WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |

У многих, вероятно, при взгляде на эти строки рождалась мысль о том, что вся русская литература христианская и что поэт, которого все считали "советским", на самом деле христианин. Так можно сказать о многих. Но только не о Брюсове. От зачисления его как, пожалуй, никого другого в русской поэзии, в "христианские" поэты хочется предостеречь. И не надо апеллировать к "христианским мотивам в поэзии Брюсова". Они есть, но христианство вне поля его духовных исканий.

Приведем для примера еще два стихотворения. Первое – "Крестная смерть", 1911 г.

Настала ночь. Мы ждали чуда.

Чернел пред нами черный крест.

Каменьев сумрачная груда Блистала под мерцаньем звезд Печальных женщин воздыханья, Мужчин угрюмые слова, Нарушить не могли молчанье, Стихали, прозвучав едва.

И вдруг Он вздрогнул. Мы метнулись.

И показалось нам на миг, Что глуби неба распахнулись, Что сонм архангелов возник.

Распятый в небо взгляд направил, И вдруг, словно лишенный сил "Отец! почто меня оставил!" Ужасным гласом возопил.

И римский воин уксус жгучий На губке протянул шестом.

Отведав, взор он кинул с кручи, "Свершилось!" произнес потом.

Все было тихо. Небо черно.

В молчанье холм. В молчанье дол.

Он голову склонил покорно, Склонил чело и отошел.

В наши дни стихотворение было включено в антологию христианской поэзии "Ветка Палестины" (М., 1993, С.258). А вот другое – написанное тем же размером, примерно в те же годы:

Как старый маг, я продал душу, И пакт мой с дьяволом свершен.

Доколь я клятвы не нарушу, Мне без лукавства служит он… …И каждый вечер раб послушный Из мира дум, из круга слов Меня ведет тропой воздушной В страну неповторимых снов… (Брюсов В.Я. Неизданное и несобранное. С. 23).

Оба стихотворения звучат спокойно, эпически бесстрастно. Не удивительно: Брюсову все равно, о чем писать. Он – "мастер", смастерить может все, что угодно. Об этом уже было сказано, но не грех повторить. Поэтически Брюсов выразил свое кредо в стихах, посвященных Зинаиде Гиппиус, вошедших в сборник "Urbi et Orbi".

Неколебимой истине Не верю я давно.

И все моря, все пристани Люблю, люблю равно.

Хочу, чтоб всюду плавала Свободная ладья.

И Господа, и Дьявола Хочу прославить я...

Ходасевич свидетельствует, что Гиппиус была одной из немногих, к кому Брюсов относился с симпатией. Дневниковые записи о ней Брюсова представляют смесь язвительности и любопытства. Близки они не были, но какоето родство душ между ними, очевидно, существовало. Есть одно весьма любопытное стихотворение Гиппиус, посвященное Брюсову (1902 г. возможно, на него он и отвечает):

Ты думаешь, Голгофа миновала, При Понтии Пилате пробил час, И жизнь уже с тех пор не повторяла Того, что быть могло единый раз? Иль ты забыл? Недавно мы с тобою По площади бежали второпях, К судилищу, где двое пред толпою Стояли на высоких ступенях.

И спрашивал один, и сомневался.

Другой молчал, как и в былые дни.

Ты все вперед, к ступени порывался...

Кричали мы: распни Его, распни! Шел в гору Он ты помнишь? без сандалий...

И ждал Его народ из ближних мест.

С Молчавшего мы там одежды сняли И на веревках подняли на крест.

Ты, помню, был на лестнице, направо.

К ладони узкой я приставил гвоздь.

Ты стукнул молотком по шляпке ржавой, И вникло острие, не тронув кость.

Мы о хитоне спорили с тобою, В сторонке сидя, у костра, вдвоем...

Не на тебя ль попала кровь с водою, Когда ударил я Его копьем? И не с тобою ли у двери гроба Мы тело сторожили по ночам?..................................................

Вчера и завтра, и до века, оба Мы повторяем казнь Ему и нам. (З.Н. Гиппиус "Сообщники", 1902) От истолкования воздержимся до конца понятно оно может быть только самим поэтам, в контексте их диалога. Гиппиус в те годы активно пропагандировала "обновленное" христианство. Но если это и был своеобразный (пожалуй, чересчур) призыв к покаянию и осознанию непреложной Истины призывать к этому Брюсова было бесполезно. Христианство было для него только историческим этапом, к его времени пройденным и завершенным. Ему нужны были новые откровения.

