WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 || 3 |

Так, профессор А. А. Миголатьев пишет: «Интегрирующая функция философии заключается в её имманентной способности объединять, синтезировать знания, добытые частными науками в целях получения более общего знания, освобождённого от деталей, подробностей, носящих непринципиальный, временный и местный характер» [17 Миголатьев А. А. Философия. Её роль в жизни общества // Социальногуманитарные знания. – 2001. – № 1. – С. 62.].

«Знания о мире, добываемые современной наукой, – пишет доцент кафедры философии Московского авиационного института Е. Ю. Бельская, – настолько сложны и изложены столь специфическим языком, что почти недоступны обыкновенному человеку, а между тем сегодня, как и тысячи лет назад, в мировоззрении человека важное место занимает целостное представление о мире – о природе, о Вселенной и месте в ней человека» [18 Бельская Е. Ю. Информационная составляющая в генезисе картины мира // Полигнозис. – 2001. – № 1. – С. 26.].

Не случаен в связи с этим интерес, проявленный в 60е гг. XX в. к понятию «картина мира». Одна из обсуждавшихся трактовок представляла картину мира как промежуточное звено между знаниями о мире, полученными фундаментальной наукой, и их изложением на языке, доступном неспециалисту, отражением этих знаний в мировоззрении людей, созданием целостного образа мира.

«...Картины мира, сменяющие друг друга в истории человечества, представляют собой важные звенья в цепи последовательных попыток познания природы.... Представления человека о мире изначально не ограничивались знанием отдельных фактов, а тяготели к целостному восприятию природы, т. е. составляли некую картину мира» [19 Бельская Е. Ю. Информационная составляющая в генезисе картины мира // Полигнозис. – 2001. – № 1. – С. 26.].

Проблема синтеза знаний возникла не сегодня. Уже в античности предпринимались попытки соединения различных взглядов и подходов. Такой подход к знанию, получивший название «эклектика», традиционно оценивается отрицательно. Это связано с тем, что эклектизм, как правило, отождествляется с механическим, чисто внешним соединением разнородных взглядов, точек зрения, теорий, с подменой одних логических оснований другими, нарушением принципа целостности того или иного учения, что само по себе достойно осуждения, но может также использоваться как своеобразный аргумент против новаций, особенно при догматическом отношении к господствующей доктрине.

Борясь против эклектики, нередко «вместе с водой выбрасывали и ребёнка» – попытки объединить, синтезировать различные теории, подходы, точки зрения. Эклектика – это «оборотная сторона медали», «лицевая» же её сторона – это необходимый на некотором этапе познания синтез знаний.

Именно потому Д. Дидро написал: «Эклектик – это философ, который решительно отбрасывает предрассудки, традиции, предания, господствующие мнения, авторитеты – всё то, перед чем склоняет голову большинство людей, и отваживается потому думать самостоятельно...» [20 Дидро Д. Эклектизм // Осадная башня штурмующих небо. Избранные тексты из Великой французской энциклопедии ХVШ в. – Л.: Дет. лит. Ленингр. отдние. 1980. – С. 61.].

Эклектизм здесь рассматривается положительно, как форма самостоятельного мышления, преодоления стереотипов и догм, стремление синтезировать различные взгляды, чтобы обогатить себя и саму идею. Однако, с методологической точки зрения, опасность механического соединения идей, подмены оснований и содержания терминов, поскольку они переносятся в другой контекст, остаётся. Это должно быть предметом особого внимания при соединении различных концепций, их диалоге [21 См. Микешина Л. А, Опенков М. Ю. Новые образы познания н реальности. – М.: РОССПЭН, 1997. – С. 42–44.].

Современная философия даёт достаточно тому примеров. В частности, это известный опыт «прививки герменевтики на феноменологию» П. Рикёра или его сочетание семантического, прагматического и этического уровней при конструировании значения термина «Я» [22 См. Рикёр П. Конфликт интерпретаций. Очерки о герменевтике. – М., 1995; Рикёр П. Человек как предмет философии // Вопр. философии. — М., 1989. – № 2. – С. 41–50.]. Это опыт К. ?О. Апеля в работе «Идея языка в традиции гуманизма от Данте до Вико» [23 См. Ареl К. О Die Idee der Sprache in der Tradition des Humanismus von Dante bis Vico. Bonn. 1963.], где он ставит перед собой задачу соединить рациональные идеи диалектики, трансцендентальной философии, феноменологии, герменевтики с аналитической философией языка.

