WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 24 |

1.3.2. ФУНКЦИИ АГИТАЦИОННОГО ТЕКСТА Важнейшие функции политической публицистики – информационнокоммуникативная и воздействующая. Специфика политической предвыборной коммуникации определяется, прежде всего, конкретизацией ее цели, т.е., агитацией («агитация» «активная деятельность по распространению политических идей средствами массовой информации с целью оказать воздействие на широкие массы». «Агитировать – убеждать в чемлибо, склонять к чемулибо, побуждать к действию» (Толковый словарь РЯ, 2001, с. 16).

Задачи предвыборной коммуникации четко очерчены и касаются ясно определенного предмета – в достаточно короткий срок в рамках разработанной стратегии с максимальной эффективностью сагитировать аудиторию, адресуя ей конкретный призыв.

К специфическим особенностям предвыборной коммуникации также должно отнести характер и тип коммуникативного воздействия – будучи активным, «силовым» воздействием, политическая агитация, выраженная в текстовой форме, является своего рода аккумулятором стратегических идей и разработок выборной кампании и регулятором электорального поведения.

Функция воздействия в предвыборной агитации является системообразующей, активно влияя на отбор языковых средств. Сущность речевого воздействия заключается в таком использовании языка, при котором в модель мира реципиента (читателя) «вводятся новые знания и модифицируются уже имеющиеся» (Баранов, 1989, с. 12).

Осуществление речевого воздействия происходит посредством внушения или убеждения. Такой принцип деления типов воздействия восходит к аристотелевской концепции риторики, в соответствии с которой ритор обладает двумя рычагами воздействия на аудиторию – логическими и эмоциональными аргументами (Аристотель, 1978). Если убеждение преимущественно совершается с опорой на сознание, разум реципиента, то внушение задействует эмоции, поскольку, осуществляя внушение, субъект воздействия желает привести получателя информации в определенное психологическое состояние. Разграничение приемов эмоционального и рационального (логического) воздействия в известной мере условно, т.к. они находятся в отношениях взаимной связи. При этом, однако, возможно отследить «акцент», воздействующую доминанту.

Призванный воздействовать, агитационный текст также выполняет функцию формирования общественного мнения о том или ином событии, человеке, явлении под заданным углом зрения. Общественности по сути навязывается мнение конкретной политической группы, преследующей частные интересы.

Агиттекст также является носителем эвристической функции, поскольку в нем конструируется фрагмент социальной действительности, отражающий реальный мир. Латентно представлена в агиттексте аксиологическая функция, так как агитационный текст несет в себе заданную ценностную оценку.

Все рассмотренные выше функции политического агитационного текста объединены главной мобилизационной функцией, или же косвенно способствуют ее осуществлению. Эта функция выражается в вовлечении людей в политический процесс, побуждении аудитории к активному волеизъявлению, определенным политическим действиям.

1.3.2.1. МАНИПУЛЯТИВНАЯ ФУНКЦИЯ АГИТАЦИОННОГО ТЕКСТА Выделение изучения манипулятивной функции агиттекста в отдельный параграф не случайно: именно она во многом определяет феномен агитационного текста. В данном случае функции воздействия и манипуляции – не одно и то же. Манипулятивные действия политического актора призваны сделать выбор людей далёким от самостоятельного. Это скрытое управление политическим сознанием и поведением «психологической толпы» (т.е. воспринимающей аудитории) с целью принудить её действовать или бездействовать в интересах манипулятора (Пугачёв, 1995).

Технология политической манипуляции предполагает такие коммуникативные действия, как внедрение в сознание под видом объективной информации неявного, но желательного для определённых групп содержания; воздействие на «болевые точки» общественного сознания, возбуждающие страх, тревогу, ненависть и т. д., балансирование «на грани дозволенного» и пр. (Амелин, 1992).

