WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |

Глава первая

Искусство: история понятия

Docti rationem artis intelligunt, indocti voluptatem

Quintilianus

I. Ранее понятие искусства.

Выражение "искусство" является переводом латинского "ars", а она – греческого "techne". Однако же "techne" и "ars" означали не совсем то же, что сегодня значит "искусство". Линия, соединяющая это современное выражение с теми старыми, непрерывна, но не прямая. С течением времени смысл выражений менялся. Изменения были незначительными, но постоянными и привели к тому, что через тысячелетия смысл старых выражений стал совсем другим.

"Тechne" в Греции, "ars" в Риме и в Средневековье, даже еще в начале Нового времени, в эпоху Возрождения значили то же, что искусность, а именно – искусство создания какогото предмета, дома, скульптуры, корабля, кровати, кружки, одежды, а кроме того также искусство предводительствовать воинству, измерения поля, убеждения слушателей. Вся эта искусность называлась искусствами: искусство архитектора, скульптора, гончара, портного, стратега, геометра, ритора. Искусность заключалась в знании правил, а поэтому не было искусства без правил, предписаний: в искусстве архитектора свои правила, но правила скульптора, гончара, геометра, генерала другие. Поэтому понятие правила включалось в понятие искусства, в его дефиницию. Делание чеголибо без правил, только по вдохновению или фантазии не было для древних или схоластов искусством, но было его противоположностью. В более ранних столетиях греки считали поэзию вдохновением Муз и в то время не включали ее в искусства.

В согласии с распространенными взглядами греков Платон писал, что он "не называет искусством иррациональную работу" (Горгий, 465 а). Гален определял искусство как совокупность всеобщих, удачных и полезных предписаний, служащих определенной цели. Его определение сохранили не только средневековые авторы, но еще ренессансный Рамус; позже его привел в своей энциклопедии 1607 г. Гоклениус; и в наше время (но уже только как историческую информацию) его все еще повторяет философский словарь Лейланда. Это определение звучит так: "Ars est systema praeceptorum universalium, consentientium, ad unum eundemque finem tendentium".

Искусство, понимаемое так, как его понимали в древности и в средневековье, имело в те времена более широкую область, чем та, какую оно имеет сегодня. Оно охватывало не только изящные искусства, но также и ремесла; живопись была искусством в той же степени, что и портновское ремесло. Искусством называли не только искусно сделанную продукцию, но прежде всего само умение производить, знакомство с правилами, профессиональные знания. Поэтому искусством могла считаться не только живопись или портновское ремесло, но также грамматика или логика – именно как совокупность правил, как профессиональные знания. Таким образом, искусство некогда обладало областью более широкой, чем сегодня, а именно, расширенной за счет ремесел и, по крайней мере, части наук.

То, что соединяло изящные искусства с ремеслами, сильнее бросалось в глаза древним и схоластам, чем то, что их разделяет; они никогда не делили искусства на художественные и ремесленные. Зато они различали их по тому, требует ли их культивирование только умственного труда, или также и физического. Первые искусства древние называли liberalis, т.е. освобожденные или свободные, вторые же – vulgares, или обычные; этим последним средневековье дало название "механических" искусств. Эти два вида искусств не только разделялись, но и совершенно иначе оценивались: свободные считались несравненно более высокими, чем обычные, механические. Однако не все "изящные" искусства считались свободными: искусство скульптора, требующее физического усилия, для древних было обычным искусством, живопись тоже.

В средние века ars без дополнительного уточнения понималась исключительно как искусство более совершенного вида, т.е. как свободное искусство. А свободными искусствами были: грамматика, риторика, логика, арифметика, геометрия, астрономия и музыка, т.е. исключительно науки, ибо музыка также понималась как теория гармонии, как теория музыки. Этим свободным искусствам учили в университетах на facultas artium, "отделении искусств", которое было, во всяком случае, не школой практического умения или изящных искусств, но теоретических дисциплин.



