WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 |

Сказки – это удивительный жанр. Русский философ Ильи сказал, что сказка это сон, приснившийся нации». Действительно, в сновидениях иногда люди видят сюжеты, похожие на фрагменты сказок или на какието древние ри­туалы. Исследователи фольклора считают, что знакомые нам с детства сюжеты волшебных сказок действительно имеют отношение к древнейшим обрядам и ритуалам. А природа этих древних ритуалов связана с глубинными механизмами формирования символического поведения и образного мышления. Сказки, как и сновидения, в некотором смысле обращаются непосред­ственно к механизмам бессознательного. В этом их большая сила. И в то же время это выразительные, художественные тексты, которые дос­тавляют при чтении эстетическое удовольствие. Сюжеты волшебных сказок странны с точки зрения рационально­го сознания. Действие их происходит в особом пространстве — «в не­котором царстве, в некотором государстве...» и закономерности их не­возможны в привычном мире — в них животные разговаривают, БабаЯга пытается съесть мальчика, героя можно сварить в котле — и после этого он остается жив... И это рассказывается как ПОДЛИННАЯ ис­тория, а не как сравнение или метафора... То есть существует мир, который функционирует по таким правилам. Отчасти это может быть понято как правила функционирования образных структур бессозна­тельного, либо проявления архетипического плана, но такое объясне­ние всегда оказывается недостаточным и остается некоторая тайна...

То, что образы сказок обращаются одновременно к двум уровням — к уровню сознания и к уровню подсознательного, причем область бессознательного представлена в большей степени, требует интуитив­ного чувства формы или точного знания структуры сюжета сказки при использовании ее в психокоррекционной работе.

С помощью удачной метафоры можно быстро найти способ кор­рекции эмоционального состояния или подсказать содержательный вы­ход из трудной ситуации. Но при неблагоприятном стечении обстоя­тельств парадоксальное или противоречивое сочетание сознаваемых и неосознаваемых смыслов текста сказки может быть источником серь­езной психической травмы или как минимум замешательства у клиен­та Двойственная природа образов и сюжетов сказок (рациональная и архаическая, относящаяся к сфере действия мифологического созна­ния) требует определенных стратегий при выборе сюжета и способе использования этого сюжета.

СТРАТЕГИИ РАБОТЫ СО СКАЗКОЙ В практической психологии можно встретить несколько способов работы со сказками как с проекцией, в зависимости от того, какие за­дачи ставит перед собой психолог или педагог. Не претендуя на пол­ный обзор всех методов, можно попытаться классифицировать их по целям и задачам. Согласно представлениям автора, разные по жанрам сказки в разной степени подходят для выполнения задачи, поэтому мож­но составить нечто вроде сравнительной таблицы по жанрам сказок и целям проективных занятий со сказками.

1. Использование сказки как метафоры. Текст и образы сказки вы­зывают свободные ассоциации, которые касаются личной психической жизни человека, затем эти метафоры и ассоциации обсуждаются.

2. Рисование по мотивам сказки. Свободные ассоциации проявля­ются в рисунке, дальнейшая работа идет с графическим материалом.

3. «Почему герой так поступил?» —то есть более активная работа с текстом, где обсуждение поведения и мотивов персонажа служит по­водом к обсуждению ценностей и поведения человека. Вводятся оцен­ки и критерии «хорошо» — «плохо».

4. Проигрывание эпизодов сказки. Участие в этих эпизодах дает возможность ребенку или взрослому прочувствовать некоторые эмо­циональнозначимые ситуации и «сыграть» эмоции.

5. Использование сказки как притчинравоучения, подсказка с по­мощью метафоры варианта разрешения ситуации 6. Переделка или творческая работа по мотивам сказки. Считает­ся, что такая работа полезна, но в отношении сюжетов «волшебных» сказок она достаточно рискованна Сказочные сюжеты, которые используются в этих случаях, полез­но разделить на несколько групп. Вопервых, стоит разделить сюжеты на традиционные, с древно­сти бытующие в культуре разных народов, и авторские, то есть сочи­ненные писателями «в стиле» древних фантастических сюжетов (к по­следней группе можно отнести и популярный жанр «фэнтази»). Далее речь пойдет именно о древних сюжетах и историях, общих для разных стран. Существенно, что нельзя говорить о специфических «русских народных» или «китайских» сказках; «сказочный фонд» мировой куль­туры един, есть, например, «Золушка» французская, уральская и ки­тайская... Правда, исследователям известно, что именно в России сохранились наиболее древние сюжеты сказок в их первозданном виде, и в этом смысле отечественная культура уникальна.