Брюсов постоянно предстает в масках, за которыми невозможно увидеть его лица. Лирический герой Бальмонта, Блока, Гумилева, Маяковского, Есенина, Цветаевой может быть разным, может перевоплощаться, может метаться, доходя порой до собственной противоположности, но всетаки остается собой в чемто главном. Лирический герой Брюсова непроницаем словно его вовсе нет. Если вдуматься это пугает. Вот великолепный ряд героев древности. Ну, хорошо, Ассаргадон, Рамсес, Александр Великий это его идеалы. Но Цирцея, Кассандра, Клеопатра, Дева Мария и еще десятки, если не сотни исторических портретов, совершенных по форме, но лишенных живого чувства, для чего они? Вот любовьпытка (см. выше). Вот – урбанистическая фантазия, утверждающая апокалиптическую эстетику современного города:

Улица была как буря. Толпы проходили, Словно их преследовал неотвратимый рок.

Мчались омнибусы, кэбы и автомобили, Был неисчерпаем яростный людской поток.

Вывески, вертясь, сверкали переменным светом, С неба, с страшной высоты тридцатых этажей.

В гордый гимн сливались с рокотом колес и скоком Выкрики газетчиков и щелканье бичей.

Лили свет безжалостный искусственные луны, Луны, сотворенные владыками существ.

В этом свете, в этом гуле – души были юны.

Души опьяненных, пьяных городом существ… ("Конь блед") А рядом очаровательноневинные стихи для детей:

В нашем доме мыши поселились И живут, живут! К нам привыкли, ходят, расхрабрились, Видны там и тут.

То клубком катаются пред нами, То сидят, глядят;

Возятся безжалостно ночами, По углам пищат.

Утром выйдешь в зал, свечу объели, Масло в кладовой, Что поменьше, утащили в щели...

Караул! Разбой! Свалят банку, след оставят в тесте, Их проказ не счесть...

Но так мило знать, что с нами вместе Жизнь другая есть.

Может быть это настоящий Брюсов? Есть же всетаки у него человеческое лицо! Возможно, это грань его личности, но в сущности, тоже маска. Кстати, Брюсов был равнодушен к детям во всяком случае, иметь своих не хотел, и если Иоанна Матвеевна, повидимому, тосковавшая по материнству, зазывала к себе соседских ребят, Брюсов на них почти никак не реагировал: здоровался на "вы", но никого не запоминал и не узнавал.

Перебрав все лирические роли, постепенно начинаешь подозревать, что за масками пропасть. Как у Ахматовой:

С детства ряженых я боялась, Мне всегда почемуто казалось, Что какаято лишняя тень Среди них "без лица и названья" Затесалась... ("Поэма без героя") Какаято подобная мысль закрадывается при чтении стихов Брюсова. "Будучи человеком бездонных духовных глубин, Брюсов никогда не обнаруживал себя перед людьми в синтетической цельности. писала Нина Петровская Он замыкался в стили, как в надежные футляры, это был органический метод его самозащиты, увы, кажется, мало кем понятый" (Петровская Н. Воспоминания. Минувшее. М., 1992, С. 57).

Некую глубину, таящуюся за футляром, провидел Врубель, написавший известный портрет Брюсова. Брюсова это провидение не обрадовало. "Брюсов не любил этого портрета. вспоминала Петровская. Чуть наклоненная вперед фигура поэта отделяется от полотна, испещренного иероглифами. Все в ней каменно, мертво, аскетично. Застывшие линии черного сюртука, тонкие руки, скрещенные и плотно прижатые к груди, словно высеченное из гранита лицо. Живы одни глаза провалы в дымноогненные бездны. Впечатление зловещее, почти отталкивающее. Огненный язык, заключенный в тесный футляр банального черного сюртука. Это страшно" (Петровская Н. Воспоминания. С. 78). Однако не случайно сам Брюсов в новом программном стихотворении "Поэту" (1907 г.) писал:

Ты должен быть гордым, как знамя, Ты должен быть острым, как меч.

Как Данте, подземное пламя Должно тебе щеки обжечь...

