WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 |

О. Ф. Русакова

ПРЕДМЕТ ФИЛОСОФИИ

И МЕТОДОЛОГИИ ИСТОРИИ

Проблема предметной самоидентификации философии истории и методологии истории впервые возникла со всей своей научной напряженностью в конце XIX века. Именно тогда философия истории становится весьма распространенным жанром научного творчества, складываются различные направления, формулирующие и разрабатывающие проблематику философии истории, ведутся научные дискуссии о предмете философскоисторических исследований. Возникают три основных представления о содержании философии истории: 1) под философией истории понимается всеобщая, или всемирная история, обобщающая результаты, добытые исторической наукой, и объединяющая их в стройную и цельную картину; 2) философия истории рассматривается как учение об общем смысле и общих законах исторического процесса; 3) под философией истории подразумевают науку об историческом познании, или логику исторического исследования.

Все три трактовки, по мнению немецкого ученого и специалиста в области философии истории Г. Риккерта, одинаково правомерны, каждая очерчивает особый круг проблем и обладает правом называться философией истории [1 Риккерт Г. Философия жизни. Киев, 1998. С. 178.]. Правда, Риккерт считал, что из трех названных предметных полей философии истории приоритет за последним значением, поскольку учение о логике исторической науки есть ключ к решению проблематики первых двух предметных сфер [2 Там же. С. 179.].

В конце XIX – начале XX в. возникла тенденция к отождествлению философии истории с социологией – наукой о законах и принципах общественноисторической жизни. Сторонники данной трактовки философии истории (Э. Бернгейм, П. Барт и др.) по существу сводили задачу философии истории к подведению исторических процессов, типов и форм под общие социологические понятия [3 См.: Барт П. Философия истории как социология. СПб., 1902. С. 4–11.]. Они также различали материальную и формальную философию истории. Так, по Бернгейму, материальная философия истории ставит следующие вопросы: как происходит историческое развитие; каковы результаты и каков смысл исторического развития? Под формальной философией истории подразумевалась совокупность проблем исторического познания, т. е. гносеология.

Идея объединения в рамках философии истории двух предметных областей – общих проблем исторического бытия (онтологии) и вопросов логики и теории исторического познания – преследовала в качестве главной цели преодоление крайностей неокантианского или логикогносеологического подхода к предмету философии истории. Например, соотечественник Бернгейма Г. Зиммель полагал, что философия истории должна заниматься главным образом теоретикопознавательными проблемами исторического исследования, а не изучением законов и смыслов исторического бытия. Он называл данную проблему спекулятивной и метафизической, стоящей за рамками науки, «вне альтернативы истинного и ложного» [4 Зиммель Г. Проблемы философии истории // Философия и общество. 1997. № l. C. 251–253.].

Против устранения из предметной зоны философии истории вопросов, касающихся законов и смысла исторического бытия, выступал русский философ истории Н. И. Кареев. В своих работах «Основные вопросы философии истории» и «Общий ход всемирной истории» он подчеркивал, что «именно изображение всемирноисторического процесса с некоторой общей точки зрения и есть основная задача философии истории» [5 Кареев Н. И. Общий ход всемирной истории: Очерки главнейших исторических эпох. Тульская обл., пос. Заокский, 1993. С. 14.]. При том под общефилософской точкой зрения Кареев подразумевал не поступательное движение человечества как органического целого по единому плану или закону, а взгляд на историю как на развитие и взаимосвязь разных культурных миров и эпох.

