WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 46 |

Max Wertheimer

Productive THINKING

Harper & Brothers New York

М.Вертгеймер

Продуктивное МЫШЛЕНИЕ

Перевод с английского

Вступительная статья доктора психологических наук В. П. Зинченко

Общая редакция С. Ф. Горбова и В. П. Зинченко

Москва

ПРОГРЕСС

1987

ББК 88 В 35

Переводчик С. Д. Латушкин Редактор Э. М. Пчелкина

Вертгеймер М.

В 35 Продуктивное мышление: Пер. с англ./Общ. ред. С. Ф. Горбова и В. П. Зинченко. Вступ. ст. В. П. Зин­ченко. — М.: Прогресс, 1987. — 336 с.: ил. 213.

Книга известного немецкого психолога, одного из основателей гештальтпсихологии, посвящена исследованию процессов мышле­ния в проблемных ситуациях, требующих творческого решения.

Автор излагает собственную концепцию развития продуктив­ного творческого мышления посредством активного поиска способов целостного видения задачи.

Автор широко иллюстрирует принципы своего метода, анали­зируя ряд известных научных открытий (например, Галилея, Гаус­са, Эйнштейна).

Рекомендуется психологам, философам, педагогам, историкам науки, а также студентам гуманитарных и технических вузов.

ББК 0304000000—623 006(01) Редакция литературы по психологии и педагогике © Перевод на русский язык и вступительная статья «Прогресс», ВСТУПИТЕЛЬНАЯ СТАТЬЯ Макс Вертгеймер — выдающийся немецкий психолог, один из основателей гештальтпсихологии — родился 15 ап­реля 1880 г. в Праге, скончался 12 октября 1943 г. в НьюЙорке. В 1904 г. он защитил диссертацию под ру­ководством О. Кюльпе. Много лет работал в Берлинском университете. В 1933 г. М. Вертгеймер, как и другие со­здатели гештальтпсихологии, вынужден был покинуть фа­шистскую Германию и продолжил свою педагогическую и исследовательскую деятельность в США, работая в Но­вой школе социальных исследований (НьюЙорк). Види­мо, реакцией ученого на фашизм объясняется особое вни­мание М. Вертгеймера к проблемам человеческого досто­инства, психологии личности, к проблемам теории этики, которые он разрабатывал в последние годы своей жизни, работая в этой школе.

В нашей стране М. Вертгеймер известен преимущест­венно как теоретик гештальтпсихологии и эксперимента­торисследователь в области психологии зрительного вос­приятия. Гештальтпсихология сформировалась как оппо­зиция ассоциативной психологии. М. Вертгеймер, В. Кё­лер, К. Коффка, К. Левин и другие выдвинули в качестве основного принципа восприятия (а затем и других психи­ческих процессов) принцип целостности, противопоставив его ассоциативному принципу элементов. Они исходили из положения, что все процессы в природе изначально целостны. Поэтому процесс восприятия определяется не единичными элементарными ощущениями и их сочета­ниями, а всем «полем» действующих на организм раздра­жителей, структурой воспринимаемой ситуации в целом. Именно поэтому данное направление стало называться гештальтпсихологией 1. Не менее важным является тесно связанный с первым принцип динамичности. Согласно 1 От немецкого Gestalt — структура, форма, конфигурация.

этому принципу, течение психических процессов опреде­ляется динамическими, изменяющимися соотношениями, устанавливающимися в самом этом процессе. Основную проблему гештальтпсихологии Вертгеймер формулировал следующим образом: «... существуют связи, при которых то, что происходит в целом, не выводится из элементов, существующих якобы в виде отдельных кусков, связанных потом вместе, а, напротив, то, что проявляется в отдель­ной части этого целого, определяется внутренним струк­турным законом этого целого. Гештальттеория есть это, не больше и не меньше»1. В. Н. Садовский отмечает, что философскометодологическая характеристика целостного подхода практически в тех же самых выражениях повто­ряется в наши дни (и конечно же, Вертгеймер не был его изобретателем, корни его можно найти даже в ан­тичной философии). Следует согласиться с Садовским, что целостный подход в гештальтпсихологии был провозгла­шен не только и не столько как метод исследования пси­хологических явлений, сколько как новая парадигма, гово­ря современным языком, научного исследования в целом2. Л. фон Берталанфи неоднократно отмечал, что благодаря такой универсальности гештальтпсихология оказалась ре­альным историческим предшественником общей теории систем.



