WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 12 |

Я могу зачитать: «Кандидат для наделения полномочиями члена Совета Федерации, кандидат для наделения представительства… о членах Совета Федерации в значении предполагаемого будущего членства». Всего пять понятий. Я думаю, это неправильно.

И в завершение. Когда мы говорим о процедурной части возможностей повышения роли Совета Федерации, это можно сделать достаточно просто. Но есть еще и другая, более важная часть, которую нужно постепенно какимто образом формировать, то есть нарабатывать, наращивать авторитет Совета Федерации – это то, что касается акцента на оптимизацию полномочий.

Когда я изучала литературу, готовясь к нашему высокому собранию, посмотрела, есть предложения самого разного рода. Я сторонница того, чтобы не менять Конституцию, не менять законодательство, потому что полноценное освоение полномочий возможно и без изменения правовой основы. Вопрос только в активности самого Совета Федерации.

Я объясню. Сейчас идет очередная операция переброски полномочий на уровень субъектов. Наш институт подготовил … очередные предложения, четко были поставлены задачи по внесению изменений в 40 федеральных законов по передаче полномочий на уровень субъектов Российской Федерации. В основном речь шла о полномочиях, которые передаются от федеральных органов исполнительной власти уровню исполнительной власти субъектов.

Замечательно, там действительно есть полномочия, которые совершенно спокойно могли бы осуществляться на уровне субъектов. Но я не уверена, что эти законы, эти проекты законов, когда начнется процедура их прохождения в парламенте, пройдут через Совет Федерации.

В этих проектах законов уточняется общий порядок передачи осуществления соответствующих полномочий без принятия закона. Вообще эта конструкция, которую в том числе и мы придумали, … достаточно сложная. И в этой части авторитет Совета Федерации должен сработать на эту процедуру, потому что это позволяет обеспечить бомльшую управляемость страной и решить задачи социально  экономического характера, о которых здесь говорила В.И. Матвиенко и о которых, я уверена, будут говорить члены Совета.

Так вот, несмотря на то, что указанные федеральные законы не подлежат обязательному рассмотрению в Совете Федерации по статье 106 Конституции, всетаки надо учитывать, что разграничение полномочий (меняется ли порядок передачи или сами передаются полномочия) это центральный вопрос федеративного государства. И надо сделать так, чтобы они были предметом рассмотрения Совета Федерации.

Как я это вижу без изменения статьи 106 Конституции? Это возможно. Я думаю, что эти проекты должны рассматриваться на заседании и это надо отразить в Регламенте Совета Федерации. Это право Совета Федерации, и более того, рассмотрение такого рода вопросов не просто укладывается в конституционные полномочия Совета Федерации, но и требуется для реализации его функций, как органа представительства субъектов Российской Федерации.

Благодарю за внимание.

С.Д. Валентей, руководитель Центра исследований федеративных отношений Института экономики Российской академии наук [6 Публикуются тезисы непроизнесенного выступления.] Уважаемый Председатель! Уважаемые члены экспертного совета! Переход к выборам в Совет Федерации назревшая проблема. Но если мы не определимся с целями этих выборов, они ничего не изменят по существу. Чтобы этого не произошло, требуется определенность по главной проблеме. Это место Совета Федерации в системе законодательной власти, как палаты регионов.

Выступая в таком качестве, Совета Федерации должен перестать играть роль просто высшего законодательного органа. Обусловлено это тем, что представительство в нем всех субъектов Федерации делает его единственным, кто способен обеспечить, вопервых, законодательное оформление приемлемой для России модели федеративных отношений.

Вовторых, правовое обеспечение реализации адекватной отечественным реалиям региональной политики.

Эту функцию назначаемый Совет Федерации, который к тому же ограничен в своих действиях формулой «принять – отменить», в полной мере выполнить не способен.

Для примера сошлюсь на итоги состоявшегося 20 апреля обсуждения проблем местного самоуправления.

