WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 35 |

Марья, не пыхти и не тушуйся! Думать не твое призвание. Я говорил вчера с Ясеном, и вопрос ясен. Это проще веника. Что и требовалось доказать...

Декана факультета со столь прекрасным и редким именем знали, казалось, по всей стране: он был несменяем в течение нескольких десятков лет.

Маше стало стыдно, но спорить она не решилась, наплевав на мораль и махнув на нравственность рукой. В конце концов, так поступают все. Кто может. А кто не может кусает локти. И гнусно завидует. Им же хуже. Она еще немного походит в дочках известного человека...

На самом деле Мане хотелось совсем другого. В частности, пойти в манекенщицы.

Только разве отец разрешит... Машкина профессия станет семейным позором. Да и мать тут же сойдет с ума от низменного выбора единственной дочери.

А для подиума кареглазая Маська очень годилась: она вымахнула за метр восемьдесят, даже выше отца, выросла ногастой, с длинными, вьющимися без помощи всякой химии волосами. Правда, своего роста и сорокового размера обуви Маня попрежнему болезненно стеснялась, опасалась насмешек, обид и унижений, а потому друзей себе, как и раньше, не искала. Ее до сих пор не коснулось мужское внимание.

Я некрасивая, с отчаянием и безнадежностью думала Маша, разглядывая в зеркале свой курносый нос, я не могу никому понравиться, меня никто не будет любить. И упорно продолжала охранять свою территорию, на которую пока ни разу не посягали.

Своим горем она поделилась однажды с единственной дачной подругой. И то лишь в письме.

Что ты, Масенька, ты ошибаешься, написала добрая Эля в ответ, ты такая красивая, такая высокая, кипарисовая! У тебя удивительные темные глаза! Как осенний вечер! С твоей внешностью нужно идти в манекенщицы! Правдаправда! Добрый эльфик Эля и заронила эту злосчастную идею в Машкину голову.

С Элей Маську познакомила бабушка. Возвращаясь както с дачного рынка и терпеливо слушая бесконечное внучкино нытье о том, что ей скучно, а играть не с кем, бабушка внезапно остановилась и поставила сумку на землю. У калитки вертелась незнакомая девочка, Манина ровесница, простенькая и приятная, со следами ожогов на круглых щеках.

Как тебя зовут? спросила бабушка и попросила провести ее к Элиной маме.

Та сразу согласилась пусть девочки играют вместе: Эля тоже скучала в одиночестве. С тех пор подружки на даче не расставались и всегда жалели, что живут в Москве слишком далеко друг от друга и не могут сами, без взрослых, видеться в городе.

Добрый эльфик не сильно грустил по поводу своей внешности, хотя ожоги его всетаки портили. Получила их Эля в четыре года: на ней загорелось праздничное платье от новогодних свечей.

Один лишь эльфик и старался поддержать в Мане чувство уверенности в себе:

упорно твердил об ее красоте, уме и других необыкновенных данных. Бабушка была убеждена, что женщине незачем думать о своих глазах, волосах и блузках, мать попросту не интересовалась дочкой, а отец заявлял откровенно, что журналист из нее выйдет никудышный: Машка вся в мать.

Папа, почему ты меня так не любишь?!.

Несмотря на отцовские утверждения и заверения в Машкиной бездарности, Инна Иванна сурово твердила без устали:

Только на журфак! Куда тебе без нашей помощи? Пропадешь! Ты абсолютно ничего не умеешь! Совершенно не приспособлена к жизни. Бабушка тебя избаловала.

Да, Марья! тотчас охотно присоединялся отец. Ты тоже безалаберная.

Удалась целиком в мать. Ее полное повторение! А значит, совершенно не удалась.

Два сапога на одну ногу. Что и требовалось доказать.

Мне надоело слушать твои скептические замечания! Ты увлекаешься злобным критиканством! С тобой можно говорить, только мыла наевшись! раздражалась Инна Иванна.

Почему мыла? каждый раз удивлялась Маша.

Я устала! Мне опротивело быть в роли твоего футбольного мяча! Я больна! кричала мать. Ты прекрасно знаешь, что у меня холецистит, аллергия и плохие сосуды! Будет жаль, если такая красивая свечечка и погаснет! цинично замечал отец, пристально оглядывая жену.

Репертуар у родителей со временем не менялся.

