WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 30 |

Российская Академия Наук

Отделение философии, социологии,

психологии и права

А.В.ДМИТРИЕВ

СОЦИОЛОГИЯ ЮМОРА

Очерки

Москва 1996

 ББК 60.5

     Д 53

Ответственный редактор

доктор филос. наук

: К.М.Долгов

      Д53             ДМИТРИЕВ А.В. Социология юмора: Очерки. — М., 1996. — 214 c.

       В “Очерках” известный ученый член–корр. РАН А.В.Дмитриев освещает ряд основных вопросов социологии юмора. В книге рассматриваются такие проблемы, как смех в социологической теории, его основные объекты и субъекты, социальные функции юмора и смеха. Все эти проблемы освещаются преимущественно на материалах советского и российского обществ и содержат немало спорных моментов. Книга написана живо и интересно, ориентирована на широкий круг читателей. В частности, ее могут использовать в учебных целях преподаватели общественных наук в вузах и студенты.

                ISBN 5201019080                                                                        © А.В.Дмитриев,                                                                                    © ОФСПП, ОГЛАВЛЕНИЕ ПРЕДИСЛОВИЕ............................................................................................................ ОЧЕРК ПЕРВЫЙ. Теория Фрейда: pro et contra...................................................... ОЧЕРК ВТОРОЙ. Социологический “смех” А.Бергсона....................................... ОЧЕРК ТРЕТИЙ. Л.В.Карасев и другие: смех как символ..................................... ОЧЕРК ЧЕТВЕРТЫЙ. Ю.Борев и интеллигентский фольклор.............................. ОЧЕРК ПЯТЫЙ. Еврейский юмор: функции дифференциации и сплоченности. ОЧЕРК ШЕСТОЙ. Юмор: функция конфликта..................................................... ОЧЕРК СЕДЬМОЙ. Детский анекдокт: функция политической социализации... ОЧЕРК ВОСЬМОЙ. Юмор как политическая коммуникация............................. ОЧЕРК ДЕВЯТЫЙ. Политическая карикатура.................................................... ОЧЕРК ДЕСЯТЫЙ. Социология и юмор.............................................................. ОЧЕРК ОДИННАДЦАТЫЙ.Экономика и экономисты...................................... ОЧЕРК ДВЕНАДЦАТЫЙ. Армейский юмор........................................................ ОЧЕРК ТРИНАДЦАТЫЙ. Юридический анекдот как реакция общества.......... ЗАКЛЮЧЕНИЕ.......................................................................................................... Приложение № 1. В.Павлов. Перещеголяйте насмешливость...................... Приложение № 2. Л.Муниз. Общественная ценность смеха.......................... Приложение № 3. А.Бергсон. Комическое характера.................................... Приложение № 4. Л.Карасев. Антитеза смеха................................................ Приложение № 5. Законы еврейской физики.................................................. Приложение № 6. У.Лефски. 12 способов доказательства некомпетентности работника.     Приложение № 7. А.Бирс. Из “Словаря Cатаны”.......................................... Приложение № 8. С.Норткот Паркинсон. Налоги в старое и новое время Источники карикатур в тексте......................................................................... ПРЕДИСЛОВИЕ Сразу же разочарую тех читателей, которые надеятся найти здесь исключительно юмористические рассказы и карикатуры, и одновременно тех, кто ожидает прочесть философское эссе. Последним рекомендую серию статей Л.Карасева, опубликованных за последние два года в журнале “Человек”. Кому же предназначена эта книга? В первую очередь тем, кто убежден, что юмор и вызываемый им смех требует все же не общепринятого философского и эстетического, но социологического объяснения. Именно социологи могут проанализировать общественную значимость юмора и смеха, их функциональность, и прийти к выводу о необходимости их существования в каждой группе и почти в любой ситуации.

К такому выводу я склонялся постепенно, пополняя домашнюю библиотеку разного рода юмористическими книгами и альбомами карикатур. Объем коллекции стал достаточным, что дало возможность сесть, наконец, за рабочий стол и описать свои впечатления, используя работы искусствоведов, литературных критиков и отечественных философов.