Важнейшим условием преодоления механического эклектизма является пронизанность различных подходов, используемых философом, единой идеей. Так, разносторонность духовной деятельности Ж.П. Сартра, граничащая со всеядностью синтетизма его философских сочинений, могла быть истолкована как механический эклектизм, если бы все его работы не пронизывала одна главная идея – человеческая свобода, которая и сообщает единство всему философскому синтезу концепции Сартра [24 См. Филиппов Л. И. Философская антропология ЖанаПоля Сартра. – М.: Наука, 1977. – С. 16.].

Доктор философских наук, ведущий научный сотрудник ИФ РАН Е. Н. Князева пишет: «Если мы хотим проследить ход изучения... сложных феноменов в истории науки, то последняя предстаёт перед нами историей сближения научных дисциплин и ломки границ между ними, трансдисциплинарного переноса понятий и когнитивных схем, формирования дисциплингибридов. Как отмечает Эдгар Морен, «если официальная история науки является историей дисциплинарности, другая история науки, связанная с первой и неотделимая от неё, является историей интерполитрансдисциплинарности» [25 Morin Е. La tete bien faite. Repenser la reforme? Reformer la pensee. Paris: Editions du Seuil. 1999. P. 129.].

Именно холистическая тенденция определяет характер науки будущего, где, судя по всему, будет усиливаться интеграция научных дисциплин на полях полидисциплинарного исследования и обретать особую ценность способность учёных нелинейно и целостно мыслить. Поэтому одной из задач перестройки систем современного образования всех уровней является развитие холистического мышления, формирование умения понимать широкий, или иногда даже и глобальный, контекст исследуемой проблемы, т. е. умения контекстуализироватъ знание.

Тренировать холистический, а не аналитический, взгляд на мир становится насущной потребностью современной науки. «Думай глобально, чтобы успешно решить свою частную и локальную проблему!» – вот лозунг сегодняшнего дня» [26 Князева Е. Н. Трансдисциплинарные комплексы знаний: синергетическая мудрость в образовании // Полигнозис. –2001. – № 2. – С. 66.].

Роль философии как синтетической науки не отменяет других направлений философского исследования и тем более не покушается на огромное многообразие интеллектуального поля человечества. Ещё Декарт писал: «Все науки настолько связаны между собою, что лучше изучать их все сразу, нежели какуюлибо одну из них в отдельности от всех прочих» [27 Декарт Р. Правила для руководства ума. – М. Л., Соцэкгиз, 1936.]. С тех пор и наук, и накопленного ими материала стало так много, что выполнить эту рекомендацию Декарта стало невозможно.

Однако синтез доступной среднему человеку со средним интеллектом картины мира, включающей наиболее важные факты, явления и проблемы окружающей человека действительности – важнейшая антропологическая, культурная и интеллектуальная задача именно философии, поскольку именно для философии такая задача является традиционной, и именно философия лучше любой другой науки подготовлена всем предшествующим ходом развития к её решению.

Философия с самого своего возникновения стремится изучать мир в наиболее важных, существенных его чертах, в отличие от науки, которая стремится, в принципе, постигнуть всё во всех самых мельчайших подробностях. Наука – явление социальное, возможное лишь в результате разделения труда и разбиения мира на изучаемые отдельными науками множество сфер, областей, тем, проблем и других более мелких частей.

Философия же – наука попрежнему авторская, поскольку она ориентирована на отдельного человека с его ограниченными по сравнению с научными коллективами возможностями познания. И потому здесь познаётся в основном наиболее важное, общее, существенное. Мир в философии «сворачивается» до объёма, способного «уместиться» в отдельно взятой человеческой голове. Поэтому философия – в идеале – самая «человечная» из наук, самая «антропологичная», «человекоориентированная».