В своем выступлении Валентина Ивановна обратила внимание на три главных недостатка законодательства в этой сфере.

Первый недостаток. Унификация формы организации местного самоуправления.

Второй недостаток. Недостаточное финансовое обеспечение.

Третий недостаток. Кадровый «голод».

Однако то, что эти недостатки проявятся, было ясно еще при подготовке 131ФЗ [ Федеральный закон от 06.10.2003 № 131ФЗ (ред. от 10.07.2012) «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации».].

Например, в разговоре со мной по вопросу об увеличении числа муниципалитетов один руководитель региона сказал буквально следующее: «Деньги для решения их финансовых проблем я найду. Но такого количества местных руководителей, которые их грамотно потратят и не разбазарят, в регионе нет».

Полагаю, проблемы с реализацией 131ФЗ не возникли бы, если столь важные для пространственного развития законы вначале рассматривались Советом Федерации, а затем поступали бы в Государственную Думу.

Другой вариант наделение Совета Федерации правом внесения поправок в законы, поступающие для их окончательного утверждения.

Полагаю, в рамках такой модели Совет Федерации действительно превратится в «палату регионов».

Тем более, что темы для обсуждения у него есть. Хотя бы достаточно предложения создать корпорацию по освоению ресурсов ряда регионов Сибири и Дальнего Востока.

И здесь возникает вторая проблема – качество экспертизы.

Как я недавно говорил на «круглом столе», организованном Аналитическим управлением, 16 лет «главного редакторства» в журнале «Федерализм» позволяют мне говорить о снижении качества материалов по проблемам федеративных отношений и региональной политики. И это не беда нашего специального издания. Это беда общества.

В нем, при отсутствии социального заказа на исследования, сокращается число специалистов по обсуждаемым сегодня проблемам. Я говорю о профессионалах, а не о тех, кто имеет мнение по любому поводу. Это осложняет решение третьей задачи – организационной.

Полагаю, что функции Совета Федерации по формированию модели федеративных отношений и региональной политики не могут ограничиться нормативноправовой экспертизой законодательных актов. Требуется экономикоправовая экспертиза.

Существующую практику нормативноправового обеспечения в этой области я бы назвал патологической.

Вначале принимается закон, не соответствующий социальноэкономическим реалиям.

Затем, «под него» вносятся изменения и дополнения в другие законодательные акты.

После того, как выясняется, что закон не «работает», в него и в другие законы вносятся косметические изменения.

Когда оказывается, что и это не помогает, вновь обращаются к косметике, либо закон отменяют.

И никто не задается вопросом, почему он не «заработал». Как правило, предлагается два ответа: «Закон хорош, плохи исполнители» и «Исполнители хороши, плох закон».

А ведь возможны и иные объяснения ситуации:

закон не «заработал», потому что для этого нет достаточных условий;

закон не «заработал», потому что его новеллы могут воспринять лишь отдельные субъекты Федерации;

наконец, закон не «заработал», потому что его делают нежизнеспособным статьи «Х» или «У».

Для того чтобы сломать сложившуюся практику, необходимо решить две организационные задачи.

Первая. Законы, определяющие основы развития федеративных отношений и региональной политики, должны получить оценку на свое соответствие социальноэкономическим реалиям.

Вторая. Введению этих законов в действие должна предшествовать апробация в регионах и муниципалитетах и последующее обсуждение результатов экспертами.

Организовать эту работу способен только Совет Федерации.

Прежде всего, потому что в России, вопервых, не может быть единообразной схемы организации местного самоуправления.

Вовторых, в нашей стране не реализуема единообразная модель отношений Центра и регионов.

Втретьих, в ситуации предельно высоких уровней дифференциации региональных экономик, нонсенсом является единообразная региональная политика.

