WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 26 | 27 || 29 | 30 |   ...   | 32 |

Показательным является съезд, прошедший в сел. Карамахи 5 июля 1998 г., где большинство выступавших высказалось за Джихад. Объективности ради стоит отметить, что призывы готовиться к Джихаду обосновывались необходимостью защищать свои убеждения. Хасбулат Хасбулатов, один из лидеров Исламского Джама'ата сел. Губден: “Мы ограничимся мечетью, если правительство оставит мусульман в покое”. Представитель генерала Хаттаба (зачитал его послание): “Слово мир имеет смысл тогда, когда у тебя есть вера и сила, когда ты готов; когда у тебя есть заряженное оружие и ты еще не стрелял”. Аббас Кебедов: «Мы не хотим ни с кем воевать, если нас оставят в покое.» В том же духе высказался в одном из своих редких интервью и сам Багауддин: «Оружие это сила. Просто слово, просто мудрость могут затоптать. Мы должны уметь защищать себя.» [254 Курбанов М., Курбанов Г. Исламский фактор: реальность и домыслы // Народы Дагестана: этнос и политика. 3,1994 г.] Таким образом, анализ высказываний лидеров религиозной оппозиции подтверждает тезис гласящий, что давление на фундаменталистов является серьезным фактором определяющим радикализацию их взглядов и желание взяться за оружие является своеобразной компенсацией за нанесенные в прошлом обиды.' Помимо идеологической подготовки и создания различных коалиций шла усиленная военная подготовка моджахедов на территории ЧРИ в 'Военном подготовительном подразделении Кавказ', расположенном в селении СерженьЮрт и состоявшим из нескольких лагерей: 'Абу Джафар', 'Якуб', 'Абу Бакр' и др. [255 Житич Н. Боевик там правит бал // Российская газета, 14.05.99.] Все эти приготовления завершились в марте 1999 г. созданием Исламской Армии Кавказа на базе Исламского Джама'ата (не только Дагестана; но и других республик Северного Кавказа). В создании этой Армии участвовали 'Исламский Джама'ат Дагестана' во главе с Багауддином Мухаммадом и Джама'ат Чечни во главе с Омаром бен Исмаилом. «Джихад и свобода понятия неразделимые. Вот основная мотивация создания нашей Армии.» [256 Шейх Багауддин: 'Я не хочу, чтобы меня кусали дважды из одной норы' // Кавказский вестник, май 1999 г.] В конце апреля 1999 г. Багауддин Мухаммад объявил мобилизацию своих сторонников и в начале июля вошел в Цумадинский район Дагестана с целью установления на его территории исламского правления. Но в результате столкновения с федеральными войсками вынужден был вернуться в УрусМартан.

§3. Противостояние между “ваххабитами” и властью и конфликт 19971999 гг.

3.1. Начало конфликта До 1997 г. Исламский Джамаат ограничивался лишь словесной критикой правящего режима, на деле не предпринимая против него никаких серьезных действий. Лидеры Джамаата подчеркивали, что их конечная цель создание в Дагестане исламского государства недостижима в ближайшем будущем, поскольку к этому не готовы ни дагестанское общество, ни сам Джамаат в частности, изза отсутствия квалифицированных управленческих кадров. Ближайший период рассматривался ими как период даавы (исламского призыва), а не период джихада. Джамаат несколько раз предпринимал попытки легализовать свою деятельность: в декабре 1991 г. было официально зарегистрировано салафитское медресе «Хикма» в Кизилюрте, а в 1996 г. салафитский Исламский центр «Кавказ» с филиалами в Махачкале и Кизилюрте.

