WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 |

II.

Психиатрия в древности. Душевнобольные в библии: Навуходоносор, Саул.

Симуляция душевного расстройства (Давид). Взгляд древних евреев на душевно­больных. Психиатрические понятия египтян, индусов, древних греков.

Мифологи­ческий период. Начало научной психиатрии. Алкмеон из Кротона.

Гиппократ с острова Коса и его учение. Аристотель. Асклепиад. Авл Корнелий Цельз (Celsus). Аретэй Каппадокийский (Aretaeus). Клавдий Гален (Galenus).

Целий Аврелиан (Caelius Aurelianus).

Если нельзя доказать, что душевные болезни появились одновременно с возникновением на земном шаре человека, то с несомненностью устанавли­вается знакомство с ними в период составления самых древних книг; а так как книги эти возникли из преданий, то этим самым устанавливается налич­ность душевных болезней задолго до составления книг, в эпоху зарождения преданий.

Так, из библии известны два случая душевного расстройства: первый из них относится к вавилонскому царю Навуходоносору, второй — к иудейскому царю Саулу.

О Навуходоносоре в книге пророка Даниила повествуется, что исполнилось на нем слово господне: он был исторгнут из круга людей и пи­тался травой подобно волам; его тело орошалось небесной росой, пока не по­крылось волосами, как у орла перьями, а ногти его отросли, как у птиц. Только через семь лет он обратил свои глаза к небу — тогда разум возвра­тился к нему, и он прославил творца. Он сам рассказал потом о своих стра­даниях.

Состояния, подобные тому, в которых находился Навуходоносор, извест­ны были в древности под названием ликантропии; в средние века таких людей принимали за оборотней (Werwцlfe, Preuss 27—28), посвятивший много труда изучению библейскоталмудистской медицины, полагает, что Навуходо­носор страдал меланхолией.

По мнению того же автора, основанному на цитатах из библии, Саул страдал приступами падучей болезни, хорошо известной древним. Он вел войну с соседями, вызвавшую осуждение пророка; Саул знал, что “его царство взято от него и отдано другому, который достойнее его”; покинутый богом, оставленный верным другом Самуилом, развенчанный в глазах народа, Саул подпал унынию и тоске — “злой дух, ниспосланный богом, внезапно овладел им”. Саул послушал совета окружающих — развлекаться музыкой: он нашел искусного цитриста в лице Давида, и когда Давид играл в его при­сутствии, злой дух под влиянием звуков цитры оставлял его — Саул испыты­вал облегчение. Однако, скоро Саул распознал в Давиде опасного соперника; страх за трон овладел им; он сделал неудачную попытку убить Давида и в неудаче усмотрел злое предзнаменование; начинается преследование Давида; в борьбе пали три сына Саула, сам он пронзил себя мечом. Принимая во внима­ние все указанные обстоятельства, Preuss сомневается, чтобы Саул стра­дал клинической формой меланхолии; он был эпилептик, подвергавшийся так­же эпилептическим помрачениям сознания, что очень рельефно выразилось во время его посольства к Давиду: отправившись сам за послами, он снял с себя платье и оставался нагим весь день и всю ночь и при этом произносил бессвяз­ные речи. В связи с эпилепсией и тяжелыми обстоятельствами жизни уныние и тоска Саула, конечно, могли принимать патологический характер.

В Книге Царств описывается случай притворной душевной болезни, слу­чай симуляции помешательства: спасаясь от преследований Саула, Давид бе­жал к Гефскому царю Анхусу; но скоро здесь начала распространяться о нем молва, как о победителе Голиафа; испугавшись этого, Давид притворился без­умным и обнаружил особенное, бессмысленное поведение; он царапал двери и пускал слюну по бороде.

Обратив внимание на такое странное поведение Да­вида, Анхус спросил людей, бывших при этом: вы видите помешательство этого человека, зачем его привели ко мне? разве у меня недостаток в та­ких?... По легенде у Анхуса была душевнобольная дочь * [* ) Этот эпизод приводится также Preuss'ом, а также проф.

Преображенским29).]).

Из всего сказанного видно, что среди древних евреев наблюдались случаи душевных заболеваний; можно думать, что такие случаи не были редкостью, так как помешательство даже симулировалось с очевидной целью избегнуть ответственности.