На схожих позициях в отношении предметного синтеза проблем теории исторического процесса и теории исторического познания под общим названием «философия истории» стоял русский философ и богослов Л. П. Карсавин. В работе «Философия истории» (1923 г.) он выделял три основные задачи философии истории: 1) исследование первоначал исторического бытия; 2) рассмотрение этих начал в единстве бытия и знания; 3) познание и изображение конкретного исторического процесса в его целом, в раскрытии смысла этого процесса. «Поскольку философия истории ограничивает себя первою задачею, она является теорией истории, т. е. теорией исторического бытия и теорией исторического знания. Поскольку она преследует решение второй задачи, она – философия истории в узком и специальном смысле термина «философия». Наконец, в области, определенной третьей задачей, она предстает перед нами как метафизика истории, причем, конечно, в термине «метафизика» иного не мыслится, как отвлечение от конкретной эмпирии, но – конкретное познание исторического процесса в свете наивысших метафизических идей» [6 Карсавин Л. П. Философия истории. СПб, 1993. С. 15.].



Образовавшиеся в начале XX века две линии в понимании предмета философии истории, которые условно можно обозначить как «гносеологическая» и «онтологическая» (последняя включает также идею синтеза теории исторического прогресса и теории исторического познания), получили свое развитие в последующие десятилетия. «Гносеологическое» направление было продолжено Р. Кол­лингвудом, который, по существу, разделял точку зрения Риккерта на главные задачи философии истории. Сведение философии истории к теории исторического познания и к методологии исторического исследования проявилось также в современной аналитической философии. Например, один из ее серьезных представителей, А. Данто различает субстантивную и аналитическую философию истории. Субстантивная философия истории претендует на объяснение не только прошедших, но и будущих событий, а также их последовательности. Аналитическая философия истории изучает, каким образом организованы и разграничены события в рамках исторического познания, определяет границы познания исторических явлений. Последняя, считает Данто, имеет большую научную значимость, чем первая [7 Danto A. Analytical Philosophy of History. Cambridge, 1965. P. 16.].

Гносеологическое направление получило и другое название – критическая философия истории, которая утверждает, что только критическое рассмотрение истории дает возможность оценить степень истинности исторических фактов и концептуально воспроизвести историческую действительность. Предметом критики выступает гегелевская модель философии истории, или «традиционная философия истории». Представитель данного направления – французский ученый Р. Арон отмечал: «Традиционная философия истории находит свое завершение в системе Гегеля. Современная философия истории начинается с отказа от гегельянства. Идеалом больше не является определение значения становления человечества, философ больше не верит в то, что он – единственный депозитор секретов провидения» [8 Цит. по: Гобозов И. А. Введение в философию истории. М, 1993. С. 15.]. В то же время критическая философия истории выступила с критикой тех историков, которые отвергали необходимость какихлибо философских обобщений в историческом исследовании, призывая ограничиться описанием фактов.

Советская историческая наука на разных своих этапах давала неоднозначные трактовки содержания предмета философии истории. Ее критические стрелы были направлены в сторону как представителей «гносеологического» направления, так и «онтологического» в силу того, что большинство зарубежных исследований в области философии истории руководствовалось иной, отличной от марксизма, методологией построения теории исторического познания и теории всемирноисторического процесса. В качестве единственно верной методологии научного исторического исследования рассматривалась теория исторического материализма, которая отождествлялась с подлинной фило­софией истории. Вместе с тем в 60–70е гг. в советской литературе были предприняты серьезные шаги по осмыслению немарксистских концепций философии истории.

В работах Гулыги А. В., Кона И. С., Барга М. А., Вайнштейна О. Л. и др. авторов дается критический обзор основных теоретических схем философии истории от Вольтера до современных представителей «буржуазной» философскоисторической мысли.

