WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 45 |

Мальчишка повернулся и посмотрел на Мунлайта серьезно и озадаченно, словно озаботился теми же мыслями, только в отношении сталкера. Здравый смысл подсказывал вскинуть «калаша» и нажать на спуск, высадив в мальчугана все до железки, но чтото останавливало. Вот еще не хватало набраться сентиментальности и размякнуть. Это там, за периметром в детей и женщин стрелять не хорошо. А здесь очень даже можно, потому что, если не считать придурковтуристов, что мотались сюда между первым и вторым взрывом, не было здесь детей и женщин с тысяча девятьсот восемьдесят шестого года. Не было, нет и быть не должно. Но чтото мешало нажать на спуск.

Мун чертыхнулся, опустил ствол, хоть на предохранитель не поставил и был готов вскинуть и шмальнуть в любой момент.

— Эй, пацан, — позвал негромко. — Ты как здесь? Паренек смотрел недоверчиво и ничего не отвечал. Молчит! Не умеет говорить, метнулось в голове. Всетаки мутант, а не ребенок. Да и откуда бы здесь взяться ребенку? Мунлайт вздернул автомат, готовясь уже давить на спуск, но мальчишка вместо того, чтобы броситься на него, как полагалось всякой твари, попятился, развернулся и заспешил к домам.

Так и не успевший выстрелить, сталкер снова матюгнулся, качнулся в нерешительности и пошелтаки следом. Мутант не стал бы убегать. У любого мутанта голод и агрессия превыше страха. Во всяком случае таких тварей, которые побежали бы от человека, за все те годы, что топтал Зону, он не видел ни разу.

Мальчишка двигался теперь быстрее и сократить расстояние не удавалось. Не бежать же в самом деле. Это было бы совсем глупо. Уже то, что он гоняется посреди Зоны за десятилетним ребенком, верх маразма, а бежать… И без того ноющее от усталости тело напоминало о себе с каждым резким движением.

Щуплая фигурка исчезла за углом ближайшего дома.

Или всетаки заманивает? Твою мать, нерешительность хуже всего. Всегда. Везде. А здесь и вовсе хуже не придумаешь.

Он добрался до полусгнившей избенки и шагнул за угол.

Здесь стелился легкий туман. Самый обыкновенный, а не тот непроглядный и пугающий, из которого толькотолько выбрались. Вперед уходила заросшая тропка. О том, что тут когдато пролегала улица, напоминали теперь только останки домов, располагающиеся ровными рядами по обе стороны от открытого пространства. Мальчишка отошел вперед по улице уже на пару домов и продолжал идти. Быстро. Почти бегом.

Значит, не боится. О чем это может говорить? Да о чем угодно. Мальчишка может здесь жить и знать, что тут нет ничего опасного. Либо знать опасные места и обходить их на раз. Мальчишка может быть вовсе не мальчишкой и все эти опасности ему по боку. Мальчишки может не быть вовсе, а то, что он видит — бред, порожденный в мозгу какойнибудь тварью с психокинетическими способностями. Или просто аномальный бред. А что, один такой в тумане бабу увидал, заночевал у нее и чуть на ПМЖ не остался.

— Малой, — окликнул Мун, но парень не обернулся.

Детская спина мелькала над бурьяном в такт пружинистой походке. Скосить бы его вместе с травой. Паренек споткнулся и нырнул лицом в зеленобурое, разросшееся выше пояса. Мунлайт, повинуясь инстинкту, поспешил на помощь, но помощь не требовалась.

Пацан вынырнул из увядающего осеннего бурьяна, обернулся и, увидав догоняющего его сталкера, метнулся в сторону к темной громаде дома. Мун не отставал. Вокруг было на удивление чисто. Не фонило даже, если верить дозиметру. Хотя случаются здесь места, где и себе верить нельзя, не то что аппаратуре, лишенной мозгов и интуиции.

Возле дома, к которому свернул мальчонка, тоже все заросло. Паренек ловко лавировал между молодой порослью. До другого конца потемневшей стены нежилой избы он домчался с такой скоростью, что Муна взяли завидки.

Там мальчишка оглянулся и проворно скрылся за углом. Когда Мун добрался до этого места, мальчонки уже не было видно. Только дверь в избу хлопнула, давая понять, что паренек схоронился внутри.

— Вот засранец, — пробормотал Мунлайт.

Возможно имело смысл развернуться и уйти отсюда пока не поздно. Но чтото тянуло его за мальчишкой, как магнитом. Не то любопытство, не то чужая воля. Ноги сами понесли ко входу.

Заскрипели ступеньки. Мун взялся за деревянную ручку, холодную и размокшую от влаги, и потянул на себя. Скрипнуло.