Как видно из библии и из талмуда (Preuss), древние евреи смотрели на душевную болезнь, как на результат овладения злым духом; по их пред­ставлению, уже от одного страха перед злым духом могло развиться помеша­тельство, напр., в форме меланхолии.



Наследственность, повидимому, не была известна евреям в числе причин душевных болезней вообще, но на нее было обращено внимание по отношению к падучей; так, талмуд предписывал не брать падучной жены, падучая жены делала недействительным брак, особенно, если до свадьбы болезнь скрывалась (Preuss).

Медицина евреев находилась в руках левитов; к числу распространенных лечебных методов принадлежало изгнание посредством заклинаний нечистых духов из тела больного.

Самые древние источники медицинских знаний встречаются в египетских папирусах, переносящих исследователя за 4000 и более лет до Р. X. Изучение этих папирусов и других древних рукописей показывает, что единственными медиками Египта были жрецы; в их руках искусство лечения было далеко не научным культом, посвященным различным божествам страны; с лечебною целью применялись аллегорические лекарства, жертвоприношения, молитвы, заклинания, устраивались торжественные процессии. Нередко больные оста­влялись ночевать в храмах, и большое значение в дальнейшем течении их бо­лезни придавалось испытывавшимся ими сновидениям (инкубация), которые приписывались влиянию божества и перетолковывались жрецами. Извест­ностью пользовался храм Imhotep'a в Мемфисе и бога Chumsa в Карнаке. Храмы Сатурна пользовались репутацией благоприятного влияния на меланхоликов. По Геродоту в Египте для каждой болезни или больного органа были особые врачи; судя по некоторым данным, необходимо допустить, что среди таких специалистов встречались врачи, лечившие душевнобольных. Зна­комство греков с египетскою медициной началось со времени открытия Псамметихом египетских гаваней для иностранцев в 650 т. до Р. X.3031).

Книги Веды, написанные приблизительно за 1500 л. до Р. X., дают воз­можность заключить, что, несмотря на хаотическое состояние медицинских сведений у индусов, у них были специалисты по различным болезням; Sprеn­gе1* [* ) Sprengel, l. с, Т. I., р. 79—80.]) насчитывает восемь специальностей, одна из которых заключалась в изгнании демонов из лиц, ими одержимых.

Медицинский культ древних греков восходит к мифологическим источни­кам: он ведет свое божественное начало от Орфея, поэта, изобретателя рели­гиозных мистерий, волшебных гимнов и заклинаний. ФебАполлон — покро­витель медицины, изобретатель лечебного искусства, Эскулап; он научил ме­дицине своих потомков, Асклепиадов; Эскулапу, однако, придается и иное про­исхождение: одним из выдающихся медиков был Хирон, центавр, сын Сатурна; он оставил после себя много учеников, среди которых самым знаменитым ока­зался Эскулап или Асклепий — потомок божества. Эскулапу посвящались храмы, напр., на Крите, в Пергаме, Пелопонесе; были храмы, посвященные Ар­темиде; много храмов посвящалось Гигии, сестре или дочери Эскулапа, также Пеанацее, другой его сестре. Культ Эскулапа был направлен, главным образом, на то, чтобы посредством таинственных церемоний, помещением в храмах для инкубации и др. способами овладеть воображением больных, привести их в состояние экзальтации и этим достигнуть желаемого эффекта. Особенно славился храм Эскулапа в Эпидавре.

Древние греки смотрели на душевнобольных, как на преследуемых злыми фуриями или эвменидами: примером первого рода является Аякс, страдавший приступами бешенства и бросившийся на собственный меч; примером второго рода — Орест, страдавший меланхолическим состоянием. Меланхолическим состоянием страдал кентавр Беллерофон (morbus bellerophonteus); Герку­лес страдал приступами эпилептического психоза. Причина помешательства — гнев богов; выздоровление — дар умилостивленного божества.

Характер душевного расстройства царя Аркадии Ликаона, будто бы пре­вратившегося в волка, дал повод для возникновения термина ликантропии.

Древним грекам были известны не только случаи симуляции душевных бо­лезней, но даже случаи ее изобличения: уклоняясь от Троянской войны, Одис­сей велел сказать пришедшим за ним послам, что он сошел с ума; последние, однако, пожелали лично удостовериться в этом; их привели на берег моря, где Одиссей плугом, в который были запряжены конь и бык, распахивал песчаные дюны, засевая их солью; послы положили в борозду перед плугом маленького сына Одиссея, Телемака; Одиссей бережно поднял сына и снес его в сторону; этим поступком его симуляция была раскрыта, и ему пришлось отправиться в поход* [**) См. П. А. Преображенский, 1. с.29)]*).





