WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 8 |

В.А. Плунгян

Африканские глагольные системы: заметки к типологии

0. Задачей настоящего раздела является обзор систем грамматических значений

глагола, представленных в языках Тропической Африки [1 Традиционно, к языкам

Тропической Африки относят языки трех макросемей, впервые выделенных в 1955 г.

Дж. Гринбергом: койсанской (29 языков), нилосахарской (199 языков, входящих в шесть семей: центральносуданскую, восточносуданскую, кома, маба, сахарскую и сонгай; языки берта, кунама и фур занимают изолированное положение) и нигерконго (1489 языков, входящих в восемь семей: манде, кордофанскую, атлантическую, кру, ква, бенуэконго, гур и адамауаубангийскую; группы иджо и догон занимают изолированное положение). Генетическое родство языков внутри этих макросемей является в разной степени гипотетическим, и их внутренняя классификация продолжает уточняться (последний по времени обзор см. в сборнике Heine & Nurse (eds.) 2000). Кроме того, к этому же ареалу причисляется большинство групп из состава афразийской семьи, прежде всего чадская ( языков), кушитская (47 языков) и омотская (28 языков), часто также берберская (26 языков) – т.е. фактически вне Тропической Африки из живых афразийских остаются только семитские языки, из которых, впрочем, по крайней мере эфиосемитские также могут быть привлечены к рассмотрению. Из других “эндемичных” языков африканского географического ареала в настоящем разделе не рассматриваются совсем австронезийский малагасийский и индоевропейский африкаанс и практически не рассматриваются креольские языки (которых в Тропической Африке насчитывается около двух десятков). Таким образом, даже с учетом принятых ограничений, общее число “собственно африканских” языков превышает две тысячи (данные о составе семей и групп и численности языков даются в соответствии с последней версией справочника Ethnologue: Languages of the World, 14th ed.; см. также сайт www.ethnologue.com).] – прежде всего, с точки зрения их типологического своеобразия по отношению к глагольным системам других языков мира. Иными словами, предполагается ответить на вопрос, какие значения наиболее часто выражаются в африканских глагольных системах грамматическими (т.е. словоизменительными и словообразовательными) средствами и – с несколько меньшей степенью подробности – каким образом эти противопоставления могут быть организованы в плане выражения.

Конечно, указанный замысел не может быть реализован со всей полнотой не только в краткой статье, но даже и в солидной монографии. Это связано как с очень большим объемом данных, так и с их крайне неравномерной изученностью и доступностью. Поэтому излагаемые ниже сведения носят сугубо предварительный характер и должны рассматриваться лишь как первоначальный материал для дальнейших обобщений.

При подготовке обзора мы опирались – помимо, естественно, материала, непосредственно представленного в данной книге – на несколько типов источников.

Прежде всего, это существующие грамматические описания языков Африки, в особенности те из них, которые были выполнены в течение последних 2030 лет в расчете на типологическую аудиторию (лучшие из таких грамматик публиковались берлинским издательством Mouton de Gruyter в серии «Mouton grammar library», кёльнским издательством Rudiger Koppe, лувенским издательством Peeters и рядом других: ср., например, Sapir 1965, Dimmendaal 1983, Bonvini 1988, Noonan 1992, Carlson 1994, Childs 1995, Heath 1999, Storch 1999, Guarisma 2000, Frajzyngier & Shay 2002); из публикаций на русском языке отметим Аксёнова & Топорова 1994 и 2002, Топорова 1994, Коваль & Нялибули 1997, Рябова 2000. Вовторых, были использованы обзорные исследования по отдельным группам и семьям языков, в которых, как правило, уделяется определенное внимание типологическим особенностям организации глагольных сис­тем. Среди таких исследований следует в первую очередь назвать Sebeok (ed.) 1971, продолжающее сохранять свое значение, несмотря на более чем 30 лет, прошедших с момента публикации этой книги, а также Bender (ed.) 1976, Heine et al. (eds.) 1981, BendorSamuel & Hartell (eds.) 1989, Creissels 1991, Bender 1997 и 2000, Platiel & Kabore (eds.) 1998, Heine & Nurse (eds.) 2000. Специально отме­тим также публикации Vo?en 1997 и Dimmendaal & Last 1998, посвященные, по­жалуй, наиболее скудно документированным языковым группам Тропической Африки, соответственно, центральнокойсанской (или кое) и сурми (или суридидингамурле), входящей в восточносуданскую семью; языки сурми в значительной степени испытали влияние омотских языков и по многим параметрам занимают промежуточное положение между омотскими и нилотскими (последние являются основными представителями восточносуданской семьи).