Что обусловило переход Джамаата уже с 1998 г. к активной борьбе против дагестанского режима? Востоковед Дмитрий Макаров называет три версии. Первая основана на идеологическом детерминизме, согласно которому переход к вооруженной борьбе вытекает непосредственно из идейных установок салафизма как разновидности радикальной исламской идеологии. Вторая версия рассматривает радикализацию как ответ на репрессии властей (этой версии придерживаются сами салафиты). Третья версия объясняет радикализацию джамаата растущим влиянием на него экстремистских сил Чечни. Макаров совершенно справедливо замечает, что эти три версии не противоречат, а напротив, скорее дополняют друг друга. К этим версиям, на наш взгляд, можно добавить такой фактор, как национальная принадлежность. Как было уже отмечено, основу Исламского Джамаата составляли аварцы и даргинцы. Эти два наиболее активных на сегодняшний день дагестанских этноса отличаются вспыльчивостью и неуступчивостью. Кроме того, необходимо учитывать и внешний фактор. Государствам Персидского залива (впрочем, так же, как и их ближайшему союзнику США) была выгодна дестабилизация на Северном Кавказе.



Надо сказать, что до 1997 г. власти практически не использовали силовые методы против Джамаата, проводя политику так назваемого «мягкого сдерживания» салафизма. Такое отношение к салафитам со стороны властей, на наш взгляд было обусловлено следующими факторами: существовала опасность объединения с экстремистскими силами Чечни; в то же время существование ваххабитских джамаатов использовалось как повод требовать у федерального центра политической и финансовой поддержки во имя сохранения стабильности и пророссийской ориентации Дагестана; угроза ваххабизма использовалась как способ отвлечь общество от реальных социальноэкономических и политических проблем (преступность, коррупция, бедность, правовая незащищенность граждан и т.п.); наконец, руководствуясь политикой «разделяй и властвуй» власти успешно использовали ваххабизм как противовес влиянию официального духовенства, ведущего подчас собственную политическую игру.

Эскалация конфликта между властями и Джамаатом началась с событий 1214 мая 1997 г. в Карамахи, где очередная разборка между сторонниками и противниками ваххабизма вылилась в масштабное вооруженное противостояние, в результате которого один человек был убит и несколько ранены. В том конфликте впервые против салафитов объединились сотрудники правоохранительных органов, тарикатисты и представители мафиозных структур. Именно эти события положили начало ускоренной милитаризации карамахинского Джамаата. “В период с 12 мая 1997 до 23 мая 1998 года мы вынуждены были купить оружие. Потому что постоянно шло угнетение, нас притесняли. После 12 мая люди начали продавать свои КамАЗы, коров, покупали пулеметы, гранатометы, чтобы не чувствовать себя униженными.

Следующий шаг в противостоянии был сделан уже салафитами.

22 декабря 1997 г. 3040 боевиков, вооруженных гранатометами, пулеметами и автоматами, напали на военный городок в Буйнакске, а затем скрылись на территории Чечни и в приграничных с ней районах. В результате акции были подбиты 8 танков, уничтожена РЛС, ранены 14 человек, были так же захвачены в заложники 8 дагестанских милиционеров.

О том, что декабрьское нападение на российскую воинскую часть в Буйнакске лишь начало джихада и что война будет продолжена, заявила в своих листовках подпольная организация “Центральный фронт освобождения Дагестана и Кавказа”.

“Мы хотели захватить дивизию российских агрессоров, и мы захватили эту дивизию через пять минут после начала операции... Этим мы хотели показать всем народам Кавказа, что никакая сила не устоит перед мечом Аллаха. Мы забрались в самую глубь, ударили в самое сердце российских агрессоров и вернулись благополучно, без потерь... Мы хотим сказать, что этот удар начало джихада на пути Аллаха в Дагестане… Кавказ должен быть свободной великой державой всех мусульман”.

Это выдержка из распространяемой в Дагестане листовки за подписью: “Центральный Фронт освобождения Кавказа и Дагестана”.

Этому предшествовало подписание 20 декабря прошлого года “Военного договора о взаимопомощи” между известным чеченским полевым командиром Салманом Радуевым и “Вооруженными силами Исламского джама'ата Дагестана”.

“Сегодня мы заключили Договор о взаимопомощи между Дагестаном и Ичкерией. Именно так, потому что сегодня Исламский джама'ат Дагестана представляет интересы дагестанского народа, связанные с делом служения Аллаху. И в то же время “Армия генерала Дудаева” вправе представлять весь чеченский народ, потому что “Армия” твердо стоит на пути Аллаха, на пути свободы и независимости Кавказа...” После подписания данного договора С. Радуев заявил следующее: “У нас одна цель создание на Кавказе единого исламского государства, куда будут входить Ичкерия, Дагестан, Кабарда, Балкария, Ингушетия, КарачаевоЧеркесия, Азербайджан” [257 “Независимая Газета”, 03.02.98.].