Главная задача манипулятора создать в сознании реципиента двойную иллюзию: вопервых, что действитель­ность именно такова, какой она изображается, и, вовто­рых, что реакция на эту действительность зависит от ус­мотрения самого человека, являющегося объектом мани­пуляции. Чтобы достичь этого эффекта, манипулятор использует богатейший арсенал методов воздействия на массовое сознание. Он может:

сфабриковать информацию, выдавая ее за подлинную (приписать комулибо заявления, которых он никогда не делал; растиражировать «слухи», фальшивые опросы общественного мнения, рейтинги политиков и пр.);

исказить смысл путем неполной, односторонней подачи, проявляя избирательное внимание к фактам и скрывая какиелибо существенные детали;

«отредактировать» текст, добавив собственные домыслы и комментарии;

предоставить неточную цитату, приведя часть фразы или выступления, которая в отрыве от контекста приобретает подчас противоположный смысл;

опубликовать правдивую информацию, когда она потеряла свою актуальность.

Все эти приемы объединяет направленность на создание определенного эмоционального настроя и психологических установок у аудитории с целью вызвать нужную манипулятору реакцию.

1.3.3. АВТОРСКАЯ МОДАЛЬНОСТЬ И ОБРАЗ АУДИТОРИИ В АГИТАЦИОННОМ ТЕКСТЕ Интересен тезис М.В. НовиковойГрунд о том, что «любой публичный деятель (в той мере, в какой он публичен) есть не что иное, как текст, точнее, комплекс текстов. Не будучи предметом публичного внимания и обсуждения, его частная, нетекстовая, жизнь являет собой некоторую «вещь в себе», а едва какието ее события, детали, фрагменты становятся известными публике, они приобретают главное качество любого текста: коммуникативность, или, перефразируя базисное определение, способность быть тем полем, на котором развертываются отношения Автор – Читатель» (НовиковаГрунд, 2000).

Утвердившееся в лингвистических работах последних десятилетий представление об активности автора текста (субъекта текстовой деятельности) позволяет выделять в речевом произведении не только собственно информационную, тематическую составляющую, но и определенную программу воздействия на читателя, т.е. прагматическую компоненту. В агитационном тексте прагматическое содержание преобладает над собственно тематическим, или коммуникативноинформационным, поэтому функциональная роль прагматических составляющих чрезвычайно велика.

Каждый из названных типов смыслового содержания создается особыми текстовыми компонентами. Компонентами прагматического содержания целого текста выступают прагматические установки. Их можно определить как «материализованные в тексте осознанные конкретные намерения адресанта оказать соответствующее воздействие на адресата» (Наер, 1985).

С реализацией прагматических установок тесно связана категория авторской модальности (выражение отношения автора к сообщаемому, его мировоззренческой позиции, обозначение ценностных ориентаций). Как отмечает Ю. Н. Караулов, «соединение когнитивного уровня с прагматическим как результат взаимодействия системы ценностей личности, или «картины мира», с ее жизненными целями, поведенческими мотивами и установками, проявляется в порождаемых ею текстах» (Караулов, 1989, с.6).

По мнению А.Г. Алтуняна, «мировоззренческие позиции группируются вокруг нескольких основных мотивов. Постепенно будут вырабатываться устойчивые, известные всему обществу мировоззренческие стереотипы, со своим набором риторических приемов, ключевых образов, формул» (Алтунян, 1999).

В агиттексте категория авторской модальности выносится за пределы предложениявысказывания в текст и речевую ситуацию. Организация речевых средств для передачи любого модального содержания всегда осуществляется авторски однонаправленно.

Большинство политических текстов выглядят как тексты без автора. В то же время, сознание наивного читателя воспринимает коммуникационный процесс именно как передачу информации от одного реального и единичного коммуниканта другому. Создается мифологизированный образ отправителя как корпоративного, так и псевдоиндивидуального. Иными словами, автор здесь «программируется», а созданные мифологемы выдаются за реальных коммуникантов. Таким образом, авторство в агитационном тексте поддается типизации, поскольку автор презентует себя как носителя определенной социальной роли, т.н. имиджа – «борец», «правозащитник», «оппозиционер», «хозяйственник» и пр.