В сенях было девственно пусто, и он прошел в дом.

Внутри царил полумрак. Свет в комнату попадал только через окошки, часть которых прикрывали покореженные ставни. Признаков жизни тут не наблюдалось. Вернее жизнь здесь была, но очень давно. Сейчас осталось лишь запустение. Ошметки перевернутой мебели и горы мусора на полу.

Мун сделал осторожный шаг, другой. Оглядываясь по сторонам, прошел вперед к центру комнаты. Под ногой чтото хрустнуло. Взгляд молниеносно метнулся вниз, вылавливая источник противного звука. Там припорошенная мелким мусором валялась дверца старого платяного шкафа с прикрепленным с внутренней стороны зеркалом.

Стекло помутнело и покрылось слоем грязи. От каблука тяжелого ботинка Мунлайта по нему пошли длинные корявые трещины. Но чтото странное было в пробивающемся сквозь кучу грязи и хлама отражении. Сталкер присел на колени и разгреб руками мусор. Зашуршало, звякнул откатившийся в сторону чайник с проржавевшим днищем. Еще не понимая причину беспокойства, он провел рукавом по зеркальной поверхности, стирая грязь, давая отражению показаться во всей красе.

Рука дрогнула. Мун замер. Из помутневшего зеркала на него смотрел молодой крепкий мужик с цепким взглядом и совсем не веселой рожей. Впрочем веселость, когда рядом никого нет, ему была и не нужна. Убивало другое. Аккуратно стриженая бородка подковкой стала абсолютно белой. Седой, как лунь. А еще вчера была темнее ночи. Пальцы, предательски подрагивая, коснулись подбородка. Рука нервно дернулась вверх, сорвала бандану. Изпод защитного цвета тряпки выбились растрепанные вихры. Белоснежные, как цветущая вишня.

Мун медленно отстранился и поднялся на ноги. Оказывается общение с неведомой аномалией не прошло даром. Эта дрянь оставилатаки след. Седые вихры смотрелись как напоминание. И одному богу было известно, что еще произошло с его организмом после того как… Пальцы впились в виски, помассировали с ожесточением. Он принялся было насвистывать «moonlight and vodka», но сам оборвал себя. Отражение, хоть Мун и не видел его больше, неотступно стояло перед глазами. А потом вспомнилось то вчерашнее ощущение полной потери чувств и беспомощное путешествие сознания в пустоте, не имеющей никаких характеристик и мер, кроме его памяти и мыслей. И еще прозрачный, словно сотканный из дыма, двойник. В груди дернулось чтото, обожгло страхом.

Чем он занят? Он вернулся с того света. Судьба дала ему такой шанс, который выпадает раз в жизни, да и то не каждому. Зона оставила жизнь, которую уже практически отобрала. А он вместо того, чтобы подумать о ценности подарка, тут же побежал его профукивать. Балбес.

Мун со всей дури пнул валяющуюся рядом железяку. Чайник с грохотом вылетел изпод ноги, откатился в сторону.

— Твою бога душу, — начал он, проследив за железкой, и замолчал.

Там в углу, куда откатилась ржавая посудина, прижавшись спиной к стене, стоял давешний пацан. Глаза у мальчонки были испуганными. Взгляд сверлил сталкера.

Нет, это был не мутант. И не галлюцинация, напущенная другим мутантом. Вот только что это было? Мунлайт сделал осторожный шаг вперед. Мальчишка еще плотнее вжался спиной в стену.

— Спасите, — пролепетал он еле слышно, и взгляд его устремился за спину сталкера.

От кого он должен спасти мальца, Мун сообразить не успел. Он даже не успел обернуться. Чтото тяжело ударило по затылку. Черепную коробку пронзило болью, будто внутри чтото взорвалось. В ушах повис затянувшийся на одной ноте колокольный звон. А потом в комнате стало совсем темно и он повалился на пол.

Как там… Вначале было слово? А вот и хрен по всей морде. Сначала была боль. Тупая, ноющая, монотоннозанудная. Она притаилась в затылке и не собиралась никуда уходить, обещая долгое и мучительное соседство. В тон ей поднывало все тело.

Мунлайт не сдержался и застонал, не открывая глаз. Вот после этого возникло слово. И слово было произнесено знакомым басом:

— Оклемался, адепт хаоса? — Само такое, — голос слушался плохо, но все же слушался.

Мун открыл глаза. Помещение, в котором они находились, было не тем, в котором он получил по башке. Окна здесь оказались плотно закрыты и заколочены. Дверь заперта. Свет, такой же скудный, попадал через обветшалую крышу возле входа. Впрочем, на полумраке сходство импровизированной тюрьмы с избушкой, где его вырубили, и заканчивалось.

