WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 46 |

В.К.ТУРКИН

Драматургия

КИНО

Очерки

по теории и практике

киносценария

Допущено Министерством образования и науки Российской Федерации в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведении обучающихся по специальности Драматургия

Москва

ВГИК

2007

УДК 778.5.04 ББК 85.37 Т88

Рецензенты:

Л.В. Голубкина кандидат искусствоведения, заслуженный деятель искусств РФ;

Б.Б. Андреевзав. кафедрой кино и телевидения МГУКИ, кандидат искусствоведения, профессор Туркин В.К.

Т88 Драматургия кино: Учебное пособие. — 2е изд. — М.: ВГИК, 2007. 320с.

ISBN 5871491057 Учебное пособие «Драматургия кино» — переиздание ставшей уже классической книги В.К.Туркина «Драматургия кино», на которой было воспитано не одно поколение отече­ственных кинодраматургов. В новом издании бережно сохра­нен текст 1938 года, все особенности языка и стиля В.К.Тур­кина. В книгу также вошли воспоминания о Мастере его уче­ников — известных киноведов и сценаристов.

Пособие вызовет интерес не только у профессиональ­ных сценаристов и драматургов, но и у историков кино. Кни­га предназначена для сценарных и других кинофакультетов, а также широкого круга читателей, интересующихся драматур­гией кино.

УДК 778.5.04 ББК 85. ISBN © Всероссийский государственный институт кинематографии им. С.А. Герасимова, СОДЕРЖАНИЕ Предисловие | Введение | Киносценарий как особая форма драматургии Сценарий в театре | Сценарий немого фильма | Сценарий звукового фильма ] Отдельные стадии работы над киносценарием | Сюжет Определение сюжета | Формирование сюжета | Элементы кинопроизведения Фабула | Характер и роль ] Мимическое и вокальное поведение человека | Костюм, обстановка, вещи | Техника построения киносценария План и композиция | Монтаж (кадровка) | Из книги Р.Н. Юренева «В.К. Туркин: критика, кинодраматургия, педагогика» Н.А. Фокина О Мастере Н.Б. Рязанцева Наш первый профессор. Последний год ПРЕДИСЛОВИЕ Имя Валентина Константиновича Туркина (18871958) хорошо знакомо кинематографистам, особенно драма­тургам кино. Этот человек принадлежал эпохе станов­ления отечественного киноискусства, и его имя сто­ит в ряду таких корифеев, как Лев Кулешов, Сергей Эйзенштейн, Всеволод Пудовкин, Анатолий Головня, Федор Богородский....

Сценарист и теоретик кино, автор сценариев, ставших классикой нашего кинематографа, — «Закрой­щик из Торжка» (1925), «Девушка с коробкой» (с В.Г. Шергаеневичем, 1927), «Коллежский регистра­тор» (1925), «Привидение, которое не возвращается» (1930) и др., — В.К. Туркин сыграл важнейшую роль в становлении теории и практики отечественной ки­нодраматургии. Будучи профессором института кине­матографии, он преподавал мастерство кинодрама­турга, читал лекции по теории драматургии с первых лет существования киношколы вплоть до 1958 года. Валентин Константинович Туркин был одним из ос­нователей института кинематографии. Именно он создал кафедру кинодраматургии и долгое время воз­главлял ее, а в 192123 годах руководил всем инсти­тутом (тогда ГТК).

Наследие В.К. Туркина оценивается кинематогра­фистами как величайший вклад в создание школы отечественной теории и практики драматургии кино, его метод преподавания сценарного мастер­ства, подход к поэтике драматургии фильма, система­тизация теоретического материала до сих пор оста­ются наиболее эффективными и полноценными.

Среди учеников В.К. Туркина известные драма­турги, сценаристы, киноведы: А. Володин, Ю. Наги­бин, Л. Карелин, В. Фрид, Ю. Дунский, Б. Метальников, В. Ежов, В. Соловьев, С. Жгенти, Н. Рязанцева, Р. Юренев, В. Юнаковский, Н. Крючечников.