Хорошо известно, что отношения Брюсова с писательницей Ниной Ивановной Петровской (1884 1928) отразились в его сборнике "Stephanos" <"Венок" греч.> (1905), а главное составили сюжетную основу романа "Огненный ангел". Может быть, точнее будет сказать, что отношения строились по заранее задуманной сюжетной схеме. Замысел романа возник у поэта в 1897 г., во время посещения Германии, конкретно Кельна. Тем не менее средневековый город с его поражающим воображение готическим собором был только облюбованным местом действия. Одно дело замысел, другое воплощение. Ощутив себя главой литературной школы, Брюсов почувствовал, что "дорос" до крупных форм. Он задумал создать эпохальное произведение. Вопрос, насколько правомерен сам по себе такого рода замысел. Как известно, "нам не дано предугадать, как слово наше отзовется". Для создания романа Брюсову понадобилась натура. Аналог такому творческому методу легко находится в родном ему древнем Риме: император Нерон, решив создать эпохальную поэму о гибели Трои, для подпитки своего вдохновения поджег "вечный город". К счастью, Брюсов писал роман не о Трое и не о московском пожаре 1812 г. а потому мог удовлетвориться более скромной натурой.

Пришло время натурщица для главной героини нашлась. "Ему нужны были подлинные земные подобия этих образов, и во мне он нашел многое из того, что требовалось для романтического образа Ренаты, писала Нина Петровская. мертвую тоску по фантастически прекрасному прошлому, готовность швырнуть свое обесцененное существование в какой угодно костер, вывернутые наизнанку, отравленные демоническим соблазном религиозные идеи и чаяния (Элевзинские мистерии), оторванность от быта и людей, почти что ненависть к предметному миру, органическую душевную бездомность, жажду гибели и смерти, словом, все свои любимые поэтические гиперболы и чувства. И я нужна была Брюсову для создания не фальшивого, не вымышленного в кабинете, а подлинного почти образа Ренаты из "Огненного ангела"" (Петровская Н. Воспоминания. С. 56).

Роману между Брюсовым и Петровской предшествовала сложная интрига. Петровская была замужем за издателем "Грифа" Сергеем Соколовым (Кречетовым), но состояла в своеобразной "духовной дружбе" с Андреем Белым. Как почти всегда бывает в подобных случаях, "духовная дружба" переросла в нечто большее со стороны Петровской; Белый, уже увлекшийся поклонением "Вечной Женственности" в лице Любови Дмитриевны МенделеевойБлок, начал от нее отдаляться, и в роли "утешителя" отчаивающейся Петровской оказался Брюсов.

"Магом" он был не только на словах. Андрей Белый впоследствии утверждал, что, будучи скептиком, он не верил ни в Бога, ни в дьявола. Но, как бы то ни было, магические опыты Брюсов практиковал, в чем неоднократно признавался сам. Петровской он обещал магическую помощь в возвращении возлюбленного. Начались оккультные сеансы (в романе они описаны). Белого так и не приворожили, но между утешителем и утешаемой вспыхнула роковая страсть. В венке сонетов "Роковой ряд" Нина названа "Диной".

Ты слаще смерти, ты желанней яда, Околдовала мой свободный дух! И взор померк, и воли огнь потух Под чарой сатанинского обряда.

В коленях дрожь; язык горяч и сух.

В раздумьях ужас веры и разлада, Мы на постели, как в провалах Ада, И меч, как благо, призываем вслух.

Ты ангел или дьяволица, Дина? Сквозь пытки все ты провела меня, Стыдом, блаженством, ревностью казня.

Ты помнишься проклятой, но единой, Другие все проходят пред тобой Как будто призраков туманных строй.

Страстью к "Дине" Брюсов пылал ровно столько, сколько создавался "Огненный ангел". Как только роман был напечатан (в 1908 г.), чувство остыло. В романе треугольнику Брюсов Петровская Белый соответствует треугольник Рупрехт Рената граф Генрих. Наблюдательный Белый тоже понимал, что служит для Брюсова натурой, и что Брюсов иногда прямотаки моделирует ситуации, которые должны войти в текст его произведения. Белому отводилась роль "ангела света", Брюсов держал себя не только Рупрехтом, но и Мефистофелем. Ходасевич описывает следующий эпизод: "Перед уходом от Андрея Белого он внезапно погасил лампу, оставив присутствующих во мраке. Когда вновь зажгли свет, Брюсова в квартире не было. На другой день Андрей Белый получил стихотворение "Бальдеру Локи":

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.