WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||

Католики же в полном согласии с разумом исповеду­ют, что Христос состоит и из двух природ, и в двух при­родах. Несколько позднее я приведу доводы, подкрепляю­щие такое убеждение. Что же касается Евтихия, то его мнение с полной очевидностью опровергнуто уже выше­приведенными доводами, а именно: существуют только три способа, какими из двух природ может возникнуть одна: либо божество должно превратиться в человечество, либо человечество в божество, либо оба должны смеатться,— однако ни один из этих трех способов, как мы показали выше, невозможен.

Нам остается только одно: в согласии с утверждением католической веры учить, что Христос состоит и из двух природ, и в двух природах.

Когда говорят, что нечто состоит из двух природ, это может иметь два значения: первое — когда мы имеем в виду нечто, составленное из двух природ, как смесь меда и воды; какое угодно смешение двух [субстанций] — по­глотит ли одна из них другую, или же обе перемешаются друг с другом — при условии, что в нем не сохранятся обе. Именно таким.образом состоит из двух природ Хри­стос согласно Евтихию.

ПРОТИВ ЕВТИХИЯ И НЕСТОРИЯ Второй способ, каким образом может нечто состоять из двух [субстанций], заключается в том, что обе они со­храняются и не превращаются друг в друга: в этом смысле мы говорим о венце, например, что он состоит из золота и драгоценных камней. Здесь золото но перешло и камни, и камни не превратились в золото, но и те и другие сохранились, не утратив собственной формы. Именно о такого рода составных вещах мы говорим, что они состоят в тех же самых [элементах], из которых со­ставлены. В данном случае мы можем сказать о венце, что он состоит в золоте и камнях, ибо и камни, и золо­то, составляющие венец, налицо. В первом же случае не имеется налицо ни меда, ни воды, чтобы можно было ска­зать, что составленная из них [смесь] состоит также и в них.

Поскольку же католическая вера исповедует, что во Христе обе природы сохраняются и продолжают сущест­вовать в совершенном своем виде, не превращаясь одна в другую, постольку она справедливо утверждает, что Христос состоит и из двух, и в двух природах: в двух — потому, что обе сохраняются; из двух — потому, что из объединения обеих сохраняющихся природ получается одно лицо Христа. Таким образом, говоря, что Христос состоит из двух природ, католическая вера имеет в виду не то, что Евтихий. Но он берет такое значение слов «со­единение двух природ», которое не вынуждало бы его ис­поведовать сохранение обеих природ и существование Христа в обеих. Католик же берет другое значение вы­ражения «состоять из двух» — то, которое ближе ему и позволяет ему исповедовать [Христа] в двух природах.

Итак, выражение «состоять из двух» двусмысленно и обозначает различные вещи: первое его значение указы­вает на то, что две субстанции, из которых составлено печто, перестают существовать; второе — что нечто со­ставлено из двух [субстанций] таким образом, что обе продолжают существовать.

Теперь же, когда мы распутали, наконец, этот узел двусмысленности и неоднозначности, ничто не помешает признать истинность учения твердой католической веры: что один и тот же Христос есть и человек совершенный, и Бог; что тот же [Христос], будучи совершенным чело­веком и Богом, есть единый Бог и Сын Божий; что не прибавляется [еще одно лицо] к Троице и не получается 186 боэций четверица, когда к совершенному Богу добавляется чело­век, но одно лицо [Христа — Бога и человека] восполняei Троицу [в качестве третьего]; что в то время как пре­терпевало страдание человечество [Христа], правильно говорилось, что страдает Бог — не потому, что само бо­жество стало человечеством, а потому, что человечество было воспринято божеством. Так же и человек [Иисус] зопется Сыном Божиим не по субстанции божества, а по субстанции человечества, которая, однако, связана [в Нем] с [субстанцией] божества единством природ. И хотя разум [может] разделить или смешать [в Нем божество и человечество], Он — один и тот же — оста­ется и совершенным человеком и совершенным Богом: Богом — поскольку рожден от субстанции Отца; челове­ком — поскольку произведен на свет Марией Девой. И кроме того: человек [в Нем] есть Бог потому, что был • воспринят Богом, а Бог [в Нем] — человек, потому что облечен в человека. И хотя в одном и том же лице есть и воспринявшее божество и воспринятое человечество — все же один и тот же есть и Бог и человек. В самом деле, если ты будешь думать о Нем как о человеке, то человек [в Нем] то же, что Бог, ибо [Он] человек по природе, а Бог — по восприятию. Если же помыслишь Его как Бога, то Бог [в Нем] —то же, что человек, ибо Он Бог по природе, человек же — по восприятию. И получа­ется, что в Нем двойная природа и двойная субстанция, поскольку Он — Богочеловек, но одно лицо, поскольку Бог и человек — один и тот же [Он].