Книга Валентина Константиновича Туркина «Драма­тургия кино», вышедшая в 1938 году, явилась первым в истории отечественной киномысли крупным исследо­ванием основных принципов сценарного творчества. В нее почти полностью вошла и более ранняя работа В.К. Туркина «Сюжет и композиция сценария», обра­ботанная и отредактированная автором, выверенная им на лекционных курсах. Став для многих поколе­ний кинематографистов настоящим учебником по те­ории кинодраматургии и практическим пособием по сценарному мастерству, за это время «Драматургия кино» ни разу не переиздавалась.



В предлагаемом читателю издании бережно сохра­нен текст 1938 года, со всеми особенностями языка и стиля В.К.Туркина, во многом обусловленными вре­менем, идеологией, так как «Драматургия кино» се­годня представляет не только профессиональный интерес, но и историческую ценность. Книгу завер­шают воспоминания учеников Валентина Константи­новича Туркина — они дают живое представление о его личности и педагогическом таланте.

ВВЕДЕНИЕ Прежде всего необходимо условиться о пони­мании самого предмета настоящего исследования, по­скольку очевидное на первый взгляд понятие «драматур­гия кино» теряет свои отчетливые границы в дискуссиях о том, может ли произведение, написанное авторомдра­матургом для экрана, считаться полноценным драмати­ческим произведением в том же смысле, как театральная пьеса.

В театре отчетливо различаются изучение методов драматургического искусства (драматургия) и изучение искусства постановки драматического произведения на сцене («теория сценического искусства», «теория обра­ботки сценического зрелища», «теория построения спек­такля»). Эти две области художественной практики и те­ории находятся в живом взаимодействии, но они не сме­шиваются одна с другой, друг друга не заменяют и заменить не могут.

Прежде всего, должна быть пьеса: без пьесы нет спек­такля. Театр ищет пьес сценичных, т. е. отвечающих тре­бованиям интересного, живо воспринимаемого сценичес­кого зрелища. Не возникает вопроса о том, что пьеса для те­атра не нужна, что театру нечего делать с драматической литературой, что достаточно, если будет существовать только искусство «обработки сценического зрелища». Потому что драма­тургия театра это не «литературное сырье» или «полуфабри­кат» для сценического спектакля, а полноценное искусство. Дра­матическое произведение, осуществляя связь литературы и теат­ра, синтезирует законы и методы создания сценического зрелища, опыт литературы в построении сюжета, в изображении харак­теров, в искусстве словесного выражения.

Ведущая роль драматургии в театре не только не ума­ляет значения последнего как специфического искусства показа зрелища, но, наоборот, обогащает искусство теат­ра, наполняет его глубоким идейным содержанием. Бывавшие в истории протесты против литературы («литературщины») в театре, живописи и поиски форм «чистого» театра, «чистой» живописи обычно свидетель­ствовали о попытках заменить искусство формальным эк­спериментаторством, лишить художественное творче­ство идейного содержания.

В свете только что высказанных мыслей нас сразу дол­жно заставить насторожиться положение Бэла Балаш в его книге «Видимый человек»: «Фильму нечего делить с литературой. Режиссера и актера фильма, например, мож­но сравнить с импровизаторами, которые получают от авторасценариста только идею, только краткое общее со­держание; текст же они создают для себя сами».

Совсем как в театре импровизации. Однако, выступая в свое время с этой по внешности радикальной, хотя по сути и не очень оригинальной точкой зрения, Бэла Балаш не до конца был последователен. Он говорил об авторесценаристе. Но ведь совершенно ясно, что для того, что­бы предложить идею или краткое общее содержание, не нужно никакого авторасценариста. Последовательное проведение этой точки зрения приводило к отрицанию авторасценариста (кинодраматурга) и его кинопроизве­дения (сценария, кинопьесы) и, наконец, теории кино­пьесы (кинодраматургии).

Мы не останавливались бы специально на старых выс­казываниях Бэла Балаш по интересующим нас вопро­сам, — высказываниях, от которых он впоследствии ото­шел, — если бы они были фактом только его личной био­графии, его личных увлечений и заблуждений. Но в своей книге Балаш выражал тенденции, в свое время злобод­невные в теории и практике кинопроизводства, до кон­ца не изжитые и по настоящий день. Его взгляды смыка­лись со взглядами таких советских мастеров, как С.М. Эй­зенштейн, В.И. Пудовкин и др.

«Сценарий, — писал в свое время С.М. Эйзенштейн, — по существу его не оформление материала, а стадия состо­яния материала».