Авторские сказки удобны для работы с ассоциативным материа­лом, но существенный недостаток их в том, что авторские сюжеты не­сут на себе след личного психологического (невротического) конфликта автора. Например, Андерсен, сочиняя сказку (по мотивам народных сказок) «Дикие Лебеди» в финале, когда БратьяПринцы обретают бла­годаря усилиям Сестры из заколдованных лебедей обратно человече­ский облик, оставляет у Младшего Брата настоящее лебединое крыло. Какая женщина согласилась бы иметь мужа с таким крылом вместо левой руки? Могли бы быть проблемы... Для автора лебединое крыло символизировало поэтическую нату­ру Младшего Брата, но по существу это изменение финала сказки на­рушило правильность древнего сюжета... Еще более парадоксальна в этом смысле «Русалочка». В этом сю­жете сочетаются две разных формы развития отношений между ми­ром людей и миром волшебных существ. Первая форма — история о девушке, которая преодолевает трудности и достигает возможности соединиться с возлюбленным, вторая история — о том, что любовь земного человека и существа иного мира опасна для человека, и вол­шебное существо может его при определенных условиях погубить или покинуть. «Сложение» двух форм в один сюжет приводит к парадоксу и вызывает ощущение особой значимости и «незавершенности» про­исходящего. Очень часто дети пытаются «переделать» сюжет... или мучительно переживают его, так как он действительно безысходен.

Поэтому использование метафор и образов из авторских сюжетов для помощи клиенту несколько рискованно — можно адресовать под­сознанию незапланированное или деструктивное сообщение. (Например, в той же «Русалочке» отчетливо представлены страхи в сфере сексуальности: героиня испытывает мучительную боль в но­гах, находясь рядом с любимым...) Продолжая классификацию, народные сказки тоже необходимо раз­делить на несколько групп; такое разделение сюжетов может подска­зать, какие из них наиболее удобны для перечисленных выше мето­дов:

1. Бытовые сказки, сказкибасни, истории о жизни. Например, «Ли­са и Журавель».

2. Сказкизагадки, истории на сообразительность, истории о хит­рецах.

3. Сказкибасни, поясняющие какуюлибо ситуацию или мораль­ную норму.

4. Притчи — истории о мудрых людях или о занимательных ситуа­циях.

5. Сказки о животных (иногда они оказываются в разделе басен).

6. Мифологические сюжеты, в том числе истории про героев.

7. Волшебные сказки («Гусилебеди», «КрошечкаХаврошечка», «Золушка»).

Волшебные сказки наиболее задевают воображение и остаются в памяти с детства на всю жизнь. Именно в сюжетах «ВОЛШЕБНЫХ» сказок наиболее устойчиво сохраняются воспоминания о древних ри­туалах и тайнах мира. Некоторые гениальные писатели интуитивно чувствовали эту тай­ну и их «сказки» воспроизводили «подлинность» формы. В русской культуре это Пушкин и Ершов, во Франции — Шарль Перро. Наиболее удобны для проекций обыденного психологического ма­териала басни, бытовые истории. Чем более иррациональный матери­ал, то есть, чем ближе текст к волшебной сказке — тем более сложные связи устанавливаются между индивидуальным опытом и архетипическим (трансперсональным, общим для всех людей) опытом. Именно здесь начинает проявляться возможный конфликт между индивидуальным пониманием того, как нужно жить, и универсальным глубинным опытом. Глубинный опыт—опирающийся на ритуалы — относится к уровню мифологического сознания.

НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО И ТЕЛЕСНОГО ОПЫТА, ПРОЯВЛЯЮЩИЕСЯ В ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ЭКСПЕРИМЕНТАХ С ВОЛШЕБНЫМИ И НАРОДНЫМИ СКАЗКАМИ Для того, чтобы лучше понять психические механизмы воздейст­вия волшебной сказки на человека, можно обратиться к эксперимен­тальному материалу психотерапевтических семинаров, проводившихся на материале волшебных народных сказок. В этом материале наблюдается определенная систематичность, ко­торую можно использовать как для диагностических целей, в рамках проективного подхода, так и для планирования психокоррекционного либо педагогического вмешательства. Некоторые из этих тенденции, по мнению автора, служат достаточно серьезным основанием для вве­дения ограничений при использовании традиционных сюжетов в вос­питательной и психокоррекционной работе. Эти ограничения можно свести к общему требованию: при использовании традиционного сю­жета во избежание получения противоречивых и запутывающих ре­зультатов необходимо знать правила его организации и основные «энер­гетически насыщенные» точки.





Наиболее выражены следующие тенденции:

1. Повторяемость телесных проекций. В определенных местах сю­жета при работе с разными группами у участников возникали сходные комплексы телесных ощущений при идентификации с образами и сход­ные тенденции в «знании» смысла и значения образов. Телесные ощу­щения в этих случаях весьма интенсивны и «подсказывают» опреде­ленные виды движений и поведения «персонажа» и развитие его от­ношений с другими образами. Этот механизм работает таким образом, как если бы образы сказки напрямую вызывали резонанс определен­ных повторяющихся психофизиологических структур человеческого организма, а сюжет сказки —то есть цепочка сменяющихся «событий» — представляли собой некоторый «стандартный» для человеческой психики (для человеческого организма в целом, на психофизиологи­ческом уровне), способ взаимодействия этих структур и их регуляции. Причем этот же сюжет, понимаемый на сознательном «рациональном» плане, по аналогии с нормами и правилами социальной жизни, не все­гда соответствует схеме организации на глубинном плане.

2. Использование текстов волшебных сказок как проективного ма­териала позволяет дальше работать с личными «проблемами» участ­ников, не называя их, оставаясь только в рамках материала сказки.

Чтобы вызвать эмоциональный резонанс, можно прочитать текст сказки и попросить отметить места, которые вызвали сильные чувст­ва, после этого этот эпизод сказки используется как метафора. Такая работа со «стандартной» метафорой отличается от спонтанно возни­кающей метафоры тем, что развитие сюжета заранее предопределено:

ведь сказка хорошо известна. Работа может быть сосредоточена на том напряжении или негативных эмоциях, которое мешает принять дан­ный сюжет целиком, вызывая сильное сопротивление. Завершением работы в эксперименте считалось такое состояние, когда человек мог последовательно вчувствоваться во все трансформации сюжета, не ис­пытывая фрустрации, то есть вступить в контакт со своими эмоциями в том числе на тех «участках» сюжета, которые раньше вызывали на­пряжение и чувство отторжения, протеста. Такая директивная проработка на «глубинном» уровне образов, вы­зывавших негативные эмоции, приводила к реорганизации системы контактов с миром и влияла на течение психосоматических заболева­ний. Работа проходила только на плане образов, и «инсайты» не свя­зывались с социальным личностным опытом.

3. Наиболее специфичным оказался опыт работы с замешательст­вом и сопровождающим его иррациональным переживанием ужаса и беспомощности. Значительная часть «отталкивающих» или раздражаю­щих эпизодов сказок, а также тех, которые первоначально кажутся «пло­хими» по моральным соображениям, в глубине содержат опыт заме­шательства, то есть, на бытовом языке, чувство растерянности, когда человек мог бы сказать: «я не знаю, что делать и что чувствовать...» или «мало ли что может случиться...» Это соответствует травматиче­ским элементам раннего детского опыта или серьезным переживани­ям психических травм у взрослых людей. Проработка такого опыта в символической форме соответствует, повидимому, формированию на­выка адаптивного эмоционального поведения. Наиболее последова­тельно это проявляется в «жестоких» сюжетах, в которых есть тема проглатывания, разрубания на части и так далее.

Pages:     || 2 | 3 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.