WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |

Елена Кириллова

Вынужденные переселенцы польза или обуза для России

Кириллова Елена

Вынужденные переселенцы польза или обуза для России

Елена Кириллова

Вынужденные переселенцы: польза или обуза для России?

Иммиграционный процесс, то немного ослабевая, то вновь усиливаясь,

продолжается. Миграция и мигранты вынужденные реалии нашей сегодняшней и

завтрашней жизни. А, значит, сама жизнь диктует необходимость разобраться в

этом явлении.

"Знамя" предваряет конференцзал несколькими историями, рассказанными самими мигрантами*. А затем мы передаем слово ученым и писателям, которых попросили ответить на наши вопросы. В чем суть концепции миграционной политики России? Как управлять миграцией, не нарушая демократических принципов? Какими действиями можно ослабить напряженность в обществе, вызванную притоком мигрантов? Как превратить миграционный процесс из негативного в позитивный, сделать очевидными его плюсы? I. Чужие среди своих Подмосковье.

Анна Алексеевна, пенсионерка, вдова.

Я из Кустаная (Казахстан). Родилась там и прожила 50 лет. После распада Союза в Казахстане резко обострились межнациональные отношения. Сначала меня насторожило то, что если в школе побьют ребенкаказаха, то это скандал, если русского так и должно быть. В автобусе казах может на тебя кричать, даже плюнуть в лицо. Когда стали появляться листовки "Казахи, ничего не покупайте у русских, они и так нам все оставят", я отправила в Россию детей с внуками. Сыну дали адрес Дубнинского промхоза, где председатель приглашал на работу, пообещав и жилье, и прописку.

Те, кто с деньгами приехал, смогли устроиться на высокооплачиваемую работу, а тем, у кого не было средств существования, если и удавалось устроиться на работу, то на очень низкооплачиваемую, грязную. Я пошла пешком по колхозам.

Председатель одного из них меня принял. Дали нам работу, жилье. Тут вдруг приходит милиция, регистрацию проверяют. Мы сказали, что нам разрешил председатель, но это не помогло, и начались наши хождения по бюрократам.

Председатель как мог защищал нас, но и предупреждал, чтобы мы не жаловались в вышестоящие инстанции, "не прыгали через голову", иначе окажемся на улице, без жилья, без работы. И так тянулось на протяжении года. Нигде не удалось зарегистрироваться.

А моих детей стали преследовать. Получилось так, что на ферме украли решетки из цветного металла. Так как мы жили рядом, все подозрения легли на нас. Сначала забрали в отделение моего зятя. Били, издевались, как хотели. Он не взял на себя вину. Приехали ко мне. Я им говорю: "Найдите вора. Мы приехали сюда не воровать, мы жить приехали". Выходят из дому и тут же берут моего сына, увозят за поселок, привязывают к березе вниз головой и целый час держат его так.

Девять часов над ним издевались милиционеры. Мне это рассказали на работе в присутствии других людей. Представьте, каково матери это слышать! Я пошла к начальнику милиции и добилась освобождения сына. Его четыре часа возили в кузове, раздетого, в результате он заболел воспалением легких. Когда он оказался дома, обнял меня, заплакал и сказал: "Мама! Спасибо за то, что ты меня таким здоровым родила, что я выдержал все это".

Мы стали обращаться в разные инстанции, нашли юриста, который нас направил в общественную организацию помощи мигрантам. О нас писали во многих изданиях, киношники из Франции и Германии сняли о нас фильм.

Я в прошлом агроном, служила в армии. Имею медаль, в трудовой книжке благодарностей. В Казахстане я оставила дачу, двухэтажный капитальный гараж.

Смогла вывезти единственный контейнер, только свои личные вещи. Остальное достояние республики.

Я стремилась обеспечить себе старость, а в итоге осталась у разбитого корыта, ни с чем. Заново в 50 лет начинать и то не дают возможности. Нам ведь много не надо. Мы же не приехали просто в гости. Мы приехали жить. Мы не сидим, не ждем, что нам принесут и дадут. Мы ни у кого не отбираем работу, как нас упрекают. Здесь ее столько, что хватит всем. Только работай. Я хочу, чтобы у меня была крыша над головой, чтобы я не боялась, что моих детей завтра вышвырнут.

Подмосковье.

