WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 |

С. М. ЗИМИН

ФИЛОСОФИЯ КАК НАУКА И КАК ЯВЛЕНИЕ КУЛЬТУРЫ

Вопрос, является ли философия наукой, в последнее время довольно часто становится предметом обсуждения. Обратимся к этой проблеме и мы, однако прежде рассмотрим, в чём философия сходна с наукой и в чём отлична от неё.

До появления письменности более или менее надёжно запоминаться и передаваться из поколения в поколение могли лишь рифмованные поэтические тексты и несложные яркие сюжеты: легенды, мифы, сказки. Лишь появление письменности сделало возможным фиксацию текстов более сложных, менее насыщенных эмоционально.

В ряду таких текстов одними из первых стали тексты философские. Изначально философия сосредоточилась на осмыслении наиболее важных, основных проблем бытия, познания, места человека в мире, была ориентирована в основном именно на философскую парадигму, на изучение только сущности и отбрасывание всего несущественного («Многознание уму не научает»), на максимальное обобщение действительности. «Первая, сразу бросающаяся в глаза особенность философии, как самостоятельной области знания, состоит в том, что она является самой общей, до неопределённости общей наукой. Она стремится охватить мир в целом, в его первоосновах» [1 Гусейнов А. А. Философия: между знаниями н ценностями // Философские науки. – 2001. – № 2. – С. 47.].

Наука, как и философия, также выделяет наиболее существенное, важное, повторяющееся и формулирует на этой основе законы. Однако все прочие частности и подробности не отбрасываются, а помещаются на соответствующую «полочку» в классифицированном знании. Наука и техника стремятся к расширению знания с сохранением всех частностей и подробностей, ибо без этих подробностей невозможно создание никаких технических устройств, ибо любая мелочь, не продуманная до конца, способна вывести из строя всю машину.

Отмеченное различие между философией и наукой имеет достаточно глубокую антропологоцивилизационную подоплёку.

Отношение к познанию как к явлению преимущественно «посюстороннему», явлению сугубо человеческому (в отличие от, например, гегелевского «самопознания мирового духа»), неизбежно влекло за собой явное или неявное признание ограниченности познавательных возможностей человека, признание невозможности в полном объеме справиться со всё расширяющимся полем познания.

Отсюда следовало два возможных пути дальнейшего развития познания: аналитический и обобщённосинтетический.

Путь первый, аналитический, по которому пошла наука: с одной стороны, дифференциация знания на отдельные области; с другой стороны, социализация познания, т. е. превращение его из знания личностного, индивидуального, – в знание общественное, социальное. Путь этот требовал разделения знания, разделения труда, в том числе интеллектуального.

Здесь следует отметить, например, работы Ф. Хайека, который впервые рассмотрел рынок как самоорганизующееся информационное устройство, позволяющее наиболее полно использовать рассеянное знание, являющееся достоянием множества индивидов. Идею разделения труда Хайек (вслед за Платоном [2 См.: Платон. Государство // Платон. Собр. соч. в 4 т. Т. 3. – М.: Мысль, 1994.] и др.) дополняет идеей разделения знаний. Для Хайека любой социальный институт – орудие по обнаружению, переработке и распределению информации [3 См.: Хайек Ф. Конкуренция как процедура открытая // МэиМО. – 1989, – № 12. С. 9–10; Микешина Л. А., Опенков М. Ю. Новые образы познания и реальности. – М.: РОССПЭН, 1997. – С. 162–163.].

Чем шире становилось поле знаний и умений человечества, тем на большее количество сфер знания, профессий и специальностей оно делилось. Такая дифференциация позволяла сохранять доступность знаний и умений для каждого отдельного человека за счёт всё более узкой специализации, позволяющей человеку оперировать знаниями и умениями, объём которых не превышал его интеллектуальных возможностей.

Появление письменности, книгопечатания, компьютерной техники увеличивали производительность интеллектуального труда и расширяли доступную отдельному человеку область знаний и умений, но непрекращающийся рост знания вновь всё расставлял по своим местам, снова восстанавливая более или менее узкую специализацию каждого конкретного человека на какойлибо конкретной области знаний и умений.