Благодаря введению этих методологических принципов гештальтпсихология достигла серьезных успехов в раз­личных областях психологии, особенно в психологии вос­приятия. Было получено большое число эксперименталь­ных данных, позволивших установить основные законо­мерности возникновения структур при восприятии. Элементы поля объединяются в структуру в зависимости от таких отношений, как близость, сходство, замкнутость, симметричность. Существует и ряд других факторов, от которых зависит «совершенство» и устойчивость фигурно­го или структурного объединения. К ним относятся рит­мичность построения рядов, общность света и цвета и т. д. Действие всех этих факторов перцептивной организации подчиняется основному закону, названному Вертгеймером 1 Wertheimer M. Die Abhandlungen zur Gestalttheorie. — "Philosophische Akademie", 1925, S. 7.

2 См. Садовский В. Н. Гештальтпсихология, Л. С. Выгот­ский и Ж. Пиаже. (К истории системного подхода в психологии.) В кн.: Научное творчество Л. С. Выготского и современная психо­логия. М., 1981, с. 141.

«законом прегнантности», который интерпретируется как стремление (даже на уровне электрохимических процес­сов коры мозга) к простым или четким формам, к прос­тым и устойчивым состояниям.

Гештальтпсихологи считали перцептивные процессы врожденными и объясняли их особенностями организация мозга на уровне коры. Распространяя принципы новой теории на физиологию мозга, Вертгеймер предполагал, что нервные процессы должны рассматриваться не как суммы отдельных возбуждений, но как целостные структуры. Он возражал против допущения виталистов, будто наряду с отдельными возбуждениями и сверх них существуют осо­бые центральные процессы. Он считал, что всякий физио­логический процесс в мозге представляет собой единое целое, не складывающееся как простая сумма из возбуж­дений отдельных центров, но обладающее всеми особен­ностями структурной целостности. Гештальтпсихология постулировала изоморфизм между физическим, физиоло­гическим (мозговым) и феноменальным полями. Как бы ни относиться к этому постулату, нельзя не отметить уси­лий представителей гештальтпсихологии, направленных на то, чтобы вписать психологическую реальность в об­щую картину мира, преодолеть картезианский дуализм. Эта интенция гештальтпсихологии неоднократно отмеча­лась Л. С. Выготским, С. Л. Рубинштейном, Ж. Пиаже, Дж. Брунером, Дж. Гибсоном, Ф. Кликсом и др.

Вместе с тем в отечественной и в мировой психологи­ческой литературе гештальтпсихология подвергалась до­статочно суровой и чаще всего справедливой критике.

Прежде всего ее критиковали за то, что она ограни­чилась феноменологическим методом, сущность которого состоит в непосредственном описании наблюдателем со­держания своего восприятия.

Следует сказать, что использование этого метода обо­гатило исследования восприятия. Вертгеймер, например, подробно изучил эффекты стробоскопического движения (1912), то есть восприятие движения в отсутствие движе­ния цели или фона по сетчатке. Он предложил назвать эту иллюзию фифеноменом (феноменальным движени­ем), так как оно существует только в восприятии. Это ис­следование открыло новую главу в экспериментальной психологии. Механизмы феноменального движения изу­чаются до настоящего времени. Вместе с тем концентра­ция внимания лишь на феноменологических методах при водила к тому, что психофизический процесс оказывался замкнутым в себе целым, а действия человека определя­лись лишь как конечная стадия саморегулирующегося и динамического процесса восприятия ситуации. Поэтому поведение рассматривалось как целиком определяемое структурой ситуации. С. Л. Рубинштейн писал по этому поводу: «... мысль, будто «сенсорное поле», т. е. восприя­тие ситуации в качестве фазы единого саморегулирующе­гося процесса, предопределяет действия человека, являет­ся сугубо механистической. Это лишь более утонченная и не менее радикально механистическая концепция, чем та, которая заключена в схеме «раздражение — реакция». Действие с точки зрения этой концепции не сознательный акт личности, выделяющей себя из ситуации, противопо­ставляющей себя ей и способной ее преобразовать, а функ­ция от этой ситуации, из которой оно автоматически вы­текает» 1.

