WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 24 |

СЕВЕРОКАВКАЗСКИЙ НАУЧНЫЙ ЦЕНТР ВЫСШЕЙ ШКОЛЫ

М. Р. РАДОВЕЛЬ

КАТЕГОРИАЛЬНАЯ

СТРУКТУРА

ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОГО МЫШЛЕНИЯ

Ответственный редактор

доктор философских наук

Е. Я. Режабек

РОСТОВНАДОНУ

ИЗДАТЕЛЬСТВО РОСТОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 1993

ББК 15.13 Р 15

Рецензенты:

доктор философских наук М. В. Попович, доктор философских наук Д. П. Горский Редактор Г. И. Медведева Радовель М. Р.

Р 15 Категориальная структура исследовательского мыш­ления. Ростов н/Д.: Издво Рост, унта, 1993.— 112 с. ISBN 5—7507—0522—6 В монографии анализируются важнейшие характеристики мышления, опре­деляющие информативность и новизну, аргументированность и корректность, теоре­тическую и практическую значимость продуктов исследовательского труда.

Рассчитана на студентов, аспирантов, преподавателей философии, научных работников.

0303020000022 „ Р М175(03)93 192 ББК 15. ISBN 5—7507—0522— © РАДОВЕЛЬ М. Р., Научное издание РАДОВЕЛЬ Михаил Рувнновнч КАТЕГОРИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОГО МЫШЛЕНИЯ Редактор Г. И. Медведева Обложка художника В. Г. Филиппского Технический редактор Д. В. Сидоренкова ' Корректор О. А. Кристаленко ИБ № Изд № 22/2670. Сдано в набор 5.01.93. Подписано в печать 19.03.93. Формат 60x84 1/16. Бумага типографская № 2. Гарнитура Литературная. Печать офсетная. Усл. п. л. 6,51. Усл. кр.отт. 7,0. Уч.изд. л. 7,67. Тираж 500. Заказ 183. С22.

Издательство Ростовского университета. 344700, г. РостовнаДону, ул. Пушкинская, 160. МАП «Книга». 344081. РостовнаДону, ул..Советская, 57.

Светлой памяти Павла Васильевича Копнина посвящается ОТ АВТОРА Нельзя сказать, что предложенный здесь способ анализа и оценки интеллекта абсолютно нов и никогда прежде не применялся. В той или иной мере, с большей или меньшей степенью осознанности им пользовались, начиная с глубокой древности. Вспомним Сократа: «Заговори, чтобы я тебя увидел». Его метод был не чем иным, как диалектикой античности.

Шло время. Метод обогащался, развивался и, наконец, приобрел вид разветвленной системы категорий и понятий, которая стала использовать­ся как методология познания, к сожалению, не всегда эффективно и благотворно (о чем свидетельствует недавний период отечественной истории).

В чем тут дело? Неужели только в том, что диалектика время от времени попадала в руки «не тех» людей? Вряд ли. Скорее всего, в какието моменты своей эволюции она начинала существенно отставать от уровня развития и запросов науки и общественной практики. Отчасти именно поэтому она «позволяла» далеко не самым мудрым и высокомо­ральным представителям рода человеческого пользоваться собой.

В связи с этим у автора возникло искушение заново испытать диалектику в качестве методологического средства и определить, эффективна ли она сегодня в данной функции. Объектом, испытательным полигоном было избрано исследовательское мышление, главным образом в том виде, как оно представлено в научных текстах.

Замысел был прост. Вопервых, проследить, в какой мере реализу­ются здесь известные принципы и требования диалектики, какова в каждом анализируемом случае категориальная структура мысли и, соответственно, насколько «диалектична» сама эта мысль. Вовторых, сопоставить полученные таким путем выводы с результатами, добытыми в рамках ряда наук, причастных к изучению феномена мышления (формальная логика, психология, кибернетика, лингвистика и др.). Втретьих, на основе такого сопоставления получить новые стимулы для усовершенствования диалектики как метода познания.