«... Классический рационализм и идеи редукционизма, сводящие изучение сложных систем к анализу отдельных её составляющих и структуры их взаимодействий, ознаменовали собой важнейший этап в истории не только науки, но и цивилизации. Именно им, в первую очередь, обязано современное естествознание своими основными успехами. Вероятно, рационализм и редукционизм были необходимым и неизбежным этапом развития естествознания и истории мысли. Но, как и любые плодотворные в определённых сферах идеи, научные позиции классического рационализма и редукционизма оказались не универсальными» [4 Моисеев Н. Н. Расставание с простотой. – М.: Аграф, 1998. С. 35.].

Наука – явление социальное, возможное лишь в результате разделения труда и разбиения мира на изучаемые отдельными науками области, сферы исследования, темы, проблемы и другие более мелкие части: «Процесс дробления наук привёл к тому, что такие понятия, как «физика», «биология», «литературоведение», да и все иные, обозначавшие не так давно различные науки, оказались собирательными терминами для прогрессивно разветвляющихся групп специализированных научных дисциплин, взаимопонимание которых, не говоря уж о сотрудничестве, всё чаще становилось если не невозможным, то крайне трудным» [5 Каган М. С. Философия как мировоззрение // Вопросы философии. – М., 1997. – № 9. – С. 38.]. Более того, уже В. Вернадский отмечал, что «мы всё больше специализируемся не по наукам, а по проблемам» [6 Вернадский В. И. Научная мысль как планетарное явление. Гл. 50 / Отв. ред. А. Л. Яншин; Ан СССР – М.: Наука, 1991.].

Тенденция разделения труда, специализации каждого в своей, всё более узкой сфере деятельности не только продолжается, но и прогрессирует. Так, если в начале XX века 82 % научных публикаций были «сольными», то в настоящее время не более 20–30 % научных работ принадлежит перу лишь одного автора. В физике и биологии, например, всё чаще встречаются работы, подписанные 10–20 фамилиями [7 См. Семёнова Н. Н. Наука в системе общественного производства. – Новосибирск, 1984. – С. 62.].

«... Развитие теоретического сознания, усложнение используемых методик, становление специализированных языков науки – всё это постепенно размывало её исходный демократизм, – пишет доктор философских наук, профессор СанктПетербургской кафедры философии РАН С. С. Гусев. – Надежда на достижение каждым учёным полного знания «обо всём» в конце концов оказалась иллюзорной. Сегодня уже даже специалисты, работающие в рамках одной и той же дисциплины, перестали воспринимать окружающий мир одинаковым образом. Например, физик, занимающийся изучением механических процессов, может не понимать результат, относящийся к движению микрочастиц. Что уж говорить о «человеке с улицы», не являющемся профессиональным учёным.

Современное познание представляет собой достаточно замкнутую область, разбитую в свою очередь на довольно слабо соотносящиеся между собой дисциплины. Об этом говорят сами профессионалы. Ограничивая свой интерес задачами, которые удалось сформулировать средствами определённой дисциплины, учёные существенным образом уменьшают масштаб описываемого ими мира. Представление о том, что благодаря науке люди расширяют свои знания о действительности, во многом является мифическим. Бесконечное восхождение ко всё новым и новым вершинам знания, о котором мечтали мыслители прошлого, сменилось ныне заботливым огораживанием локальных участков, на которых специалисты с помощью гарантированно надёжных методов строят модели отдельных фрагментов реальности, не всегда представляя себе, каким образом их можно связать в целостную картину» [8 Псевдонаучное знание в современной культуре (материалы «круглого стола») / Гусев С. С. Выступление на «круглом столе» в редакции журнала «Вопросы философии» // Вопр. философии. – М., 2001. – № 6. – С. 28.].

Доктор психологических наук, профессор Е. А. Климов, в частности, пишет: «Существует очень много отраслей психологии... и они продолжают развиваться.... В итоге разные специалисты, называющие себя психологами, ныне с трудом понимают друг друга» [9 Климов Е. А. О соотношении некоторых отраслей психологии и возможных «пограничных спорах» // Вестн. Моск. унта. Сер. 14. Психология. – 1999. – № 3. – С. 3.].





Например, чрезвычайно разрослась к настоящему времени математика. В результате она не только абсолютно непонятна для непрофессионалов, но не очень понятна и для многих, профессионально ею занимающихся, поскольку происходит стремительная дифференциация и специализация внутри самой математики.