После нападения на российскую воинскую часть в городе Буйнакске ситуация резко накалилась. Махачкала открыто обвинила в нападении местных “ваххабитов”, в первую очередь, карамахинцев. Начались аресты, избиения и всяческие притеснения членов джама,ата. Хотя члены ИД отвергали свою причастность к нападению. В то же время салафиты обвиняли власти в возникновении конфликта: “Дагестанские власти сейчас перешли к открытым репрессиям против мусульман, и в этой ситуации нам ничего не остается, как защищаться с оружием в руках”.

Халиф Атаев Сейчас власти, приклеив нам ярлык “ваххабиты”, начали творить настояший беспредел против мусульман. В этой ситуации нам ничего не остается, как взять в руки оружие”.

На сегодня незаконно арестованы 6 наших “братьев”, а о судьбе одного из них нам до сих пор ничего не известно.

Но ни это, ни даже смерть не смогут остановить нас. Это мафиозная группировка может развалиться, когда убьют еще одного, а нас трудности только сплачивают...

В то же время в чеченской газете “АльКаф” были опубликованы условия освобождения заложников:

Предоставить полные сведения о судьбе Шамилева Шамиля, незаконно арестованного официальными властями в 1996 году.

Немедленно освободить мирных граждан, взятых в заложники пророссийскими властями Дагестана, сняв с них все сфабрикованные обвинения и закрыв их уголовные дела, т.е. речь идет о полной реабилитации. Как видно, речь идет о карамахинцах, арестованных еще 20 июля 1996 г.

Несмотря на то, что карамахинцы отвергали обвинения в причастности к Буйнакскому рейду, несколько членов джама,ата действительно участвовали в нападении, которое было организовано Хаттабом. Более того, это нападение, которое готовилось почти полгода, должно было стать началом широкомасштабных военных действий в Дагестане. Для этого предполагалось использовать всю захваченную технику и вооружение части. Операция же фактически провалилась изза случайной оплошности. Оказалось, что на выходные все аккумуляторы с танков снимались, что обнаружилось только в самый разгар боя. Поэтому было принято решение уходить, подорвав всю военную технику. Для Хаттаба нападение было обусловлено еще и тем, что ему необходимо было предоставить доказательства ведения джихада, на подготовку которого он получал огромные средства. Кроме того, после окончания первой войны в учебных лагерях не прекращалась подготовка к джихаду, которая неизбежно должна была вылиться в вооруженное нападение.

Очевидно, что нападение на Буйнакскую часть явилось катализатором антиваххабитской кампании в Дагестане.

Надо сказать, что амир Исламского Джама,ата Багауддин отрицательно отнесся к этому рейду. Вопервых, он как амир должен был хотя бы быть поставленным в известность, чего не произошло, вовторых, это привело к эскалации конфликта и репрессиям против братьев, затруднило ведение даавата (исламского призыва). Именно после нападения на военную часть Багауддин был вынужден совершить хиджру (переселение) в Чечню, опасаясь физической расправы.

Так же против этой акции выступил лидер умереного крыла Ахмад Кади Ахтаев. Выступая в феврале по дагестанскому телевидению, он резко осудил нападение.

Нападение на воинскую часть еще раз подтвердило полную самостоятельность Карамахинского джама,ата в рамках Исламского Джама,ата Дагестана, и в то же время его тесную связь с Хаттабом. Эта авантюра не принесла Исламскому Джама,ату ничего кроме начавшихся репрессий и лишь затруднила ведение исламского призыва.

После Буйнакского рейда Народное собрание Дагестана в экстренном порядке утвердило 30 декабря новый Закон о свободе совести, который серьезно затруднял деятельность салафитских общин.

Pages:     | 1 |   ...   | 26 | 27 || 29 | 30 |   ...   | 32 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.