WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 99 |

Заведующий Оперной студией Государственного Большого академического театра К. Станиславский    16*. Е. Б. Вахтангову    Июль ПокровскоеСтрешнево Милый, дорогой, любимый Евгений Богратионович!    Перед самым отъездом из Москвы узнал о Вашей болезни. Думал звонить ежедневно отсюда в клиники, но телефон испорчен и сообщения с Москвой нет. Поэтому живем здесь и волнуемся. Сейчас зашла сестра из Всехсвятского санатория и сказала, что Вам лучше. Дай бог, чтоб это было так. Пока не поправят телефона, буду искать всяких новостей о Вас. Верьте, что мы все Вас очень любим, очень дорожим и ждем Вашего выздоровления1.

   Да хранит Вас господь.

Сердечно любящий Вас К. Станиславский.

   Я только третий день отдыхаю, так как мой сезон в этом году только что кончился, а 15 августа, говорят, начнется опять. За это время я поставил три оперных спектакля 2, и если прибавить к этой работе "Ревизора"3 и "Сказку"4, плюс возобновление трех старых пьес, то выйдет, что я не даром ем советский хлеб и могу отдохнуть5.

Ваш К. Станиславский    17. А. А. КублицкойПиоттух    26 сентября Москва Глубокоуважаемая Александра Андреевна!    Недавно, возвратясь в Москву, я прочел Ваше письмо на имя жены1, которое пришло с очень большим опозданием. Спешу ответить на те вопросы, которые касаются меня.

   Но прежде мне хочется покаяться Вам в том, что я усиленно пытался написать Вам письмо после рокового известия о смерти дорогого Александра Александровича. Благодаря своей бездарности я не нашел слов, достойных великого горя, которое нас всех постигло. Я не посмел говорить о нем обычными избитыми словами соболезнования и потому молчал.

   И теперь я пытаюсь записать в свой дневник красивые, поэтические, неуловимо тонкие, ароматные воспоминания о любимом человеке и великом поэте. Как бы мне хотелось, чтоб эта трудная и непосильная мне задача удалась мне и получила достойную художественную форму!!    Но... о Блоке надо говорить стихами, а я не поэт. Мне так же трудно и непривычно писать, как поэту играть на сцене.

   Если моя задача мне удастся, пришлю и буду счастлив; нет, опять принужден буду молчать.

   Да хранит Вас бог, и да поможет он Вам перенести тяжелое испытание.

Душевно преданный К. Станиславский    1921 26/IX    18*. В. Ф. Грибунину    15 октября Москва Дорогой Владимир Федорович!    Я получил Ваше письмо, с сердечной болью прочел его, заметил его тон, почувствовал Ваше отношение к театру, к товарищам, ко мне. Что ж делать! Да простит Вам бог этот тяжелый удар, который Вы наносите нам всем в одну из самых трудных минут жизни нашего театра.

   Я передам Ваш ультиматум дирекции, как только выздоровлю1. Думаю, что все Ваши требования, как правильные, так и неправильные, будут немедленно исполнены, так как театру нет другого выхода.

С почтением К. Станиславский    1921 15/IX    19*. В. Ф. Грибунину    16 октября Москва Дорогой Владимир Федорович.

   Правильным требованием я считаю Ваше требование пайка. Его лишили Вас не я и не НемировичДанченко. Я не имел решительно никакого отношения к распределению пайков. Ими распоряжалась избранная Вами же и Вашими товарищами артистами и рабочими комиссия. Это она встала на благотворительную почву и решила, что Бутова одинока и больна и потому должна получать паек, а Вы, имея в доме паек Веры Николаевны1, можете обойтись без своего пайка. Я протестовал и теперь протестую против такого взгляда. Поэтому Ваше предположение о том, что я имел какоелибо отношение к этому делу, заблуждение.

   Неправильным я считаю Ваше требование заменить Вас сразу в спешном порядке в обеих пьесах ("Дно" и "Ревизор")2, которыми ограничивается репертуар первой группы3. Вы не можете не понимать, что, оставаясь с этими двумя пьесами, мы скоро лишимся сборов. Нужна энергичная, быстрая работа по введению Тургенева, "Трактирщицы" и пр., по подготовке "Плодов" и "Тарелкина"4. Вы знаете также, что замена Земляники потребует для пантеонной пьесы5 двух недель ежедневной работы с моим личным участием, так как Вашей режиссерской работы я еще не знаю6. Земляника участвует во всех общих сценах, поэтому придется делать общие репетиции и даже 1 или 2 народных. Такое Ваше требование к измотанным режиссерам и артистамтоварищам мне представляется несправедливым. Несправедливо и то, что Вы считаете себя одного вправе отказываться от набивших оскомину ролей. Поверьте, дорогой Владимир Федорович, что и мне Сатин, Крутицкий, Кавалер ди Рипафратта, Гаев и пр. осатанели. Мало того, я состарился для них, и тем не менее я не считаю себя вправе отказываться. И Москвину до ужаса надоел Лука... И этот Ваш взгляд мне представляется неправильным.