А потому возможным стало длительное существование появившихся в результате изощрённой математической «эквилибристики» квантовой механики, общей и специальной теорий относительности и т. п. «парадоксальных следствий» применения математики к реальности [10 См. Кочетков А. В., Федотов П. В. Проявления исторического мышления в современной физике. – Саратов: Сарат. гос. техн. унт, 2001. – 176 с.].

«Наука, будучи побочным потомком философии, стала для неё главным ориентиром, – пишет доктор философских наук Т. Б. Любимова (институт философии РАН). – Постижение истины в её полноте отодвинулось за горизонт. Кант окончательно зафиксировал это в тезисе о недоступности для разума обрести основание единства познаваемых законов природы, т. е. он фактически утверждал невозможность единой теоретической (поскольку речь идёт о законах) научной картины мира, так что наука по необходимости вынуждена пребывать в раздробленном состоянии разрозненного, фрагментарного знания» [11 Любимова Т. Б. Бесконечный лабиринт (философское эссе) // Полигнозис. – М,. 2001. – № 4 [16]. – С. 104.].

Однако, как утверждает М. Бунге, «изоляция какойлибо дисциплины есть верный показатель её ненаучности» [12 Bunge M. What kind of Discipline is psychology: autonomous or dependet, humanistic or scientific, biological or sociological // New ideas in psychology – 1990. Vol. 8, – P. 121–137.;

Цит. по: Судаков К. В. Гл. 1. Теоретические основы психологической деятельности // Александров Ю. И., Брушлинский А. В., Судаков К. В., Умрюхин Е. А. Системные аспекты психической деятельности / Под общей ред. акад. РАМН, проф. К. В. Судакова. – М.: Эдиториал УРСС, 1999. – С. 96.]. Канадский исследователь профессор Г. Селье пишет: «...создаются всё более сложные средства для всё более глубокого «копания» в какомто одном месте. Разумеется, это необходимо, но... Узкий специалист теряет общую перспективу; более того, я уверен, что всегда будет существовать потребность в учёныхинтеграторах,... постоянно стремящихся к исследованию достаточно обширных областей знания.... Среди нас должен остаться ктото, кто будет обучать людей совершенствовать средства для обозревания горизонтов, а не для ещё более пристального вглядывания в бесконечно малое» [13 Селье Г. От мечты к открытию: как стать учёным: Пер. с англ. Н. И. Войскунской: Selye Hans. From dream to discjvery: On being a scientist. Hew York: Arno Press, A Hew York Times company, 1964 / Общ. ред. М. Н. Кондрашовой и И. С. Хорола; Послесл. М. Г. Ярошевского и И. С. Хорола. – М.: Прогресс, 1987. – С. 13.].

Поэтому вновь актуальной становится функция философии как центральной науки, занимающейся наиболее общими, наиболее важными, наиболее существенными вопросами, обобщающей и синтезирующей наиболее важные достижения частных наук [14 См.: Афанасьев Ю. Н. Может ли образование быть негуманитарным? // Вопросы философии. –М., 2000. – № 7. – С. 38.]. Поэтому другой основной тенденцией развития познания можно считать путь второй, синтетический, по которому (отчасти) пошла философия: это отбор из необъятного многообразия знания наиболее важного, существенного и синтез на основе этого отобранного материала доступной отдельному человеку картины мира.

«Зачем говорить утончённости, когда ещё остаётся высказать столько крупных истин» [15 Толстой Л. Н. Дневник Ш–V. 1851 г. // Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений / Лев Толстой – Репринт. воспроизведение изд. 1928–1958 гг. – M.: Изд. центр «Терра», 1992. –Т. 46: [Дневники, 1847–1854 / Ред. А. С. Петровский].–1997.] – вот кредо философии как науки о наиболее общих аспектах бытия.

Доктор философских наук Б. Н. Князева пишет: «Чем шире охват и выше уровень рассмотрения, тем менее различимы конкретные детали. А онито и составляют предмет научного исследования в большинстве дисциплин» [16 Князева К. Н. Саморефлективная синергетика // Вопр. философии – 2001. – № 10. – С. 102.]. Однако детали деталям рознь.

Pages:     || 2 | 3 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.