Многие исследователи, в их числе Л. С. Выготский, С. Л. Рубинштейн, критиковали гештальтпсихологию за физикализм. Реализация принципа структурного изомор­физма физического, физиологического и психического при всей ее несомненной научной плодотворности при иссле­довании психики давала возможность выявить лишь те закономерности психического, которые общи у него с дру­гими сферами реальности.





Пожалуй, больше всего подвергались критике антиге­нетизм гештальтпсихологии, игнорирование развития пси­хики или формальная его трактовка, недооценка прошло­го опыта пли инкапсуляция его в субъекте. И здесь ге­штальтпсихологию не спасает даже введение гештальтов, находящихся на разных уровнях развития. По меткому замечанию Ж. Пиаже, уровни этих гештальтов напоми­нают воду в канале, разделенном шлюзами. Несмотря на то что она находится на разных уровнях, она не переста­ет от этого оставаться одной и той же водой.

Принципы целостности, структурности, динамичности, системности, сформулированные в гештальтпсихологии применительно к психологической реальности, использо­вались и используются во многих направлениях психоло­гической науки. Однако лишь Л. С. Выготскому и Ж. Пиаже удалось соединить их с идеей развития, при 1 Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. М., 1946, c. 69.

дать им новое звучание и дать новую жизнь в контексте своих теорий.

Закончим этот краткий экскурс в историю гештальтпсихологии оценкой этого направления, данной Л. С. Вы­готским. Сравнивая судьбу психоанализа, рефлексологии, персонализма и гештальтпсихологии, он писал: «Гештальтпсихология тоже возникла первоначально из конкретных психологических исследований процессов восприятия фор­мы; здесь она получила практическое крещение; она вы­держала пробу на истину. Но, так как она родилась в то же время, что психоанализ и рефлексология, она проде­лала их путь с удивительным однообразием. Она охватила зоопсихологию — и оказалось, что мышление у обезьян тоже гештальтпроцесс; психологию искусства и этниче­скую — оказалось, что первобытное миропредставление и создание искусства тоже гештальт; детскую психологию и психопатологию — и под гештальт подошли и развитие ребенка, и психическая болезнь. Наконец, превратившись в мировоззрение, гештальтпсихология открыла гештальт в физике и химии, в физиологии и биологии, и гештальт, высохший до логической формулы, оказался в основе ми­ра; создавая мир, бог сказал: да будет гештальт — и стал гештальт, везде гештальт...

Эти судьбы, схожие, как четыре капли одного и того же дождя, влекут идеи по одному и тому же пути. Объ­ем понятия растет и стремится к бесконечности, по из­вестному логическому закону содержание его столь же стремительно падает до нуля. Каждая из этих четырех идей на своем месте чрезвычайно содержательна, полна значения и смысла, полноценна и плодотворна. Но возве­денные в ранг мировых законов, они стоят друг друга, они абсолютно равны между собой, как круглые и пус­тые нули; личность Штерна по Бехтереву есть комплекс рефлексов, по Вертгаймеру — гештальт, по Фрейду — сексуальность» 1.

Следует учесть, что эти слова были написаны в 1927 г., то есть во время наивысшего расцвета гештальтпсихоло­гии. Сейчас, спустя 60 лет, можно сказать, что они ока­зались пророческими относительно судьбы центральной идеи гештальтпсихологии. Однако иная судьба постигла многие действительно реальные достижения этого науч­ного направления. Оно не забыто, и к нему исследователи 1 В ы г о т с к и й Л. С. Собр. соч., т. 1. М., 1982, с. 307—308.

возвращаются вновь и вновь, редко вспоминая его претен­зии на обладание универсальным объяснительным прин­ципом или мировым законом. Кстати, и сами представи­тели гештальтпсихологии, и в их числе Вертгеймер, ис­пытывая упорство и сопротивление фактов, а возможно, и влияние других научных традиций, нередко преступали впоследствии границы, очерченные гештальтпсихологией в 20е годы. Иначе и не могло быть, так как М. Вертгеймер. В. Кёлер, К. Коффка, К. Левин были настоящими уче­ными. Поэтому было бы неверно видеть заслуги гештальтпсихологии лишь в борьбе с ассоцианизмом, рефлексоло­гией, бихевиоризмом. Подобная односторонняя оценка нередко встречается в литературе по истории психологии. Это тем более неверно, что, трансформированные временем (возможно, больше, чем критикой), эти направления, как и сама гештальтпсихология, живы до настоящего времени.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 46 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.