Кандидат и избиратель в процессе текстовой коммуникации следуют логике игры в общение, неписаным законам массовой коммуникации: конструируется ситуация, в которой мы верим, что политический лидер лично обращается к электорату, ко всему народу. На самом же деле, со стороны отправителя действует целая команда, которая ориентирована не на «народ», а на конкретную группу, готовую воспринять сообщение. Можно, перефразируя М. МакЛюэна, сказать: «the receiver is the message»; или даже: получатель и есть автор сообщения (1996).

Некоторые исследователи отмечают: «дискурс кандидата в прямом смысле опирается на ‘чужое слово’, ‘обезличенное слово’. Индивидуальный автор умирает в отправителе сообщения в политическом дискурсе» (Кашкин, 2001). С нашей точки зрения, авторская индивидуальность не «умирает», но модифицируется, приобретает «прагматическую направленность», «предвыборную модальность», которая задается получателем сообщения. Р.Барт замечал: «текст обретает единство не в происхождении своем, а в предназначении... читатель – это человек без истории, без биографии, без психологии, он всего лишь некто» (Барт, 1994, с. 385). Однако эти слова убивают также и индивидуальность получателя. Действительно, в современном обществе, с одной стороны, наблюдается возрастание роли коллективного потребителя политинформации институциональных субъектов публичной сферы, а с другой налицо процесс индивидуальной направленности конкретного текста и его прикрытая антимассовость, ориентация на индивидуального потребителя такой информации (Кривоносов, 2002).

Адресатом агиттекста могут быть различные по масштабу охвата аудитории. Ориентация автора на определенную категорию читателей для более эффективного решения задач побуждает последнего к созданию «коммуникативного портрета» потенциального реципиента. Намеренная демонстрация общности концептуальных систем автора и адресата отражается в «психосоциальной маркированности» текста (Кашкин, 2001).

Наряду с образом так называемого «идеального кандидата», имеющегося в представлении избирателей (повидимому, его можно определить как совокупность воплощенных ожиданий аудитории), который корректирует коммуникативное поведение претендента, существует также и образ «идеального читателя», программируемого автором агиттекста (Чернышова, 2003). Для формирования «поведенческого шаблона», по которому должен действовать читатель, в текст закладывается некий комплекс прогнозируемых адресантом перлокутивных реакций и откликов на коммуникативные «вызовы», ответов на риторические вопросы и пр. Образ «идеального читателя» воздействует на реальную аудиторию и перестраивает ее по своему подобию.

Таким образом, коммуникация в предвыборном агитационном тексте представляется не как однонаправленная ‘передача информации’, а как взаимные действия автора и адресата.

Одной из важнейших текстовых категорий является категория модальности. Применительно к тексту понятие «модальность» до сих пор не получило своего общепризнанного толкования и его гра­ницы в лингвистической литературе остаются достаточно расплывчатыми. Обычно под модальностью понимается текстовая катего­рия, выражающая отношение говорящего к сообщаемому, его оцен­ку содержания речи. И.Р.Гальперин отождествляет текстовую мо­дальность с субъективнооценочной характеристикой предмета речи в тексте [Гальперин, 1981]. При этом к текстам, обладающим мо­дальностью, исследователь Относит поэтические, публицистические тексты, научные же тексты, характеризующиеся бесстрастностью, логичностью, аргументированностью, рассматриваются как тексты с нулевой модальностью.

Более правомерным, на наш взгляд, представляется расширенное толкование модальности как категории, включающей самые разные виды квалификации сообщаемого, в том числе наряду с субъективной (эмоциональной, положительной, отрицательной и др.) объективную (логическую, интеллектуальную и др.) оценку содержания текста. Тек­стовая модальность при этом проявляется поразному: в одних тек­стах доминирует или является единственно возможной объективная оценочность (прежде всего в научных, деловых текстах), в других, напротив, превалирует личностная, индивидуальная оценочность (особенно в художественных, рекламных, политических текстах).

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 24 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.