Материалы к заседанию Научноэкспертного совета при Председателе Совета Федерации Образование как инструмент «мягкой силы» и «умной власти» во внешней политике России А.В. Торкунов, ректор Московского государственного института международных отношений (Университета) Министерства иностранных дел Российской Федерации, академик РАН На современном этапе мирового развития под влиянием процессов глобализации и в условиях формирования новой полицентричной системы международных отношений на передний план в качестве главных факторов влияния государств на международные отношения и мировую политику, наряду с военнополитическим весом и экономическими ресурсами, выдвигаются факторы «гибкой» или «мягкой силы» (soft power). Концепция «мягкой силы» была впервые сформулирована Дж. Наем в 1990 г.

и окончательно оформлена в 2004 г. как «способность государств привлекать других на свою сторону, добиваясь поддержки собственной повестки дня в международных отношениях путем демонстрации своих культурнонравственных ценностей, привлекательности политического курса и эффективности политических институтов» [8 Nye J. The Means to Success in World Politics. NY. 2004.].

Диалектическая конкуренция идей жесткой и мягкой власти актуализируется всегда, когда использование привычного властного инструментария не приводит к ожидаемым результатам или же когда ранее неприметные или вообще неизвестные властные формы неожиданно демонстрируют высокую эффективность. Исследователи в этой связи рассматривают «мягкую силу» в качестве антитезиса жесткой силы и в качестве их синтеза, в соответствии с гегелевской логикой, называют «умную» или «интеллектуальную» власть (smart power).

Концепция «умной власти» стала новым этапом в жизненном цикле идей жесткой и мягкой силы, она придала последней форму, позволившую ей выйти за рамки академического сообщества и приобрести стратегический характер. Узко теоретический характер первоначальной концепции был преодолен за счет синтеза инструментов мягкой и жесткой власти [9 Журавлева В.Ю. Концепция «умной власти» и стратегия национального развития Б. Обамы // http://www.rusus.ru/print.php?id=268 ]. Вместе с тем концепция «умной власти» – это новое видение мира. Она исходит из того, что с точки зрения распределения властных ресурсов современный мир меняется. Постепенно на смену пирамиде с жесткой иерархической структурой приходит паутина разновеликих, но независимых акторов, оказывающих друг на друга постоянное влияние. Степень влияния в этом мире определяется масштабами включенности в сеть взаимосвязей. Как отмечает профессор ЭнМари Слотер, «государство с наибольшим количеством связей будет центральным игроком в этом мире, будет способно определять общемировую повестку дня и обеспечивать инновации и устойчивое развитие» [10 Slaughter A.M. More Secure America // Foreign Affairs. JanuaryFebruary (http://www.foreignaffairs.com/63722) ].

Умная власть подразумевает умение сочетать во внешней политике инструменты жесткой и мягкой власти для эффективного достижения поставленных целей.

Естественно, что в зависимости от объекта власти, контекста властных отношений и имеющихся ресурсов пропорция принуждения и убеждения во внешней политике всегда будет новой. Задача правящего класса каждой страны – находить оптимальное решение данного неравенства. Универсальной математической формулы здесь быть не может. Однако определенные соображения относительно умной власти все же высказать можно:

– вопервых, умная власть подразумевает знание сильных и слабых сторон каждого из доступных внешнеполитических инструментов влияния. В одних случаях нужно использовать дипломатические средства и возможности народной дипломатии, в других – танковые дивизии; в иных – создавать соответствующие телевизионные и радиоканалы или отправлять на гастроли театральные и балетные труппы;

– вовторых, необходимо знать, когда и при каких условиях следует использоваться различные сочетания имеющихся властных инструментов;

– втретьих, требуется высокое мастерство, знания и мудрость, чтобы подобрать правильное сочетание принуждения и убеждения;

– вчетвертых, необходимо отдавать себе отчет, что жесткая и мягкая власти не являются нейтральными инструментами, они формируют отдельные и порою несовместимые друг с другом институты и институциональные культуры, оказывающие нормативно конституирующее влияние на своих представителей.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 12 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.