Надеюсь на снисхождение моих коллег — в основном представителей эстетики, — поскольку употребляю слово “юмор” в самом широком значении, т.е. рассматриваю его как синоним “комического”. Причем акцент, разумеется, делается на субъективной стороне явления, т.е. на самом восприятии комического. В этом смысле юмор содержит в себе не только расслабляющее, терпимое начало, но и сатиру, которой свойственна критическая тенденция к объекту осмеяния. Иначе, юмор в большинстве случаев автор рассматривает в качестве родового понятия. Поэтому представляется логичным включить в него сатиру, иронию, гротеск, карикатуру, пародию, насмешку. И если критик по аналогии заметит, что автор не только делит население на черных и белых, мужчин и женщин, рабочих и служащих, обрезанных и необрезанных, но и объединяет их в одно целое — не страшно, не то бывало в работах тех же искусствоведов, разумеется, штатских.

Предложенная читателю книга содержит массу шуток, рассказов и карикатур, часть из которых уже публиковалась. Это поможет не столько вызвать интерес к избранной теме, сколько послужит комментарием и своеобразным мостиком к анализу уже знакомого читателю текста. Так в предисловии уместны строки Е.Евтушенко:

Юмор прятали в камеры, но черта с два удалось.

   Решетки и стены каменные он проходил насквозь.

Привык он ко взглядам сумрачным, но это ему не вредит, и сам на себя с юмором юмор порой глядит.

Он вечен. Он ловок и юрок, пройдет через все, через всех.

Итак, да славится юмор! Он — мужественный человек.

И все же можно воздержаться от чисто апологетической оценки феномена юмора, поскольку он традиционно включает в себя “грязные” частушки, оскорбительные шутки, но все же представляет собой часть народной культуры и, следовательно, демократичен по своей природе. Именно по этой причине я предпочитаю этот вид юмора и так же, как мои друзья, при случае повторяю их. Особенно мне нравится политический юмор, очищающий общество и защищающий часть населения от авторитарных поползновений властей. В каком–то смысле он “пятая ветвь власти”, самая неагрессивная из имеющихся.

Начиная писать эту книгу, я собирался ограничиться исключительно социальным аспектом. О философии и искусстве юмора и смеха написано достаточно, и поначалу мне казалось, что выдержать эту направленность будет достаточно легко. Ведь все отечественные исследователи лишь косвенно касались их чисто общественных функций. Однако вскоре выяснилось, что “классического” социологического объяснения не получилось ввиду чрезвычайной сложности явления. Но все же можно попробовать его понять. И читатель имеет дело именно с такой попыткой.

Но я не могу убеждать читателя в правильности подхода без краткого изложения очерков.

В двух первых главах я начинаю с критики описи классического наследства, оставленного нам З.Фрейдом и А.Бергсоном, затем в третьей и четвертой главах излагаю взгляды современных, в основном, российских авторов. В последующих главах я пытаюсь определить некоторые социологические функции юмора; в частности сплоченности и дифференциации (5 очерк), конфликта и согласия (в очерке 6), самоидентификации (7 и 8 очерки). Эти главы создают предпосылки для того, чтобы понять функционирование юмора в различных сферах общества. В качестве примеров избраны политическая организация и ее лидеры (9, 10, 11 очерки), армия (12 очерк), а также правовая и юридическая сфера (13 очерк).

Надо полагать, что после всего сказанного я смогу объяснить причины появления неких приложений, содержащих более или менее целостные иллюстрации к тем или иным главам. Они кажутся необходимым не только по чисто техническим причинам. Материалы, подготовленные другими авторами, как бы дополняют основную цель данной книги — обратить внимание читателя на амбивалентность любых общественных явлений и, разумеется, юмора в их ряде. У Ф.Ницше есть любопытное высказывание по этому поводу:

“У подавляющего большинства людей интеллект представляет громоздкую, подозрительную, скрипучую машину, завести которую — одна волокита: они называют это “серьезно относиться к делу”, когда намереваются поработать и хорошенько подумать этой машиной — о, сколь тягостно должно быть им это шевеление мозгами! Славная бестия, человек, теряет, по–видимому, хорошее настроение всякий раз, когда хорошо думает: он делается “серьезным”! И “где смех и веселье, там мысли нет дела” — так звучит предрассудок этой серьезной бестии против всякой “веселой науки”. — Ну что ж! Покажем, что это предрассудок!” * * * Приношу искреннюю благодарность коллегам, помогавшим мне советом в подготовке рукописи и особенно Н.Л.Денисовой. Кроме того, благодарю за согласие быть соавтором очерка 9 (“Детский политический анекдот”) моих коллег из Екатеринбурга Руденко В.Н., Мошкина С.В., осуществивших среди детей города чрезвычайно интересное исследование.