Еще более замечательно описание случая, послужившего к прославлению имени Мелампа и относящегося к мифологическим временам: вследствие оскор­бления статуи Геры заболели душевным расстройством три дочери Аргосского царя Протея;

они превратились в коров и мычали, оглашая долины своими не­членораздельными криками; их безумие распространялось на других женщин Аргоса, которые оставляли свои семьи и нагими блуждали в лесах вместе с Протеидами. По одним источникам (Геродот) Меламп применил лечение чемерицей, по другим он заставил их пробежать 10 верст, после чего с них спала покрывавшая их шелуха; тогда он выкупал их в Анигрусе; старшая по­правилась тотчас, другие же должны были еще подвергнуться таинственным церемониям в храмах.

Здесь дело идет уже об эпидемическом распространении помешательства, по всей вероятности, истерического происхождения (Morel)30)32).

Той степени развития, которую можно признать носившей научный ха­рактер, медицина достигла у греков; вместе с тем у них же появляются начала научной разработки психиатрических знаний, первоначально в виде весьма отрывочных, отдельных наблюдений, а затем все в более и более системати­зированной и определенной форме.

Так, за 500 л. до Р. X. Алкмеон из Кротона один из первых провоз­гласил, что головной мозг есть орган ощущений и мысли; однако, он не считал его органом, поражение которого обусловливает душевную болезнь. Алкмеон был современником Пифагора, близким к учению философа, уже помещавшего разум в мозгу, а душу в сердце. Известно, что Пифагор рекомендовал своим ученикам нравственный образ жизни, умеренность и воз­держание, занятия музыкой, как душевной гимнастикой, укрепляющей душу и предохраняющей ее от душевного расстройства; особенно он предостерегал от пьянства, считая его ядом для души, тропой к помешательству 30)3233).

Основателем научной медицины, а вместе с тем и психиатрии, по справед­ливости признается Гиппократ.

Была целая семья Гиппократов, в разной мере знаменитых врачей древ­ности; за период времени около 300 л. Sprengel насчитывает их до семи: самым знаменитым из них был Гиппократ II, являющийся предметом все­общего внимания.

Гиппократ, сын Гераклида и Фенариты, родился за 460 л. до Р. X. на маленьком острове Косе (нынешний Станхо), отстоящем недалеко от малоазиатского берега.

Большую часть жизни он провел в Фессалии, много путешествовал, слушал афинских философов, умер в Лариссе около 370 г. до Р. X. Как врач, лечивший душевные болезни, Гиппократ про­славился исцелением македонского царя Пердикки и философа Демокрита* [* ) Гиппократ в сущности не исцелил Демокрита, который не был душевно­больным, а доказал его душевное здоровье]); жители Абдеры, обрадованные исцелением философа, которым они гордились, предложили врачу 10 талантов; но Гиппократ, очарованный мудрецом, отказался от гонорара.

Учение Гиппократа является древним основанием гуморальной па­тологии. Подобно тому, как в природе существуют четыре стихии — огонь, земля, воздух и вода, в человеческом теле находятся четыре основных жид­кости: кровь, слизь, желтая и черная желчь; правильным смешением этих жидкостей (краза) обусловливается здоровье; болезни происходят от недо­статка, избытка или нарушения взаимоотношения этих жидкостей; восстановление равновесия жидкостей есть восстановление здоровья. Головной мозг есть белое, губчатое, железистое образование, притягивающее влагу со всего тела, чему прекрасно способствует сферическая форма головы. Мозг — ор­ган мыслительной деятельности, но мысли приходят в мозг при посредстве воздуха; чувства и страсти помещаются в сердце.

Гиппократ первый заявил, что у душевнобольных страдает мозг, он признал их больными, под­лежащими ведению и попечению врача, тогда как до него они нередко слу­жили предметам насмешек.

В собрании сочинений, приписываемых Гиппократу, но принадле­жащих ему лишь отчасти, нет систематического учения о душевных болезнях, но весьма ценные для того времени взгляды патриарха медицины черпаются из отдельных частей его сочинений.

Pages:     || 2 | 3 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.