   Правильным мне представляется Ваше право на новую роль и работу. В этом вопросе я стараюсь сделать что могу. Захотели вы играть профессора, я старался доставить Вам эту роль; разонравилась она Вам, я просил передать ее Лужскому. Вам не понравилась роль мужика, я просил передать ее Баталову. Вам захотелось играть Федора Ивановича, я уговорил Лужского уступить ее Вам7. Не моя вина в том, что в "Плодах" нет любимой Вами роли. Не по моей вине разговор о репертуаре и вопрос слияния с Первой студией решался в сентябре, а не в январе прошлого сезона. Вы знаете, кто вызвал эту задержку.

   Поверьте, что я с гораздо большей охотой работал бы над другой пьесой, хотя бы над "Женитьбой", с Вами и Москвиным. Верьте, что к Вашему стремлению к работе я отношусь с искренним участием и готов всегда придти Вам на помощь в чем только могу.

Ваш К. Станиславский    1921 16 окт.

   20. Вл. И. НемировичуДанченко    23 декабря 1921 Москва Дорогой Владимир Иванович!    Пишу, чтоб поздравить Вас с днем Вашего рождения и лишний раз придраться к случаю, чтоб напомнить Вам, что, кто бы ни становился между нами, как бы ни старались ссорить нас, мое отношение к Вам и благодарность за прошлое остаются прежними.

   Что пожелать Вам, а кстати и себе?    Мудро понять нашу новую роль, хорошо провести ее и достойно, вместе закончить нашу интересную и важную работу в русском театре.

   Прошу Вас поцеловать ручку Екатерине Николаевне1, Мишу2 поздравлю лично при передаче письма.

Любящий Вас К. Станиславский (Алексеев)       21*. Е. Б. Вахтангову    31 января Москва Дорогой Евгений Богратионович!    Я в большой грусти. Не могу быть на спектакле, так как захворал: температура, доктора не выпускают из дома.

   Желаю успеха и удовлетворения.

   Давай Вам бог.

Ваш К. Станиславский    22*. П. Н. Сакулину 11 февраля Москва Глубокоуважаемый Павел Никитич!    Я в полном отчаянии. Нездоров, велят лежать, обязан беречь себя, чтобы не остановить спектаклей Художественного театра, нет голоса и сил, чтоб проговорить огромный монолог в большом зале! Понимаю ломку и беспорядок, которые я вношу сегодня в Вашу программу...

   Если Ваше положение совершенно безвыходно, я попробую рискнуть... Но я имею право это сделать только в самом последнем, крайнем случае1.

   Пока посылаю Вам своих перепростуженных студийцев. У них нет другого платья, как те, в которых они придут. Если будет очень холодно, ввиду их бронхитов разрешите им накинуть на открытые руки или плечи какоенибудь тепло. Простуда для молодых голосов грозит потерей голоса 2.

   Сердцем и мыслью с Вами.

   Душевно сочувствующий, безвинно виноватый и    искренно уважающий Вас К. Станиславский    1922 11/    23*. Е. В. Калужскому, И. Я. Судакову    22 марта Москва Милые друзья!    Телефон не звонит. Волнуюсь. Как спектакль?    Как играют?    Как принимают?    Что говорят: начальство, ординарная публика?    Какое настроение у студийцев?    Поздравляю с открытием и новосельем.

К. Станиславский    24. Ф. И. Шаляпину 19 апреля Москва Милый и дорогой Федор Иванович!    Через любезное посредство Иолы Игнатьевны1, которой низко кланяюсь, целую ручку и благодарю, я получил от тебя пакет с 25 ф. стерлингов. Позволь мне быть его временным хранителем, до наступления лучших времен.

   Мне дорого твое внимание, ласка и доброе чувство ко мне. Теперь [...] мы ценим во сто раз дороже порывы сердца. Спасибо тебе за них.

   В свою очередь не откажи и ты мне в радости. Прими на память о твоем первом посещении моей студии2 посылаемую безделушку. Это ручная фисгармония, сделанная с музейного оригинала XVIII века. Единственный экземпляр в Москве.

   Во время одного из моих скитаний по Европе я встретился с какимто иностранным певцом, который ежедневно два раза в день снимал с полки вагона такой же ящик, вынимал из него фисгармонию и пел вокализы и романсы, сам себе аккомпанируя.

