WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 |

 

Содержание

Николай Гумилёв

Анна Ахматова

Осип Мандельштам

Борис Пастернак

   

Николай Гумелёв

(18861921)  [ 1 ]

ХРИСТОС

Он идет путем жемчужным

По садам береговым,

Люди заняты ненужным,

Люди заняты земным.

"Здравствуй, пастырь! Рыбарь, здравствуй! Вас зову я навсегда, Чтоб блюсти иную паству И иные невода.

"Лучше ль рыбы или овцы Человеческой души? Вы, небесные торговцы, Не считайте барыши! Ведь не домик в Галилее Вам награда за труды Светлый рай, что розовее Самой розовой звезды.

Солнце близится к притину [ 3 ], Слышно веянье конца, Но отрадно будет Сыну В Доме Нежного Отца".

Не томит, не мучит выбор, Что пленительней чудес?! И идут пастух и рыбарь За искателем небес.

ВОРОТА РАЯ Не семью печатями алмазными В божий рай замкнулся вечный вход, Он не манит блеском и соблазнами, И его не ведает народ.

Это дверь в стене, давно заброшенной, Камни, мох и больше ничего, Возле нищий, словно гость непрошеный, И ключи у пояса его.

Мимо едут рыцари и латники, Трубный вой, бряцанье серебра, И никто не взглянет на привратника, Светлого апостола Петра.

Все мечтают: "Там, у гроба божия, Двери рая вскроются для нас, На горе Фаворе, у подножия, Прозвенит обетованный час".

Так проходит медленное чудище, Завывая, трубит звонкий рог, И апостол Петр в дырявом рубище, Словно нищий, бледен и убог.

ЗАВОДИ Н.В.Анненской Солнце скрылось на западе За полями обетованными, И стали тихие заводи Синими и благоуханными.

Сонно дрогнул камыш, Пролетела летучая мышь, Рыба плеснулась в омуте...

...И направились к дому те, У кого есть дом С голубыми ставнями, С креслами давними И круглым чайным столом.

Я один остался на воздухе Смотреть на сонную заводь, Где днем так отрадно плавать, А вечером плакать, Потому что я люблю Тебя, Господи.

* * * Я не прожил, я протомился Половины жизни земной, И, Господь, вот Ты мне явился Невозможной такой мечтой.

Вижу свет на горе Фаворе И безумно тоскую я, Что взлюбил и сушу и море, Весь дремучий сон бытия;

Что моя молодая сила Не смирилась перед Твоей, Что так больно сердце томила Красота Твоих дочерей.

Но любовь разве цветик алый, Чтобы ей лишь мгновение жить, Но любовь разве пламень малый, Что ее легко погасить? С этой тихой и грустной думой Какнибудь я жизнь дотяну, А о будущей Ты подумай, Я и так погубил одну.

АНДРЕЙ РУБЛЕВ Я твердо, я так сладко знаю, С искусством иноков знаком, Что лик жены подобен раю, Обетованному творцом.

Hoc это древа ствол высокий;

Две тонкие дуги бровей Над ним раскинулись, широки, Изгибом пальмовых ветвей.

Два вещих сирина, два глаза, Под ними сладостно поют, Велеречивостью рассказа Все тайны духа выдают.

Открытый лоб как свод небесный, И кудри облака над ним, Их, верно, с робостью прелестной Касался нежный серафим.

И тут же, у подножья древа, Уста как некий райский цвет, Изза какого матерь Ева Благой нарушила завет.

Всё это кистью достохвальной Андрей Рублев мне начертал, И этой жизни труд печальный Благословеньем божьим стал.

ГОРОДОК Над широкой рекой, Пояскоммостом перетянутой, Городок стоит небольшой, Летописцем не раз помянутый.

Знаю, в этом городке Человечья жизнь настоящая, Словно лодочка на реке, К цели ведомой уходящая.

Полосатые столбы У гаупвахты, где солдатики Под пронзительный вой трубы Маршируют, совсем лунатики.

На базаре всякий люд, Мужики, цыгане, прохожие, Покупают и продают, Проповедуют Слово Божие В крепкосложенных домах Ждут хозяйки белые, скромные, В самаркандских цветных платках, А глаза всё такие темные.

