информация.

Понятие «постмодернизм», как уже было сказано выше, обозначает новые феномены в области культуры, представляющие собой новую стадию в культурном самосознании развитых стран Запада. Постмодернистские сдвиги проявляются в различных сферах и процессах культуры: «в политической сфере – в развитии разных форм постутопической мысли; в философии – в развитии постметафизики и пострационализма, постэмпиризма; в этике – в постгуманизме и нравственной амбивалентности личности; в точных науках – как стиль постнеклассического научного мышления; в искусствоведении – как новый художественный стиль» [5 Маньковская Н. Б. Постмодернизм // Культурология. ХХ век. Энциклопедия. Т. 2. СПб.: Университетская книга, 1998. С. 128.]. Глубоко прорабатывается в философской литературе тема «постмодернизм и религия».

Нужно отметить, что не все исследователи постмодернизма связывают его существование с определённой исторической эпохой, например, постсовременной, которая была охарактеризована выше.

У. Эко считает, что «постмодернизм – это не фиксированное хронологическое явление, а некоторое духовное состояние, подход к работе. В этом смысле можно сказать, что у любой эпохи есть собственный постмодернизм». И далее он описывает универсальный механизм соотношения традиционного, модернистскоавангардистского и постмодернистского в развитии культуры: «Прошлое давит, тяготит, шантажирует; авангард хочет откреститься от прошлого. Авангард разрушает, деформирует прошлое... Но наступает предел, когда авангарду дальше идти некуда. Постмодернизм это ответ модернизму: раз уж прошлое нельзя уничтожить, ибо его уничтожение ведёт к немоте, его нужно переосмыслить: иронично, без наивности» [6 Эко У. Заметки на полях «Имени розы» // Иностранная литература. 1988. № 10. С. 28.].

Постмодернизм рассматривается, чаще всего, как негативная, критическая реакция на модернизм и составляющий его ядро просвещенческий разум. Одна из важных особенностей постмодернистских дискурсов заключается в критике модернистской рациональности за её универсализм, фундаментализм и связь с тоталитаризмом. Отношения между социальной реальностью и социальным мышлением, связанность Дискурса и Власти наиболее разработаны в работах П. Бурдье и М. Фуко. Существовавшее до сих пор знание было едино по форме; но это единство, подчёркивает Ж.Ф. Лиотар, обеспечивалось использованием великих метанарраций, метаповествований. Метанарративы – это базовые повествовательные идеи, предельно широкие объяснительные схемы, легитимирующие, то есть обосновывающие и оправдывающие единство, или устойчивую целостность исследования практического действия, вообще реальности. Такое обращение к легитимирующей всё и вся базовой идее характерно для развития науки, философии и всей культуры в целом всех эпох, существовавших до постмодерна. Для него, напротив, характерен диагноз распада единства (как исходная ситуация постмодерна) и поощрение множественности (как задача постмодерна на будущее). Пытаясь выявить наиболее типичную черту постмодернистской культуры, Ж.Ф. Лиотар отметил: «Предельно упрощая можно сказать: "Постмодерн" означает, что метанаррациям уже не верят» [7 Лиотар Ж.Ф. Состояние постмодерна. СПб.: Алетейя, 1998. С. 24.].

Pages:     || 2 | 3 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.