ОЧЕРК ПЕРВЫЙ ТЕОРИЯ ФРЕЙДА: PRO ET CONTRA Фрейд как объект юмора Влияние Фрейда на изучение юмора и смеха кажется бесспорным. Более того, его психоанализ, по мнению многих критиков, оказал определяющее воздействие на творчество писателей так называемого “серьезного” жанра (С.Цвейг, Р.Роллан, Т.Манн), так и “юмористически–серьезных” (В.Набоков, М.Зощенко). Разумеется, речь идет о проекции всего учения, а не о специализированной работе, посвященной остроумию. Об этом произведении несколько позже, поскольку интерпретации общей теории Фрейда настолько различны, что требуются кое–какие пояснения. Прежде всего вспомним, что немаловажно: великий психоаналитик прекрасно знал произведения таких знаменитостей, как Шекспир, Рабле, Свифт, Марк Твен, Достоевский. Более того, некоторые исследователи (В.Соловьев например) считают самого Фрейда великим писателем[1].

Как бы то ни было многие ученые и литераторы, не придавая самодовлеющего значения фрейдовским мотивам в трактовке характеров, высоко ценят многие элементы его учения, особенно те, которые связаны с вечной борьбой Эроса и Танатоса, олицетворяющих влечение к жизни и влечение к смерти.

Главный же упрек, бросаемый “венскому мудрецу”, состоял и поныне состоит в рационализации бессознательного.

Сегодня у меня досада — В саду мелькнула тень де Сада, А оказалась — не де Сад, А Сталин, статен и усат.

Сегодня у меня обида — Всю ночь мешало спать Либидо, А солнце алое взошло — Либидо встало и ушло.

(В.Красько) Постоянно осмеивал Фрейда Михаил Зощенко, причем так упорно, что заинтересовал этим многих серьезных исследователей своего таланта. Томас П.Ходж, например, в специальной работе (“Элементы фрейдизма в “Перед восходом солнца” М.Зощенко”) доказывает это и иногда довольно успешно. Так, изучая детство и юношеские годы Михаила Зощенко, он пришел к выводу, что последний, заставляя других плакать от смеха, сам с трудом сопротивлялся неумолимой хандре. Его борьба с меланхолией достигла пика кризиса в 30–е годы, что привело к острому интересу к вопросам психического здоровья, особенно к психоанализу. Т.П.Ходж склоняется к тому, что влияние Фрейда было чрезвычайно сильным и для того, чтобы “Перед восходом солнца” было позволено опубликовать. Зощенко постоянно подчеркивал свое предпочтение идеям Павлова, а не Фрейда[2].

Более реалистическую оценку проблеме дает Бенедикт Сарнов, который подчеркивал профессиональную осведомленность Зощенко в специальных вопросах психиатрии и физиологии высшей нервной деятельности. Полемизировал он с Верой фон Вирен–Гарчинской и Б.Филипповым, утверждавшими, что несмотря на свою иронию, Зощенко до конца верит Фрейду, хотя вынужден это скрывать перед страхом репрессий. “Это, разумеется, полная чепуха, — пишет Б.Сарнов. — Никаких гонений на Фрейда в 20–е годы еще не было... Нет, Зощенко тут, как и везде, не скрывает своего истинного отношения к предмету. Напротив, он его обнажает”[3]. В качестве доказательства он приводит два рассказа М.Зощенко, прямо высмеивающих несколько положений Фрейда.

Рассмотрим в этой связи сам текст этих рассказов. Первый из них “Медицинский случай” (1928), где описано лечение путем восстановления в памяти того, что могло травмировать психику, и затем — повторный шок.

Портрет врача (в терминологии М.Зощенко “лекарь”, “медик”) таков:

“...простой человек, без среднего образования, может в душе сукин сын и жулик...”, которого “не так интересует... трешка, а... забавней видеть подобные результаты”.

Портрет родителей.

“А родители ее были люди, конечно, не передовые. Не в авангарде революции. Это были небогатые родители, кустари. Они шнурки к сапогам производили. И девчонка тоже чего–то там им вертела. Какое–то колесо. А тут вертеть не может и речь не имеет”.

Портрет пациентки и первичный шок.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 30 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.