Алла Викторовна, высшее образование, дизайнермодельер, двое детей.



Приехала в Россию из Туркменистана в 2001 году с двумя несовершеннолетними детьми. Вместе с семьей брата снимаю квартиру. Очень тесно, сложно.

По образованию я математик, закончила Туркменский университет, а потом переквалифицировалась в дизайнерамодельера. Занимаюсь сейчас созданием этнографического салона восточного стиля.

Я родилась в России, мои родители уехали в Туркмению по направлению. Отец работал в авиации, опылял хлопчатник. Мы долго не решались уехать оттуда, надеялись на то, что будем еще востребованы. Но оказались там ненужными. И, как оказалось, здесь мы тоже не нужны. У Туркмении сейчас своя программа развития, возрождения нации "Рухнаме". Программа очень хорошая, но она для местного населения. Она идет вразрез с моими взглядами. Основные тезисы программы возрождения чистота нравов, соблюдение мусульманских законов. Но так как я по крови и по своей сути русская, то мне смысла нет там жить, хотя мне нравится восточная культура, простой народ. У Туркмении большой производственный потенциал. Но проживать там постоянно это значит принять полностью все взгляды, идеологию.

У меня туркменское гражданство. Мы вынужденные переселенцы. Нам дали статус, чтобы уехать беспошлинно, и сказали, что дальше пусть российское государство решает, что с нами будет. За перевоз вещей там мы почти ничего не заплатили, зато здесь с нас взяли огромный налог в 150 долларов за то, чтобы получить контейнер. Квартиру мы продали за бесценок, а когда приехали сюда, поняли, что остались без средств и без квартиры. Статус вынужденного переселенца нам не дал ни прав, ни возможностей. Что теперь делать? Будем бороться. Я в себе пока еще чувствую бодрость, которую не хотелось бы терять. Но большая часть энергии уходит на какуюто бесплодную борьбу. Прежде всего, я себя должна узаконить, а потом уже будет отдача. А пока идет только движение сопротивления.

Самара.

Сергей Геннадьевич, высшее образование, инженерстроитель, женат, двое детей.

Я и моя жена родились в Узбекистане. Мы вместе учились в Бухарском политехническом институте. Уехали из Узбекистана в основном изза детей. Там у детей не было будущего, везде притеснения. Последнее время были конфликтные ситуации и в магазинах, и на рынках, часто мы слышали: "Не нравится поезжай в свою Россию". Я уехал оттуда в 1994 году.

Российское гражданство я принял в посольстве в Ташкенте. Встал сразу на учет в миграционной службе, получил статус вынужденного переселенца. Устроился монтажником на предприятие "Самаратрансстрой", чтобы получить жилье. Через два месяца мне дали комнату в общежитии. Три года я жил один, жена и дети ждали, пока я обоснуюсь и что из этого получится. Все получили там российское гражданство, приехали ко мне. Сейчас жена работает бухгалтером на том же предприятии.

У себя дома мы имели трехкомнатную квартиру, почти 100 кв. метров. Продали всего за 800 долларов. На эти деньги здесь ничего не купишь. Никакой помощи, кроме предоставленного нам статуса, мы ни от кого не получили.

Я не жалею, что переехал в Россию, жена, думаю, тоже не жалеет, хотя проблема жилья у нас не решена, лечение платное, несмотря на наличие полиса, и заработков моих хватает только на питание и на учебу. Прописка в общежитии очень хитрая. У нас на руках нет ордеров, живем на "птичьих правах". Прежнее материальное благосостояние вряд ли возможно восстановить, может быть, наши дети заработают.

Сызрань.

Абдул Хакович, высшее образование, инженерэлектрик, женат, трое детей.

Я приехал из Чечни, из Грозного, в 1999 году, а семья моя уехала оттуда еще в 1992м. Когда там начались националистические митинги, погромы, моего среднего сына взяли в заложники. У меня была машина, я ее продал, сына отпустили, и жена с ним уехала в Россию. Вскоре я тоже уехал в Россию, а когда жизнь в Чечне стала налаживаться, я приехал за документами. Меня арестовали, обвинив в том, что я работаю на Федеральную службу контрразведки.