Губернаторский дворец Пышет светом в часы вечерние, Предводителев жеребец Удивление всей губернии.

А весной идут, таясь, На кладбище девушки с милыми, Шепчут, ластясь: "Мой яхонткнязь!" И целуются над могилами.



Крест над церковью взнесен, Символ власти ясной, Отеческой, И гудит малиновый звон Речью мудрою, человеческой.

РАБОЧИЙ Он стоит пред раскаленным горном, Невысокий старый человек.

Взгляд спокойный кажется покорным От миганья красноватых век.

Все товарищи его заснули, Только он один еще не спит:

Всё он занят отливаньем пули, Что меня с землею разлучит.

Кончил, и глаза повеселели.

Возвращается. Блестит луна.

Дома ждет его в большой постели Сонная и теплая жена.

Пуля им отлитая, просвищет Над седою, вспененной Двиной, Пуля, им отлитая, отыщет Грудь мою, она пришла за мной.

Упаду, смертельно затоскую, Прошлое увижу наяву, Кровь ключом захлещет на сухую, Пыльную и мятую траву.

И Господь воздаст мне полной мерой За недолгий мой и горький век.

Это сделал в блузе светлосерой Невысокий старый человек.

       Примечания  1.

Николай Гумилёв был расстрелян большевиками в конце августа 1921 года вместе с большой группой россиян, среди которых были видные представители интеллигенции, боевые офицеры, матросы, крестьяне, мещане и рабочие. В [ 2 ] отмечается... "в воспоминаниях о Гумелёве не раз цитировалась фраза из письма его к жене из тюрьмы: "Не беспокойся обо мне. Я здоров, пишу стихи и играю в шахматы". Упоминалось также, что в тюрьме перед смертью Гумелёв читал Гомера и Евангелие. Написанные Гумелёвым в тюрьме стихи не дошли до нас. Они были конфискованы Чекой и, может быть кто знает ? сохранились в архиве этого зловещего учреждения. Николай Гумелёв первый в истории русской литературы большой поэт, место погребения которого даже неизвестно. Как сказала в своем стихотворении о нем Ирина Одоевцева:

И нет на его могиле Ни холма, ни креста ничего."  2.

Н.Гумелёв. Собрание сочинений в четырех томах. Том 1, с.XLII. М.:ТЕРРА, 1991.  3.

Притин полдень.     Анна Ахматова (18891966) ИСПОВЕДЬ Умолк простивший мне грехи.

Лиловый сумрак гасит свечи, И темная епитрахиль Накрыла голову и плечи.

Не тот ли голос:

    "Дева! встань..."

Удары сердца чаще, чаще.

Прикосновение сквозь ткань Руки, рассеянно крестящей.

Царское Село. МОЕЙ СЕСТРЕ Подошла я к сосновому лесу.

Жар велик, да и путь не короткий.

Отодвинул дверную завесу, Вышел седенький, светлый и кроткий.

Поглядел на меня прозорливец   И промолвил:

    "Христова невеста! Не завидуй удаче счастливиц, Там тебе уготовано место.

Позабудь о родительском доме, Уподобься небесному крину.

Будешь, хворая, спать на соломе И блаженную примешь кончину".

Верно, слышал святитель из кельи, Как я пела обратной дорогой О моем несказанном весельи, И дивяся, и радуясь много.

Дарница. МОЛИТВА Дай мне горькие годы недуга, Задыханья, бессонницу, жар, Отыми и ребенка,и друга, И таинственный песенный дар Так молюсь за Твоей литургией После стольких томительных дней, Чтобы туча над темной Россией Стала облаком в славе лучей.

Петербург. * * * Я в этой церкви слушала Канон Андрея Критского в день строгий и печальный, И с той поры великопостный звон Все семь недель до полночи пасхальной Сливался с беспорядочной стрельбой.

Прощались все друг с другом на минуту, Чтоб никогда не встретиться...

Петербург. * * * Мне голос был, он звал утешно,   Он говорил:

    "Иди сюда, Оставь свой край, глухой и грешный, Оставь Россию навсегда.

Я кровь от рук твоих отмою, Из сердца выну черный стыд, Я новым именем покрою Боль поражений и обид".