Мусора здесь не было. Вообще ничего не было кроме двух металлических коек, на одной из которых лежал Снейк. Сам Мунлайт почемуто валялся на полу.

Бородатый приятель смотрел на него недовольно. Да и чего ему было радоваться? Правда на раненой ноге была свежая повязка, но этот признак проявления чьейто заботы компенсировали наручники, которыми лежащий на койке бородач был пристегнут к спинке этой самой койки. Причем пристегнули Снейка таким макаром, чтобы поставить его в неудобную позу и сделать безопасным, даже если он ухитрится встать.

— Мы где? — Мун с трудом поднялся с пола, доплелся до свободной койки и рухнул на голую металлическую сетку. Доисторическая кровать скрипнула. Натужно задребезжала металлическая сетка. Хоть бы матрасик какой кинули.

— Взаперти, — философски заметил Снейк.

Мун перекатился на спину и прикрыл глаза. Голова болела и конца этой боли видно не было.

— И кто нас запер? — А я почем знаю? — забасил бородатый. — Ты ушел. Они пришли. Пригласили в гости. Я хотел отказаться, но их человек восемь было, все при оружии. А я без ног и без патронов, пришлось принять приглашение. Потом и тебя притащили. Нашивки у них, вроде как у придурков из «Свободы».

— Почему придурки? — Мунлайт открыл глаза и с удивлением покосился на бородатого приятеля. — Чем тебе свободные не угодили? — Настоящий сталкер должен быть один, — убежденно ответил тот. — А в тусовки только гопота собирается.

— Нуну, — ухмыльнулся Мун и опять откинулся на спину.

Боль снова дала о себе знать, заставляя поморщиться.

— Это за твою философию тебя к койкето пристегнули? Снейк засопел сердито, пообещал с обидой:

— По лбу дам.

— Руки коротки, — мрачно ухмыльнулся Мунлайт. — Расплодились, понимаешь, любители по башке стучать.

— А с головой чего? — Двинули по затылку. Не то прикладом, не то еще чем потяжелее. Если по ощущениям судить, то бревном.

— Я не про затылок, — уточнил Снейк. — Ты в перекись нырял что ли? — Ах, это. Понервничал. Ктото знаешь, с перепуга штаны пачкает, а у когото седина немного лезет. Кстати, с башкой то же самое, что и с бородой. А про бороду ты вчера ничего не спрашивал, или не заметил? — А разве про такое спрашивают? — потупился бородатый.

— А разве нет? Вот сейчас ты чего делаешь? — Да иди ты, — надулся бородач и отвернулся носом к стене.

На этот раз Снейк обиделся надолго. Во всяком случае, с разговорами больше не приставал, и это было хорошо, благо голова болела нещадно.

В молчании прошло не меньше часа. Мунлайт почти ухитрился задремать, теша себя мыслью, что когда проснется, голова уж точно должна пройти. Из полудремотного состояния его выдернул противный металлический скрежет.

Мун открыл глаза и приподнялся на локте. Звук доносился от двери, снаружи ктото явно ковырял старый, врезанный еще при царе Горохе, замок.

— Это чего? — подал голос Снейк.

— Мыши тут, дядя, здоровые бегают, — гнусно ухмыляясь, процитировал Мунлайт.

Снейк засопел. Ну и пусть с ним. В конце концов, на еврейские вопросы армянское радио не отвечает.

Замок щелкнул финальным оборотом, и дверь распахнулась от хорошего пинка, в который была вложена вся злость на заевший запорный механизм. Створка резко шарахнула о стену. Сверху посыпалась пыль и какойто странный застарелый мусор, о составе которого Мун не хотел даже думать.

На пороге стоял молодой, лет двадцати, конопатый парень с суровым, как ему самому видимо казалось, лицом и двумя мисками в руках.

Мунлайт сел на кровати и посмотрел на парня, стараясь ухватить то, что происходит у него за спиной. Снаружи, судя по теням, осталось еще два молодчика, потому идея дать рыжему в рог и смыться отпала, еще не возникнув. Да и куда он смоется с бородатым балластом на шее. А оставлять Снейка здесь было както не посталкерски.

— Здравствуй, хозяюшка, — бодро приветствовал Мун рыжего. — Чем угощать будешь? Парень поморщился, видимо борясь с желанием ответить, но смолчал. Не произнеся ни слова, прошел вперед и пихнул Мунлайту миску. Тот кивнул с благодарностью. Но рыжий уже повернулся к бородатому. Вторую миску поставил на койку рядом со Снейком и, выудив откудато ключик, отстегивал наручник.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 45 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.