Итак, истинный путь лежит посредине между двумя ересями, подобно тому как и все добродетели тяготеют к середине. Ведь всякая добродетель находится в прекрас­ной середине между двумя крайностями. И потому все, что превышает подобающую [меру] или не достигает ее, отклоняется от добродетели. Ибо добродетель придержи­вается середины.

Так вот, если [в данном случае] может быть только четыре [решения] — не больше и не меньше, а именно что во Христе либо две природы и два лица, как утверж­дает Несторий; либо одно лицо и одна природа, как по­лагает Евтихий; либо две природы, но одно лицо, как считает католическая вера; либо же одна природа и два лица — чего, впрочем, не заявлял до сих пор ни один ерегик,— и если в нашем ответе Несторию нам удалось опровергнуть его точку зрения насчет двух природ и двух лиц; а затем мы показали, что не может 'быть. в Нем и одна природа при одном лице, как предлагает Ев­тихий; а такого безумца, чтобы веровал, что во Христе одна природа, но два лица, еще не рождалось на свет,г если все это так, то остается признать за истину то, что провозглашает католическая вера: двойную субстанцию, но одно лицо. Что же до мнения Евтихия, которое мы из­ложили немного раньше, будто во Христе было две при­роды до [их] объединения, а после объединения стала одна, то, разобрав это заблуждение, мы уже показали, что в нем скрыты два разных мнения, а именно: такое объединение могло произойти либо при рождении, и тог­да человеческое тело [Христос] получил не от Марии; либо при воскресении — объединение [божества] с полу­ченным от Марии телом; и, как мне кажется, оба мнения мы разобрали достаточно подробно. Теперь остается толь­ко один вопрос: каким образом две природы могли сме­шаться в одну субстанцию.

Впрочем, есть и еще один неразрешенный вопрос, ко­торый могут нам задать те, кто не верит, что человеческое тело было получено от Марии, но полагает, будто тело, которое в [момент] объединения родилось и, по всей видимости, произошло из чрева Марии, хранилось и было приготовлено гдето в другом месте. Они приводят такой довод: если тело [Его] было взято от человека, а всякий человек, по причине первого ослушания, не только пора­бощен греху и смерти, но и одержим греховными страстя­ми, и наказание за первородный грех заключается не только в том, что он обречен смерти, но и в том, что он принужден отвечать за свою греховную волю,—то поче­му же во Христе не было ни греха, ни греховной воли? В этом вопросе действительно есть затруднение, заслу­живающее особого внимания. Ибо если тело, 'принятое Христом, было из человеческой плоти, то спрашивается, что это была за плоть? Ведь Он спас именно того, кото­рого воспринял; но если воспринял Он такого человека, каким был Адам до грехопадения, то, значит, воспринял неиспорченную человеческую природу, но зато и не нуж­давшуюся в исцелении. Но как мог Он воспринять тако­го человека, каким был Адам, если у Адама могла быть 188 боэций п греховная воля и склонность ко греху, изза которых он преступил божественные установления и даже после этого не мог беспрестанно не нарушать послушания? Во Христе же, как мы веруем, не было вовсе никакой греховной воли, и поэтому, если Он воспринял такое че­ловеческое тело, какое было у Адама до грехопадения, Он никак не должен был бы быть смертным: ведь и Адам, если бы не согрешил, никоим образом не познал бы смерти. Так что если Христос не согрешил, и если тело Он воспринял такое, какое было у Адама до греха, то спрашивается, почему же Он познал смерть? А если Он принял [в себя] человека в том состоянии, в каком Адам оказался после грехопадения, тогда и Христос не мог избежать необходимости быть порабощенным греху, и тер­заться страстями, и, не в силах составить ясного сужде­ния, не видел бы подлинного и четкого различия между добром и злом: ведь все это Адам получил в наказание за грех ослушания.