Профессор С.Петербургской кафедры философии Российской академии наук С. С. Гусев пишет: «...если нельзя показать, что мир есть нечто единое и целое, поскольку никому не удалось выявить правила, по которым он построен, то, разбирая его на части, можно увидеть, что он всё же был чемто целым» [28 Гусев С. С. Эволюция философских идей: путь к XXI в. // Мысль: Философия в преддверии XXI столетия: Сб. статей / Редкол.: А. И. Бродский и др. – СПб.: Издательство С.Петербургского университета, 1997. – С. 19.].

Кстати говоря, ««системность мышления», стремление к построению широких обобщающих конструкций академик Н. Н. Моисеев относил к одной из «русских» традиций. Если наши первые немецкие учителя XVIII века приучали своих русских учеников прежде всего к тщательности конкретных исследований и дали им необходимые для этого культуру и навыки, то уже первые самостоятельные русские исследования вышли изпод опеки традиций немецкой школы. Они оказались связанными с попытками построения синтетических теорий. Жизнедеятельность Лобачевского и Менделеева является тому прекрасным примером. И первая систематическая критика классического рационализма как научной позиции также прозвучала из России...» [29 Моисев Н. Н. Расставание с простотой. – М.: Аграф, 1998. – С. 38.].

Некоторые учёные, например, профессор А. С. Хоцей (г. Казань), вообще системность, полноту охвата теорией известных фактов относят к основному признаку научности: «...наука как деятельность есть, в конечном счёте, процедура обобщения реальности, а наука как свод знаний – сумма обобщающих суждений....Разные обобщения отличаются лишь по полноте, и в этом смысле в рамках конкретной ситуации более... научными являются те, что более полно охватывают известные на данный момент человечеству факты. Степень научности есть количественный показатель...» [30 Хоцей А. С. Теория общества. Философская проза. II том: Становление бюрократии. Цивилизации. – Казань: Издво «Матбугат йорты», 2000. – С. 233.].

Первоначально философия была единственной наукой и включала в поле своего познания все достойные внимания проблемы. Однако постепенно круг вопросов, исследуемых философами, расширялся. В этот круг стали входить всё новые и новые предметные области.

По мере накопления материала эти предметные области становились всё более обособленными и, после достижения некоего критического уровня, превращались в самостоятельные науки, у философии же предметная область, изучаемая этими науками, как бы «отнималась»: «Что должно входить в компетенцию философии – об этом может сказать только её история; – и она говорит философии, что прогресс состоит в сужении сферы её компетенции: история философии является историей редукции предметной области философии» [31 Marquard, Odo: Abschied vom Prinzipiellen: Philosophische Studien. Stuttgart 1995. Philipp Reclam jun. GmbH & Co, S. 24; см. также S. 23–38.].

Такое «размножение наук путём почкования» [32 Горохов В. Г. Особенности анализа становления н развития технической теории // Философия, наука, цивилизация. / Под ред. В. В. Казютинского. – М.: Эдиториал УРСС, 1999. – С. 204.] сначала от философии, а затем и от самих наук продолжается и поныне. В связи с этим научная парадигма стала господствующей и в философии: «... философии оставалось либо признать свою архаичность и уйти вместе с религией в небытие, либо принять ту познавательную парадигму, которая стала исходным методологическим принципом науки – нарастающую и не знающую предела дифференциацию познания, которое стремится быть всё более глубоким, а значит, всё более узким, частным, фрагментарным, осколочным» [33 Каган М. С. Философия как мировоззрение // Вопросы философии. – 1997. – № 9. – С. 38.].

Философия стала одной из наук. И как у всякой уважающей себя науки у философии должен быть свой предмет, своя область исследования, поскольку определяющей характеристикой, служащей основой идентификации той или иной науки, является именно предметная область, которой она занимается.

На долю философии остались следующие основные сферы исследования:

· вопервых, исследование вновь возникающих проблем и предметных областей, «не застолблённых» ещё какимилибо частными науками – с возможным последующим оформлением этой новой предметной области в самостоятельную науку, а также, хотя и в меньшей степени, исследование межпредметных областей, по тем или иным причинам выпадающих из поля зрения частных наук;

Pages:     | 1 || 3 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.