   Кто знает, быть может, эта игрушка пригодится тебе в дороге, во время предстоящих тебе путешествий или дома, для того чтобы, лежа в кровати, разучивать партии или петь вокализы.

   Сознание того, что эта безделушка будет напоминать тебе о твоем неизменном пылком и восхищенном поклоннике доставляет мне истинную радость. Не отказывай же мне в ней.

   Душевно преданный и благодарный К. Станиславский    25*. Б. М. Сушкевичу    30 мая (?) Москва Дорогой Борис Михайлович!    Я задержался в МОНО 1 на заседании (оно экстренное). Рвусь душой, но не могу уйти по этическим условиям. Сообщите о том Надежде Михайловне, чтоб она не приписала моего отсутствия невниманию к дорогой памяти Евгения Богратионовича 2. Как только покончу экстренное дело, бегу к вам.

Ваш Станиславский    26*. П. Н. Сакулину       12/VIII 12 августа Санаторий "Узкое" Глубокоуважаемый и дорогой Павел Никитич!    NB: попробую писать по новой орфографии! Спешу поблагодарить Вас за присланные выписки и за справки о Пушкине, которые мне очень ценны. Я искренно тронут и благодарен Вам за Вашу доброту и внимание ко мне1.

   Итак, афоризм Пушкина приведен верно и все то, что я строю на нем, в своей теории актерского творчества, не подлежит изменению. Это весьма приятно для меня 2.

   С благодарностью вспоминаю я о времени, проведенном с Вами в Санузком3, о наших прогулках, о беседах, о чтении, о Вашем ободрении "молодого", "начинающего" писателя!    С благодарностью вспоминаю и о времени Вашего санузского царствования 4.

   Вы и Борис Иванович 5 оказались незаменимыми по остроумию, изобретательности, энергии... После вас все изменилось и пошло не так. Смех, стихи, рефераты, журнал прекратились, а комические выступления...!    Наше будущее, т. е. поездка в Америку, остается невыясненным. Никаких известий 6... Скоро уже придется ехать в Москву, и, может быть, мы там увидимся...

   Еще раз благодарю Вас за все.

   Сердечно преданный и благодарный К. Станиславский    27*. И. К. Алексееву    22/V 22 августа Москва Дорогой Игорек!    Я очень скучаю по тебе и хотел ехать в Гребнево1, но мама посоветовала подождать, пока она не вернется от тебя и не узнает, где и как можно у тебя ночевать. Теперь мне простудиться беда, так как наступила рабочая пора. Отдых кончен. Меня профессора проводили из Цекубу с шиком 2. Когда я пришел к обеду, ничего не зная, то увидел, что мне приготовлено особое кресло, к которому было привязано целое дерево с красными ягодами калины. Весь стол забросан цветами. При моем появлении все встали и аплодировали. За обедом начались напутственные речи, провожавшие меня за границу. Прежде всего говорил Реформатский, новый глава правительства, о моей личности, т. е. мою характеристику. Потом старик Анучин говорил мне приветствие от лица профессоров. Потом знаменитый профессор Павлов говорил о слиянии искусства с наукой. Потом проф. С. А. Котляревский говорил о национальном и общественном значении и миссии нашей поездки. Потом профессор Хорошко (психиатр) говорил о значении МХТ для его поколения молодежи. Потом профессор Филиппов А. Н. (историк) говорил тоже о моей личности среди профессоров. Потом еще ктото говорил и, наконец, я должен был сказать ответную речь. Мне был подан шикарный автомобиль, и при аплодисментах всех профессоров я уехал из Санузкого (или дома отдыха). Уехал я раньше времени, потому что была получена телеграмма от Немировича, Леонидова (антрепренер) из Берлина о том, что мы едем на октябрь Берлин, на ноябрь Париж, декабрь Лондон и январь Америка. По телефону Вишневский сказал, что приехал и сам Румянцев 3, сказав, что гастроли начинаются 24 сентября в Берлине. Пошла суматоха, так как ни декораций нет, ни актеры не собрались. Потом пришла телеграмма, что о дне начала гастролей известим. С тех пор нет ничего, и мы ждем извещения. Тем временем Румянцев выяснил, что в Берлине будто бы снят Лессингтеатр и что директор Барновский шлет мне сказать, что с того момента, как я взойду в его театр, он будет считать себя моим служащим. Потом будто мы заедем и в Дрезден и в Прагу. В Париже мы будем играть в театре Champs Elysees за 25 000 франков [одно слово неразб. Ред.]. Тот же французский антрепренер повезет нас и в Лондон.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 99 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.