В ходе реализации замысла оказалось, что наличный диалектический аппарат совсем не просто приложить к такому объекту, как исследова­тельская мысль. Пришлось провести определенную работу по адаптации категориального аппарата диалектики, приспособлению его к выполнению намеченной задачи. Тем самым я невольно замахнулся на существующую форму упорядочения категорий мышления, систему регулятивов познания. Другого выхода просто не было.

Скорее всего, эта дерзость будет наказана. Причем сконструиро­ванное мною «оружие» будет повернуто против меня же. Думаю, оно окажется эффективным, и тем самым цель работы будет достигнута.



Глава СУБЪЕКТОБЪЕКТНЫЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ МЫСЛИТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ § 1. Субъективное я объективное как равноценные моменты познания Мышление осуществляется в форме категорий. Пожалуй, в особой степени это относится к мышлению ученых, исследователей, ибо они не только используют более широкий и полный спектр категориальных отношений, но и отчетливо осознают, какие из них задействованы в том или ином конкретном рассуждении. Остальные представители рода человеческого, как правило, не отдают себе в этом отчета, подобно тому, как многие из нас не подозревают, что всю жизнь говорят прозой.

Люди действительно мыслят (описывают конкретные явления и события, вскрывают их связи и взаимозависимости, оценивают их с точки зрения важности, значимости и т. п.) с помощью категорий, т. е. некоторых очень общих понятий типа «пространство», «время», «причинность» и др. Такого рода понятия могут и не присутствовать в речи, тексте непосредственно, терминологически. Как уже говорилось, они порой вообще не осознаются теми, кто их использует. Например, автор написал, что некоторое событие произошло в силу такихто причин. Он может и не понимать понастоящему, что такое «причина». Зато он написал, что это случилось изза тогото и тогото. «Изза» и есть «по причине». Конечно, при любой форме выражения подлинная причина может оказаться не обнаруженной, упущенной, если автор не владеет данным понятием в должной мере. Но как бы то ни было, мысль человека, рассуждающего о неких частных, конкретных предметах, фактах, событиях, подспудно направляется, «регулируется» очень общим поняти­ем, или категорией,—«причина». Последняя является способом организа­ции, формой, «каркасом» мысли.

Итак, люди мыслят с помощью категорий, и, естественно, все — поразному. Теперь понятно, что это происходит не только потому, что они говорят (пишут) о разных предметах, но и потому, что их мысль направляется разными категориями. У каждого своя, характерная для него, категориальная «подоплека», или категориальная структура мысли. И даже если два автора используют одну и ту же категориальную форму, они все равно делают это неодинаково, с разной степенью полноты и глубины. С указанными обстоятельствами как раз и связано своеобра­зие мышления индивида. Отсюда возникает идея анализа мышления на основе вскрытия его категориальной структуры, для чего необходимо внимательно разобраться в самом категориальном арсенале, произвести там определенное упорядочение.

Упорядочение категорий, их систематизация — проблема исключи­тельно сложная. Одна из главных трудностей заключается в том, что все они в некотором смысле однопорядковые; каждая представляет собой универсальное, предельно широкое понятие. И, значит, их очень трудно, если вообще возможно, иерархизировать и субординировать.

Вместе с тем философы, методологи, опираясь на традицию, социальные запросы времени, собственный опыт, выделяют из множества категорий некоторые в качестве наиболее фундаментальных, базисных. И это — уже существенный момент упорядочения, важная ступень на пути систематизации. Например, в роли таких базисных категорий выступают «природа» и «дух»; «тело» и «Душа»; «человек» и «мир»; «бытие» и «мышление»; «материя» и «сознание»; «жизнь» и «смерть».

Основной разговор в данной книге пойдет об ученом, исследователе, познающем какуюто часть окружающей действительности и преодолева­ющем на этом пути всевозможные трудности, препятствия, противоречия, поэтому уместно выделить в качестве базисных понятий, или категорий, две хорошо известные в рамках диалектической традиции пары: «субъект и объект», «тождество и различие»., Субъект и объект (субъективное и объективное), с одной стороны, довольно близки по смыслу к таким категориям, как сознание и материя, мышление и бытие, человек и мир, а с другой, легко и непосредственно ассоциируются с такими понятиями, как исследователь и постигаемая им область действительности.