В средние века насчитывалось 7 свободных искусств. Механические же искусства старались трактовать симметрично к свободным и также свести их числом к семи. Это было нелегко, ибо механических искусств было значительно больше и поэтому в перечень семи искусств следовало ввести только некоторые, наиболее важные, или определить все семь так широко, чтобы каждое охватило много ремесел и искусств. Наиболее точный перечень семи механических искусств имеются у Радульфа, прозванного Пламенным (Ardens), и у Гуго из монастыря св. Виктора, оба жили в XII столетии. Перечень Радульфа [1 M. Grabmann, Geschichte der scholastischen Methode, 1909, I, s. 254.] охватывает: ars victuaria, служащую питанию людей, lanificaria, служащую их одеванию, architectura, дающую им убежище, suffragatoria, дающую средства передвижения, medicinaria, лечащую болезни, negotiatoria, являющуюся искусством обмена благ, militaria, или искусство защиты от врага. Перечнь Гуго (Didascalicon, II 24) охватывал следующие механические искусства: lanificium, armatura, navigatio, agricultura, venatio, medicina, theatrica.

Где же в этих перечнях те, которые мы называем искусствами? К свободным искусствам из них относили одну только музыку и то потому, что – как уже выше было сказано – ее понимали главным образом как теорию гармонии, а не как искусство композиции, пения, исполнения. В перечне механических искусств наличествует только архитектура (у Гуго включенная в широкое понятие armatura);в конечном счете в перечне Гуго можно найти театральное искусство (хотя "teatryka" была более широким понятием, она охватывала всякое искусство коллективного развлечения людей, не только театральные представления, но также всякие публичные мероприятия, состязания, цирк).

А поэзия? Ее нет ни в одном перечне, и не могло быть. Ведь уже в древности, но еще более в средневековье, она считалась разновидностью философии или пророчества, а не искусством. Поэт был пророком, а не художником.

А живопись и скульптура? Они не были названы ни среди свободных искусств, ни среди механических. И тем не менее они без сомнения воспринимались как искусства, т.е. как искусное творчество, выполняемое согласно предписаниям. Все же они не считались свободными искусствами, поскольку требовали физических усилий. Тогда почему их не относили к механическим? На этот вопрос можно ответить так: потому, что в перечне этих искусств, преднамеренно ограниченных семью, были названы единственно важнейшие, а для механических искусств проверкой их значимости было употребление, тогда как потребность в пластических искусствах, живописи или скульптуре была незначительной. Поэтому они не были названы ни Радульфом, ни Гуго. Искусства, которые мы прежде всего имеем в виду, говоря об "искусствах", некогда были понимаемы как механические и столь мало значимые, что не заслуживали того, чтобы упоминать о них в перечнях.

II. Изменение в Новое время.

Такое соотношение понятий сохранялось до нового времени, пользовались им еще и в эпоху Возрождения. И именно в этом периоде начались перемены. Чтобы из старого понятия искусства получилось то, которое сегодня наиболее употребимо, должны были произойти две вещи: вопервых, из сферы искусства должны были быть исключены ремесла и науки и присоединена поэзия; вовторых, должно было возникнуть сознание того, что оставшееся от искусств после исключения ремесел и наук, составляет единое целое, отдельный класс умений, человеческих деяний и творений.

С присоединением поэзии к искусствам было легче всего: уже Аристотель, сопоставляя правила трагедии, трактовал их как искусность, а значит как искусство. Конечно, в средние века все ушло в небытие, но сейчас это нужно было только припомнить. И когда в половине XVI века Поэтика Аристотеля оказалась изданной в Италии, переведена, прокомментирована, когда вызвала удивление и привлекла весьма многочисленных последователей, тогда принадлежность поэзии к искусствам уже не вызывала никаких сомнений. Поворотную дату можно привести точно: итальянский перевод Поэтики (Сеньи) появился в 1549 г. и с этого времени начинается серия поэтик в духе Аристотеля [2 B. Weinberg, A History of Literary Criticism in the Italian Renaissance, 1961.].