Чтобы не слышать родительских скандалов и сцен, Маша на первом курсе переехала к бабушке, в ее маленькую чистую квартирку на Университетском проспекте. Здесь всегда было тихо и спокойно, несмотря на гул машин за окнами. Вечерами, вернувшись с занятий, Маня читала, забравшись с ногами в угол большого дивана.

Тогда она впервые увлеклась православием. У деда, умершего давнымдавно, еще до Маськиного рождения, хранилась прекрасно изданная старинная Библия начала двадцатого века. Маша читала медленно, не торопясь, стараясь постичь каждое слово. Хотя не слишком понимала, зачем ей это так нужно. Почемуто казалось, что здесь, на этих страницах, спрятана великая мудрость, до которой нужно теперь обязательно добраться. Без нее больше жить нельзя. Невозможно.

Иногда звонила Инна Иванна, интересовалась успехами дочери и занятиями на журфаке.

Инночка, не волнуйся, говорила бабушка. У Машуни сплошные "автоматы".

Мать удовлетворенно вешала трубку, даже не поговорив с любимой Масяпой.

Маша действительно хорошо и легко переходила с курса на курс. Да и учиться на журфаке особого труда не представляло. Туда сложно было только поступить.

Почему толпы абитуриентов рвались в журналисты? Судя по жизни Маниных родителей, репортерская жизнь оказывалась не сахарной. Может быть, далеко не все поступающие это ясно себе представляли? И сам Ясен ясности в данный вопрос не вносил: на факультете обучали русскому языку, литературе, истории, теории печати и многому другому, одновременно нужному и не нужному. Настоящая журналистская жизнь начиналась уже за порогом старого здания напротив Манежа.

Мася ее не ждала, потому что по обыкновению очень боялась. Жуткая трусиха, она предпочитала по возможности дольше сидеть в своем углу и читать, читать, читать...

Книжный червячок называла ее бабушка.

Дед погиб, когда Машки еще в проекте не было. В детстве она думала, не ориентируясь в истории и хронологии, что деда убили фашисты. Потом, когда подросла, узнала, что свои. Поскольку война к тому времени закончилась. Но великий Сталин доживал последние годы на Земле и успел арестовать и расстрелять деда, которого позже, как многих других, реабилитировали. Дед был коммунистом с семнадцати лет, потом секретарем горкома партии, жили тогда в печально знаменитом Доме на набережной. Бабушку с Инной не тронули лишь потому, что дед с бабкой разошлись. Да и времена уже стали немного спокойнее. А может быть, просто не успели... Однако страх остался в Иннином сердце навсегда: она боялась звонков в дверь, особенно поздновечерних, пугалась анекдотов, особенно политических, страшилась говорить по телефону о какихнибудь хоть чуточку опасных, по ее мнению, вещах. И кто знает, не ее ли страх достался по наследству Маше...

Бабушка тоже была убежденной коммунисткой, читала газету "Правда", серьезно, застыв на стуле, слушала радио и делала выписки из материалов съездов. И с великим почтением, даже благоговением относилась ко всем партийным верхам и правителям. Она вообще уважала власть, тем более, коммунистическую, и свято верила в построение коммунизма, идеалы партии и светлое будущее страны Советов.

Маську эти идеалы волновали слабо. Она вполуха выслушивала бабушку, сообщающую об очередном Пленуме, и отправлялась читать Новый завет. Странно, что старый член партии хранил его. Возможно, это и привело к какимто поворотам в дедушкином сознании, ведущим к трагическому концу, и послужило одной из причин ареста. Кто знает...

Бабушка была совершенно бескорыстна, нетребовательна ни в еде, ни в одежде, могла есть одну картошку и донашивать обноски. Она считала, что дочка и внучка тратят неоправданно много на наряды, но беспрекословно отдавала всю свою пенсию именно дочке и внучке. И всегда, насколько Маня себя помнила, упорно внушала внучке, что та некрасивая и что главное в жизни не внешность, а учеба и знания. Маше в душу запал лишь первый горький постулат.

Когда умер Сталин, бабушка страшно плакала. И сама всегда рассказывала об этом.

Масе все это казалось по меньшей мере странным.

На втором курсе в Машкиной жизни появился Вовка. Словно ночью за окном чтото неожиданно и страшно громыхнуло. Гул прокатился по крышам, печально зазвенели стекла, и содрогнулись от испуга тяжелые стены домов.