Прошедшая в 60е гг. в СССР дискуссия, посвященная методологическим проблемам исторической науки, показала, что наряду с общепринятым мнением, сводящим марксистскую философию истории к историческому материа­лизму и резко негативно относящимся ко всем современным немарксистским представлениям о предмете философии истории, в советской научной среде существует и другая точка зрения, которая допускает возможность соединения марксистской методологии истории с рядом ценных идей и проблематикой, разработанной в рамках немарксистских моделей философии истории. Данный подход прозвучал, в частности, в выступлении А. В. Гулыги, который отметил теоретикометодологическую ценность проблем, поднятых западными философами истории, и предложил в этой связи опубликовать в СССР антологию П. Гардинера «Теории истории», дающую представление об основных зарубежных концепциях философии истории [9 История и социология. М., 1964. С. 327.]. В определенной степени указанная позиция получила отражение в деятельности группы ученых, созданной в Институте философии АН СССР и призванной заниматься разработкой философских проблем истории [10 Там же. С. 89.]. Итогом ее работы стала коллективная монография «Философские проблемы исторической науки» (1969 г.).





В целом же словосочетание «философия истории» редко употреблялось для обозначения теоретикометодологи­ческой проблематики исторического исследования в советской литературе. Ему предпочитали выражения «методология истории», «методологические проблемы исторического познания», «методы исторического исследования» и т. д. [11 См.: Барг М.А. Категории и методы исторической науки. М., 1984; Дьяков В. А. Методология истории в прошлом и настоящем. М., 1974; Жуков Е. М. Очерки методологии истории. М., 1980; Иванов Г. М., Коршунов A. M., Петров Ю. В. Методологические проблемы исторического познания. М., 1981; Историческая наука. Вопросы методологии. М., 1986; Ковальченко И. Д. Методы исторического исследования. М., 1987; Петряев К. Д. Вопросы методологии исторической науки. Киев, 1976.] Однако к началу 80х годов ситуация постепенно стала меняться. Наметилась тенденция к легитимации философии истории путем обоснования ее собственного статуса в рамках марксистской теории в качестве гносеологии, методологии и логики истории. Философский анализ стал фокусироваться на проблемах исторического познания, при этом философия истории представлялась главным образом как теория познания, а не как онтология. Данное направление получило развитие прежде всего в работах эстонского исследователя Э. Н. Лооне. В своем оригинальном и фундаментальном труде «Современная философия истории» (Таллин, 1980 г.) он не только рассмотрел современные проблемы философии истории, но и дал классификацию разнообразных схем предмета философии истории, существовавших ранее и существующих в настоящее время.

Однако исследование вопроса о новейших типах философии истории и понимании ее предмета автор завершает концом 70х годов, что, естественно, не дает более или менее полного представления о характере дальнейших исследований в указанной области.

Кроме того, Лооне вскрыл далеко не все генеральные линии в осмыслении предмета философии истории. Так, например, им не была рассмотрена историософия как дисциплина, претендующая на центральное место в системе философскоисторического знания. Кстати, термин «историософия» впервые ввел в научный оборот А. Цешковский в книге «Введение в историософию» [12 Cieszkowski A. Von Prolegomena zur Historiosophie. Berlin, 1838.]. Термин этот был использован для обозначения гегелевской философии истории. Впоследствии он получил распространение в трудах по религиозной философии истории.

В конце 80х – начале 90х гг. XX века исследователи вновь заговорили об историософии как философии истории. В значительной степени это объяснялось массовым, «повальным» увлечением русской философией, в особенности ее религиознофилософскими концепциями XIX – начала XX вв., получившими название «историософия». Центральными темами русской историософии, по авторитетному свидетельству В. В. Зеньковского, являются вопросы о человеке, о его судьбе, о смысле и целях истории. «Русская мысль сплошь историософична, она постоянно обращена к вопросам о «смысле» истории, конце истории и т. п.» [13 Зеньковский В. В. История русской философии. Л., 1991. Т. 1. Ч. 1. С. 16.]. На эту же особенность указывал и Н. А. Бердяев: «Оригинальная русская мысль рождается как мысль историософическая. Она пытается разгадать, что помыслил Творец о России. Каков путь России и русского народа в мире, тот ли, что и путь народов Запада, или совсем особый, Свой путь?» [14 Бердяев Н. А. о русской философии. Екатеринбург, 1991. Ч. 2. С. 5.].

Pages:     || 2 | 3 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.