Особое значение имеют крайне немногочисленные специальные исследования по типологии глагольных систем отдельных групп или ареалов африканских языков:

Wolff 1979 (чадские языки), Anderson & Comrie (eds.) 1991 (языки Каме­руна), Boyd (ed.) 1995 (убангийские языки), Аксёнова 1997 (языки банту); ср. также Охотина (ред.) 1972. В этом ряду заслуживает внимания монография Welmers 1973, где впервые была предпринята попытка осмыслить и обобщить основные типологические черты языков нигерконго (в том числе и их глагольных систем; в основном, правда, в книге отражен материал языков ква и бенуэконго). Важный вклад в изучение грамматической семантики африканских языков внесли также работы по теории грамматикализации (в особенности принадлежащие школе Б. Хайне, ср. Heine & Reh 1984, Heine et al. 1991, 1993 и др.).

Наконец, в ряде случаев были использованы и данные, полученные нами непосредственно в ходе работы с носителями различных языков Западной Африки – догон, эвефон, волоф и др.

1. Языки Тропической Африки характеризуются исключительным типологическим разнообразием – поэтому прямолинейные утверждения, апеллирую­щие к свойствам африканских языков “вообще”, вряд ли будут лингвистически содержательными. Не всегда полезной для типологического рассмотрения языков оказывается и существующая генетическая классификация: даже если отвлечься от того факта, что генетическое родство многих языковых объединений Африки доказано не строго (особенно на верхних уровнях классификации), общеизвестным является то, что к одной генетической общности могут относиться языки с ярко выраженными типологическими различиями (например, различающие и не различающие категорию рода, имеющие и не имеющие падежные системы, и т.п.). Более подробное обсуждение этой проблематики можно найти, например, в сборнике Zima (ed.) 2000;

ср. также известную статью Greenberg 1983, которая является одной из первых работ, доказывающей целесообразность ареального подхода к языкам Африки.

Действительно, повидимому, практически наиболее удобно при решении задачи, подобной нашей, исходить из ареального или ареальногенетического принципа рассмотрения языков. Распространение наиболее ярких и характерных свойств грамматических систем обыч­но бывает связано именно с определенными компактными культурногеографи­ческими ареалами (ср. также Dahl 1995); степень генетического родства языков внутри этих ареалов (равно как и само наличие такого родства) не так уж существенны. Внутри отдельных ареалов отмечается интенсивное взаимовлияние и элементы конвергенции исходно разнородных языков.

Примеров такого сближения достаточно много: это контакты между чадскими языками и языками бенуэконго, между кушитскими, омотскими и нилосахарскими языками, между кушитскими и восточными банту [2 Одним из наиболее интересных результатов бантукушитского взаимодействия является возникновение особого, так называемого смешанного языка мбугу (ок. 30 тыс. носителей на северовостоке Танзании), в котором кушитская лексика сочетается с бантуской грамматикой, а словообразовательные морфемы имеют как бантуское, так и небантуское происхождение. Сходный феномен вне Африки представлен, например, языком алеутов острова Медный (алеутскорусским) или языком мичиф в Канаде (крифранцузским);

см. подробнее Bakker & Mous (eds.) 1994, Mithun 1999.], между койсанскими и южными банту, не говоря уже о многочисленных вторичных контактах между дальнеродственными группами или семьями – как в Восточной (эфиосемитские и кушитские), так и особенно в Западной Африке с ее крайне мозаичной этноязыковой картой.