Субъектом далее называется не только исследователь, человек, индивид, но и коллектив (авторов), научная школа, специалисты определенной области знания, научное сообщество и т. п. Все это — тоже субъекты, только различающиеся своим «гносеологическим рангом».





Имеется целый ряд доводов в пользу того, чтобы категории субъекта и объекта легли в основу упорядочения понятий, необходимых для анализа исследовательского мышления. Обратим внимание хотя бы на то, что само понятие «мысль» нередко определяется как «субъективный образ объективного мира». Здесь его следует понимать достаточно широко: простое суждение, выраженное отдельным предложением, или концепция, изложенная в крупном научном произведении, или учение, которому посвящено множество научных публикаций. В любом случае это субъективное отражение объективной реальности — некоторого практиче­ски не зависящего от конкретного субъекта положения вещей. Различие состоит в том, что в поле зрения субъекта попадает разный по характеру и масштабу фрагмент действительности (т. е. разный объект). Кроме того, и сам субъект может быть различным, «разноранговым» (индивид, творческий коллектив, научная школа и т. д.).

Напомним также, что при анализе и оценке научноисследовательско­го мышления, а также его результатов первостепенным является вопрос об объективности. А он не может быть понастоящему решен без выяснения сложных, тончайших связей между объективным и субъ­ективным.

Разнообразные диалектические понятия и категории, признанные важнейшими для процесса познания, представляют собой продолжение, конкретизацию и развитие двух фундаментальных категорий — «субъ­ект» и «объект». П. В. Копнин отмечал: «Противоречие между субъектом и объектом является главным, ведущим в развитии мышления. Все другие противоречия: между абсолютным и относительным в мышлении, абстрактным и конкретным, вероятным и достоверным и т. п.— так или иначе связаны с ним, вытекают из него, являются его моментом, стороной» (35, ПО)*.

В силу перечисленных, а также ряда иных причин мы и начинаем с категорий «субъективное» и «объективное». И прежде всего есть смысл остановиться на распространенных представлениях об их соотношении. На наш взгляд, многими авторами недопонимается или игнорируется субъективный момент. Признавая последний на словах и делая в этой связи соответствующие оговорки, они не учитывают его действительного значения, неправильно расставляют акценты при определении места и роли объективного и субъективного, их соотношения в познании.

Нередко авторы исходят из правильной, здравой и бесспорной (для ученогоматериалиста ) мысли: человеческое познание должно все глубже проникать в объективную реальность и, преодолевая субъективную узость и ограниченность, наращивать объективную компоненту совокупного знания. Но верное начало отнюдь не гарантирует столь же верных продолжения и вывода. Ошибки, неточности могут незаметно вкрадывать­ся в, казалось бы безукоризненную мысль. Даже великим мыслителям не всегда удается избежать некорректности, вызванной сложностью соотно­шения объективного и субъективного.

«Все эпохи, которые идут назад и охвачены разложением,— считал Гете,— полны субъективизма, зато все эпохи, которые идут вперед, имеют объективное направление. Наше теперешнее время реакционно, потому что оно субъективно... Но каждое здоровое стремление, исходя из внутреннего мира, устремляется к миру объективному, и это характерно для всех великих эпох, которые были полны подлинного стремления и движения вперед и были по природе своей объективны» (82, 292).

В целом данное высказывание как будто бы не может вызвать возражений. Действительно, эпохи, охваченные разложением, «полны субъективизма», и «каждое здоровое стремление, исходя из внутреннего мира, устремляется к миру объективному». Но есть моменты, которые делают гетевскую мысль не вполне корректной. Мысль о том, что «наше теперешнее время реакционно, потому что оно субъективно», нам представляется неточной (хотя рациональное зерно здесь есть). Видимо, лучше было бы в данном случае сказать не «субъективно», а, например, * Здесь и далее указанные в скобках цифры обозначают номер источника, тома и страницы (курсив).

«узкосубъективно», «ограниченносубъективно» и т. п. потому что каждая эпоха, безусловно посвоему субъективна, и это обстоятельство не обязательно делает ее реакционной.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 24 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.