В ответ на все эти доводы следует заметить, что всего мыслимы три возможных состояния человека: одно — в котором пребывал Адам до преступления; он не знал тогда смерти и не осквернил себя до сих пор ни одним прегрешением, однако греховная воля в нем все же могла быть; второе состояние — в которое мог перейти Адам, если бы твердо пожелал держаться божественных установ­лений; к первому бы добавилось здесь то, что он уже не только не грешил бы и не хотел бы грешить, но не мог бы.ни грешить, ни захотеть согрешить. Третье состоя­ние—после преступления; здесь человека преследует смерть, и грех, и греховная воля.

Из этих трех состояний два представляют собой про­тивоположные крайности: то состояние, которое досталось бы в награду Адаму, если бы он пожелал держаться бо­жественных установлений, и то, которое досталось ему в наказание, поскольку он этого не пожелал. В первом пе было бы ни смерти, ни греха, ни какойлибо воли ко гре­ху; во втором же — и смерть, и грех, и всевозможные греховные желания и 'погибельные склонности, и полное отсутствие в себе самом сил, чтобы подняться после па­дения. >А между ними находится третье, среднее состоя­ние: в котором еще отсутствовали смерть и грех, но име­лась возможность того и другого.

Так вот, из всех трех этих состояний Христос заимст ПРОТИВ ЕВТИХИЯ И НЕСТОРИЯ вовал в телесную [свою] природу по одному началу. В са­мом деле: поскольку Он воспринял смертное тело, дабы изгнать смерть из рода человеческого, постольку Его следует отнести к тому состоянию, в каком Адам оказал­ся в наказание за ослушание. А то, что в Нем не было никакой греховной воли,— заимствовано из того состоя­ния, в каком мог бы оказаться Адам, если бы не подчи­нил свою волю коварным проискам искусителя. Остается третье состояние — среднее, которое было тогда, когда не было еще смерти, но была возможна воля ко греху; В этом состоянии Адам ел и пил, переваривал пищу и за­сыпал — словом, совершал все человеческие отправления* кроме недозволенных и влекущих за собой наказание, смертью.

Не приходится сомневаться, что все то же самое де­лал и Христос: он и ел, и пил, и совершал все отправ­ления человеческого тела. Не следует, впрочем, думать, что Адам нуждался в пище до такой степени, что умер бы не поевши: питаясь райскими плодами, он мог бы вечно жить и не умирать, а нища была для него на лю­бом дереве, восполняя его нужду. Всякий знает, что ту же нужду испытывал и Христос, но не по необходимости,; а по возможности; да и была в нем эта нужда только до воскресения; по воскресении же Его человеческое тело восстало преображенным так, как могло бы преобразиться тело Адама, не случись грехопадения. Сам Господь наш Иисус Христос учил нас просить в молитвах, да будет воля Его якоже на небеси и на земли, и да приидет Цар­ствие Его, и да избавит Он нас от лукавого. В'этих мо­литвах как раз и испрашивается истинно верующими то самое блаженнейшее преображение рода человеческого. Вот и все, что я написал тебе в защиту правильности своей веры. Если гденибудь здесь есть ошибки, то я не настолько самолюбив, чтобы отстаивать любой вздор только потому, что я его однажды изрек, даже против более правильного мнения. Ведь от нас самих не происхо­дит никакого блага, и потому нам незачем любить наши собственные мнения.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.