На отделение изящных искусств от ремесел повлияла общественная ситуация: художники стремились повысить свой статус. Во времена Ренессанса прекрасное стало цениться выше и играть в жизни роль, которой у него не было с древних времен; выше ценились и его создатели, художники, скульпторы, архитекторы; впрочем, они сами считали себя кемто, кто лучше ремесленников и хотели порвать с сообществом ремесленников. Неожиданно им помогла плохая экономическая ситуация: торговля и промышленность, которые расцветали в позднем средневековье, сейчас угасали, все сделанные до настоящего времени капиталовложения не вселяли уверенности и произведения искусств стали трактовать как не худшее помещение капитала, и даже лучшее, чем какоелибо иное. Это поправило имущественное положение и общественную позицию художников и в свою очередь повысило их амбиции; отделенные от ремесленников, они хотели выделяться и быть воспринимаемы как представители освобожденных искусств. И они добились этого, но только частично; художники раньше скульпторов.

Труднее было с отделением изящных искусств от наук; этому мешали как раз амбиции художников и скульпторов. Они оказались перед выбором: быть воспринимаемыми как ремесленники или как ученые – выбрали второе, ибо общественное положение ученых была несравненно выше. К этому направлению тяготела и традиционная концепция искусства, опирающаяся на познание законов и правил. Идеалом лучших художников Возрождения было углубление законов, управляющих их трудом, расчёт своих произведений с математической точностью. Это особенно относится к Пьеро дела Франческо, но также и к Леонардо. Это была типичная тенденция последних десятилетий XV века: Лука Пачьоли привел свои подсчеты совершенной пропорции в "De divina proportione" в 1497 г., Пьеро в своей "De perspectiva pingendi" несколько раньше. Но лишь в более поздние годы Возрождения возник протест против точной, научной, математической концепции: возможно, искусство делает более, чем наука, но оно не может делать того же. Предзнаменование этого протеста есть уже у Микельанджело, со всей же выразительностью он был высказан Галилеем.

Однако отделение изящных искусств от ремесел было более легким делом, чем выработка сознания, что они сами составляют однородный класс. Долгое время не хватало понятий и выражений, которые бы их совместно охватывали: сначала нужно было эти понятия и выражения создать.

А. Сегодня, пожалуй, трудно осознать, что первоначально Возрождение не имело понятия скульптора, такого понятия, которым пользуемся мы. Еще Анжело Полициано в своей энциклопедии искусств (Panepistemon), изданной в самом конце XV века, использовал пять различных понятий вместо одного: statuarii (те, кто работает в камне), caelatores (работает в металле), sculptores (в дереве), fictores (в глине), encausti (в воске). Этих созидателей, пожалуй, более отделяли, чем сближали так же, как в настоящей системе понятий и профессиональном обиходе, пожалуй, более отделяют столяра от каменщика, чем сближают. Искусство каждого из этих пяти считалось различным, ибо каждый работал в ином материале и иным способом. Лишь в XVI веке началось понятийное единение, было создано более общее понятие, охватывающее эти пять категорий; в качестве его названия принялось название работающих в дереве, sculptores, которое со временем охватило также и тех, кто использовал камень, металл, глину и воск.

В. Одновременно произошло дальнейшее единение. Наконец появилось сознание, что творения скульптора близки к искусности и произведениям художника и архитектора, близки в той мере, что могут быть охвачены одним понятием, названы одним общим именем. Сегодня кажется удивительным, что это произошло так поздно, что так долго обходились без общего понятия пластических искусств. В XVI веке такое понятие образовалось, однако ни название "пластических искусств", ни "изящных искусств" еще не вошло в употребление. Говорили лишь о "искусстве рисунка", arti del disegno." Это название проистекало из убеждения, что рисунок является тем, что соединяет искусства, что обще им. Об этом слиянии трех искусств можно прочитать в Жизнеописаниях Вазари (Le vite) и в Трактате о совершенных пропорциях (Trattato delle perfette proporzioni, 1567) Данти.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.