«Сценарий не драма. Драма — самостоятельная цен­ность и вне ее действеннотеатрального оформления.

Сценарий же — это только стенограмма эмоционально­го порыва, стремящегося воплотиться в нагромождении зрительных образов...





Сценарий — это шифр. Шифр, передаваемый одним темпераментом другому.

Автор своими средствами запечатлевает в сценарии ритм своей концепции.

Приходит режиссер и переводит ритм этой концепции на свой язык.

На киноязык.

Находит кинематографический эквивалент литературному высказыванию.

В этом — корень дела.

А вовсе не в переложении в цепь картин анекдотичес­кой цепи событий сценария.

Никаких оков оптического изложения фактов мы не призна­ем...» («О форме сценария», Бюллетень Берлинского тор­гпредства № 1—2, 1929. Курсив мой. — В. Т.) Вот в этом непризнании «никаких оков оптического изложения» (т.е. изложения сценария с установкой на кон­кретный «язык экрана») С.М. Эйзенштейн и смыкался вплотную со старой точкой зрения Бэла Балаш. И хотя С.М. Эйзенштейн несколько иначе, чем Балаш, расценивал то, что дает режиссеру автор, но это различие было ско­рее в способах выражения, чем по существу. Заявляя о своем уважении к литературе, Эйзенштейн в то же вре­мя делал ей строгое предупреждение: руки прочь от кине­матографической специфики, от конкретной кинематогра­фической формы; настоящее кинооформление материа­ла — дело режиссера; не покушайтесь на писание кинопьес, пишите «киноновеллы» или «стенограммы эмоционально­го порыва» и помните, что режиссер их будет рассматри­вать не как оформление материала, а как стадию состояния материала, или, другими словами, как полуфабрикат.

Разрушающая кинодраматургию старая точка зрения Балаш и дожившая почти до наших дней точка зрения Эйзенштейна до известной степени оправдывались и под­креплялись в свое время практикой значительной части кинодраматургов.

Среди некоторой части сценаристов существовало представление о сценарии как о проекте или плане буду­щей картины (так, например, определил сценарий В.Б. Шкловский в своей книге «Как писать сценарий»).

Это определение, на первый взгляд невинное, на са­мом деле сразу и безоговорочно утверждало за сценари­ем то качество полуфабриката «стадии состояния матери­ала» для режиссера, — о котором говорил Эйзенштейн.

Отвечая на ошибочные требования создания полуфаб­риката, а не полноценного произведения кинодраматур­гии, некоторые сценаристы ограничивали свою задачу поверхностным схематическим изложением сюжетов, иногда разукрашенным отдельными интересными кадрами или монтажными приемами, но лишенным глубокого идейного содержания, полноценных характеров, яркого и напряженного развития действия.

Таким образом, на противоположных полюсах сценар­ной практики возникли две неполноценные формы сце­нария:

1. Сценарий «технологический» (проект, план кино­картины), не использующий опыта литературы в полно­ценном изображении событий, характеров и всех средств, предоставляемых ему искусством словесного выражения, для доведения схемыплана до полноты и за­вершенности художественного произведения.

2. Сценарий «эмоциональный», неполноценный с точ­ки зрения кинематографических требований; сценарий, в котором средства словесного выражения используются без ответственной и ясной ориентировки на кинопроиз­ведение, на последующую реализацию его на экране.

Обе эти формы сценариев были далеки от требова­ний, предъявляемых к полноценной кинодраматургии.

Но может ли вообще существовать авторский сцена­рий, «авторская» кинопьеса в том же качестве, что и теат­ральная пьеса? Конечно, да. Это вопрос разделения труда писателякинодраматурга и режиссера и специализации ки­нодраматурга, литературные произведения которого ори­ентируются на экранную реализацию, так же как театраль­ная пьеса ориентирована на реализацию сценическую.

Но разве обязательно разделение труда между сцена­ристом и режиссером? Разве не может режиссер быть единственным автором кинопроизведения? Конечно, может. Мольер был автором пьес и их исполнителем. Но и в этом случае необходимо разделение сценария (пьесы) и постановки фильма. Сначала должен быть написан иол\ ноценный авторский сценарий, а затем уже по этому сценарию должна осуществляться постановка. Это вопрос не только хозяйственной и производственной целесообразности, но и правильной организации творческого процесса.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 46 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.