Стреляли, подумала Маня, и проснулась, облившись холодным потом: война и до Москвы докатилась! Она сбросила с себя одеяло и подбежала к темному окну, еще хранящему эхом странный далекий гром. Тишина и спокойствие. Какая еще война? Маня стояла лбом в стекло, изучая безмятежную улицу. Что это было? Может, он только приснился, прислышался, этот грозный непонятный гул? Ведь он больше не повторился. И хорошо...

Маша открыла форточку пошире и забралась в кровать. Сна не было. Что это так жутко зазвенело стеклами? Маська лежала, вытянувшись и рассматривая узоры на шторах, проступающие все ясней. В детстве она любила точно так же разглядывать трещинки на потолке и складывать из них зверей, птиц, человеческие силуэты.

Призрачный смутный мир воображения казался реальным, и ей хотелось перебраться именно туда из своей привычной комнатенки. Почему, Маша не знала.

В те времена жили в большой коммуналке, в переулке возле Тверской, тогда носящей имя Горького. Тридцать восемь человек, десять комнат. Или больше. Маня точно не запомнила. В туалет очередь, в ванную по записи... Дети в восторге гоняли на велосипедах по огромному, широкому, как улица, коридору, нарочно пугая взрослых звонками и наслаждаясь их испугом и возмущением.

Потом бабушка, как старый член партии, получила, по настоянию дочки, отдельную квартиру на проспекте Вернадского. Она долго сопротивлялась, заявляя Инне, что люди живут в подвалах, и должно быть стыдно...

А мне не стыдно! твердо объявила мать. У меня ребенок! Молодой муж! И мы вчетвером больше не можем здесь ютиться! Эта жуткая комната как каморка у Раскольникова: одновременно душная и холодная.

В результате сложных многократных обменов, на которые Инна Иванна оказалась очень горазда, внезапно проявив незаурядные способности и недюжинную энергию, о которых никто не подозревал, семья не раз переезжала. И, в конце концов, получила несколько маленьких отдельных квартирок.

Но в детстве Маша искренне считала прекрасной эту длинную, с одним окном, полутемную комнату с высокими трехметровыми потолками, где трещинки сами собой складывались в необыкновенные картины и необычные сюжеты. Утром, просыпаясь, и вечером, перед сном, Машка долго крутилась в кровати, принимая самые дурацкие, сложные позы и положения, чтобы трещинки на потолке сложились иначе. Не так, как вчера.

Что ты опять без конца вертишься, как карась на сковородке? сердилась Инна Иванна, если вдруг в этот момент по непонятной причине возвращалась раньше с работы.

Смотрю, коротко объясняла Маня.

Ну, куда ты вечно смотришь, куда? раздражалась мать. Ужас! Что ты нашла на этом старом потолке, который давно пора белить? Все денег нет, твой отец зарабатывает гроши! Тебе давно пора спать! Комната была напротив огромной кухни с несколькими плитами, раковиной и туалетом. И рядом темная кладовка, откуда часто заползали огромные тараканы и забегали шустрые мыши. Маша боялась их до оцепенения, поэтому играя, всегда забиралась с ногами на диван и категорически отказывалась оставаться дома одна, без бабушки.

Маня привыкла к множеству народа, к гудению улицы за окном, к постоянному ежевечернему калейдоскопу взрослых в комнате и прекрасно спала при любом шуме.

У нас рядом танки идут в праздники на Красную площадь, а Марья спит себе так, что не добудишься, смеялся отец. Можно стрелять прямо в комнате, Манька не проснется! Она не представляла себе, что бывает какаянибудь другая жизнь, и ее собственная казалась ей, несмотря на некоторые неприятные детали, замечательной.

Дом на Набережной был еще до ее появления на свет, и она о нем даже не подозревала.

Понемногу Маня догадывалась, что возраст не оправдание человеческим поступкам, хотя всё часто сваливают именно на него. И еще на время, которое, по слухам, и лечит удачнее психотерапевтов, и становится причиной зла. Да при чем тут время? Оно не может ничего изменить и стереть. Ну, разве что притупится немного память... Совсем чутьчуть.

Маша смутно начинала понимать: пора задуматься над вечными понятиями "грех", "расплата", "душа". И снова это таинственное "время"...

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 35 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.