Языки Западной Африки, в частности, обнаруживают целый ряд общих ареальных черт в организации глагольных систем; к ним относится и такая яркая особенность, как грамматикализация коммуникативного статуса аргументов глагола – или самого глагола – в рамках глагольной словоформы (об этом явлении см. подробнее разделы А.И. Коваль и Н.Р. Сумбатовой; ср. также ниже). Указанные черты свойственны не только языкам макросемьи нигерконго (различных, в том числе генетически далеких друг от друга семей: атлантической, манде, гур и др.), но и, например, языку сонгай, согласно большинству классификаций причисляемому к нилосахарской макросемье – по крайней мере, исключаемому из семьи нигерконго. Достаточно многочисленные и неслучайные сходства между глагольными системами сонгай и бамана (семья манде) хорошо видны при сопоставлении описаний Д.И. Идиатова и Ф.И. Рожанского в настоящем издании. Напротив, признаваемые генетически родственными сонгайские и сахарские языки (канури, тедадаза, загава, берти) обладают типологически резко различными глагольными системами (подробнее о сахарских системах см. раздел Ю.Г. Суетиной).





В связи со сказанным, содержательные типологические обобщения для языков Тропической Африки, как представляется, в наибольшей степени продуктивны на уровне компактных локальных ареалов. Ниже мы постараемся придерживаться именно такой стратегии (хотя, как можно заметить, настоящее издание организовано в основном всётаки в соответствии с генетическим принципом).

Основными ареалами, языки внутри которых обладают достаточно высокой степенью сходства в отношении набора грамматических параметров, можно в первом приближении считать следующие четыре: южноцентральный, восточный, северноцентральный и, с некоторыми оговорками, западный. Охарактеризуем их подробнее.

1) ЮжноЦентральная Африка (от р. Оранжевой приблизительно до экватора;

переходными зонами являются север Танзании – юг Кении на востоке, север Заира в центральной части и север Камеруна на западе). Особо выделяется территория на крайнем югозападе (Намибия, Ботсвана и прилегающие районы), которую дисперсно занимают койсанские языки. Взаимовлияние автохтонных койсанских языков и языков банту зон R и S безусловно существует, но изучено недостаточно (прежде всего, в силу малой доступности надежных койсанских данных).

ЮжноЦентральная Африка является уникальным ареалом в том отношении, что практически вся эта огромная территория занята языками банту. Такого рода языковая гомогенность Тропической Африке в принципе больше нигде не свойственна. В генетическом отношении языки банту принято в современной африканистике не обособлять – с точки зрения генетической классификации все эти языки (более 500) являются представителем одного таксона очень низкого уровня, входящего в южную подгруппу группы бантоидных языков семьи бенуэконго; помимо языков банту, в эту группу входят еще около 150 языков (тив, тикар, диалектный континуум бамилеке и др.). Единственным вкраплением в ареал банту являются, как уже было сказано, койсанские языки на югозападе [3 К койсанской семье, как известно, относятся еще и два реликтовых языка Танзании – сандаве и практически исчезнувший хадза. Эти языки в строгом смысле не образуют анклава на территории банту, поскольку располагаются на крайнем юге переходной зоны, где бантуязычные народы соседствуют также с носителями кушитских (иракв, горова и др.) и целого ряда нилотских языков (маа, луо и др.).]. Типологически языки банту, безусловно, также очень близки, что оправдывает частое рассмотрение в обзорных работах всех языков банту в качестве более или менее единой макросистемы, часто к тому же описываемых как различные модели преобразования единой протобантуской системы (сравнительноисторические исследования языков банту, после работ Малколма Гасри и Ивонны Бастен, являются одними из самых успешных в африканистике; подробнее см. Аксёнова & Топорова 1990). Тем не менее, известная неоднородность, конечно, имеется и в этом ареале. Современная классификация языков банту (которая, кстати, сочетает генетический принцип с элементами ареального подхода) учитывает этот факт, противопоставляя внутри ареала банту в целом переходную северозападную подгруппу (языки зон A, B и C, распространенные на территории от восточной части Заира до южной части Камеруна, включая Экваториальную Гвинею, Габон, Конго и южную окраину ЦАР) всем остальным языкам банту, грамматическая структура которых в большей степени соответствует каноническому бантускому типу.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 8 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.