Пришлось испытать обиды и унижения. В конце концов за меня отдали большой выкуп. На моих глазах людей забирали боевики. Они приходили с автоматами, в масках, грабили квартиры. Сколько людей убили просто так! Боевики находятся словно под гипнозом, у них есть проповедники. Им внушают, что, убив своего врага, они попадут в рай. Они в этом убеждены и убивают невинных людей за то, что они русские, видя в каждом русском врага. Были случаи, когда на базаре калечили людей только за то, что те говорили порусски. Моего друга избили арматурой, сломали руки и ноги. Взрывают и убивают в основном подростки. При этом около 70% чеченцев страдают там, они не хотят стрелять, но их заставляют.





Самое обидное, что и на новом месте пришлось испытать унижения не меньшие.

Когда я выехал из Грозного, меня били полупьяные российские солдаты за то, что у меня мусульманское имя. Я приехал в 1996 году, встал на учет в миграционную службу в Буденновске, затем меня отвезли в Ставрополь и там зарегистрировали.

Но мне долго не давали статус вынужденного переселенца изза того, что я ездил в Чечню за документами.

Я родился в Ульяновской области, там живут все мои родственники. Там я прожил 30 лет, выросли дети. Сейчас живем в г. Сызрань Самарской области. Общественная организация Сызрани мне помогла получить статус вынужденного переселенца.

Мы здесь снимаем садовый домик. Я на работу не устроился, хорошего места не найти, а на низкую зарплату нет смысла устраиваться. Получаю пенсию. Хорошо, иногда родственники помогают, дают картошку. У нас есть небольшой участок земли.

В Грозном у нас была квартира, машина, дача. Все там осталось. В первую войну квартира была разрушена, дом развалился пополам. Здесь практически ничего не удалось приобрести, только то, что дали родственники. Отношение к нам в большинстве случаев как к нахлебникам. Постепенно привыкаем, другого выхода нет.

Пензенская область.

Виктор Иванович, высшее образование, женат, двое детей.

Я работаю не по специальности простым рабочим. Моя специальность инженермеханик, учился в Узбекистане в Чирчикском политехническом институте.

Работал инженером на станкостроительном заводе. Родились мы в Узбекистане.

Родители жены из России, мои из Украины.

С началом перестройки обострились межнациональные проблемы. Когда наш сын пытался поступить в институт в Узбекистане, ему всячески препятствовали.

Русскоязычной молодежи там учиться не дают. Сюда, в Пензенскую область, приехали с надеждой, что здесь будет легче. Тут, по крайней мере, снимается национальный вопрос, кроме того, у нас здесь много родственников, друзей.

Я приехал на разведку в 1994 году, семья в 1995м. В то время легко предоставляли статус вынужденных переселенцев. Поселились сначала в Пензе, я устроился сантехником. Жили в подвальном помещении. Ужасная сырость. Стали искать работу жене. Она устроилась учительницей в селе. Нам повезло, что там была учительская избушка. А через два года она сгорела, и имущество наше сгорело вместе с ней. Миграционная служба дала нам квартиру в поселке Старая Каменка. Жена работает в школе военруком. Учителя истории в этом поселке не требуется, а военрука не было уже пять лет.

Я работал в совхозе механизатором по уборке и очистке коровников. Решили, что надо мне поехать на Север, заработать денег и начать нормальную жизнь. Я проработал четыре года в Сургуте. Стаж у меня не шел. Приезжих брали на работу с этим условием. Зарплата была низкая.

Для меня сейчас нет хуже проблемы, чем наша паспортная политика. Это издевательство над нашими людьми. Люди должны беспрепятственно ехать в Россию, если они желают стать россиянами. Еще одна проблема получение гражданства.

Люди на местах встречают предвзято: "А, чужие, они нам не нужны".

Нам этот переезд стоил седины, боли, крови и т.п. Мы гораздо больше потеряли, нежели приобрели. Мы люди неглупые и работоспособные, трудолюбивые. На это и рассчитываем.

Рязанская область.

Геннадий Иванович, высшее образование, женат.

Я по специальности радиоинженер. Родился в Краснодарском крае. В Казахстан родители переехали еще до войны. Жена родилась в Павлодаре. Я работал на Фрунзенском заводе электронновычислительных машин в должности начальника конструкторского отдела. По возвращении в Россию пришлось работать простым электриком, ну а сейчас второй год на пенсии.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.