Но равнодушно и спокойно Руками я замкнула слух, Чтоб этой речью недостойной Не осквернился скорбный дух.

  РАСПЯТИЕ  [ 1 ] Не рыдай Мене, Мати, во гробе зрящи.

Хор ангелов великий час восславил, И небеса расплавились в огне.

Отцу сказал:

    "Почто Меня оставил!" А Матери:

    "О, не рыдай Мене..."

Магдалина билась и рыдала, Ученик любимый каменел, А туда, где молча Мать стояла, Так никто взглянуть и не посмел..

* * * Кого когдато называли люди Царем в насмешку, Богом в самом деле, Кто был убит – и чье орудье пытки Согрето теплотой моей груди...

Вкусили смерть свидетели Христовы, И сплетницыстарухи, и солдаты, И прокуратор Рима – все прошли.





Там, где когдато возвышалась арка, Где море билось, где чернел утес, – Их выпили в вине, вдохнули с Их выпили в вине, пылью жаркой И с запахом бессмертных роз.

Ржавеет золото и истлевает сталь, Крошится мрамор – к смерти все готово.

Всего прочнее на земле печаль И долговечней – царственное слово.

       Примечания   1.

Из поэмы "Реквием", посвященной жертвам сталинских палачей.

    Осип Мандельштам (18931938)  [ 1 ] * * * Неумолимые слова...

Окаменела Иудея, И, с каждым мигом тяжелея, Его поникла голова.

Стояли воины кругом На страже стынущего тела;

Как венчик, голова висела На стебле тонком и чужом.

И царствовал и никнул Он, Как лилия в родимый омут, И глубина, где стебли тонут, Торжествовала свой закон.

* * * Образ Твой, мучительный и зыбкий, Я не мог в тумане осязать.

"Господи!" – сказал я по ошибке, Сам того не думая сказать.

Божье имя, как большая птица, Вылетело из моей груди.

Впереди густой туман клубится, И пустая клетка позади...

* * * Вот дароносица, как солнце золотое, Повисла в воздухе великолепный миг.

Здесь должен прозвучать лишь греческий язык:

Взят в руки целый мир, как яблоко простое.

Богослужения торжественный зенит, Свет в круглой храмине под куполом в июле, Чтоб полной грудью мы вне времени вздохнули О луговине той, где время не бежит.

И Евхаристия, как вечный полдень, длится Все причащаются, играют и поют, И на виду у всех божественный сосуд Неисчерпаемым веселием струится.

* * * Люблю под сводами седыя тишины Молебнов, панихид блужданье И трогательный чин, ему же все должны У Исаака отпеванье.

Люблю священника неторопливый шаг, Широкий вынос плащаницы И в ветхом неводе Геннисаретский мрак Великопостныя седмицы.

Ветхозаветный дым на теплых алтарях И иерея возглас сирый, Смиренник царственный: снег чистый на плечах И одичалые порфиры.

Соборы вечные Софии и Петра, Амбары воздуха и света, Зернохранилища вселенского добра И риги Нового Завета.

Не к вам влечется дух в годины тяжких бед, Сюда влачится по ступеням Широкопасмурным несчастья волчий след, Ему ж вовеки не изменим:

Зане свободен раб, преодолевший страх, И сохранилось свыше меры В прохладных житницах, в глубоких закромах Зерно глубокой, полной веры.

* * * Помоги, Господь, эту ночь прожить:

Я за жизнь боюсь за Твою рабу В Петербурге жить словно спать в гробу.

Январь        Примечания  1.

Долгое время дата смерти Мандельштама не была известна. Сейчас установлено, что Мандельштам скончался 27 декабря 1938 года во владивостокском пересыльном лагере. Точные обстоятельства, при которых он умер, до сих пор неизвестны, но по некоторым данным [ 2 ] замечательный русский поэт кончил жизнь как "лагерное пугало", а может быть и как безумный, "живя возле сорных ям и питаясь отбросами". Таким образом, можно говорить о фактической казни поэта, учиненной коммунистическим режимом.

2.

О.Мандельштам. Собрание сочинений в четырех томах. Том 1, с.XLIXL. М.:ТЕРРА, 1991.     Борис Пастернак (18901960) НА СТРАСТНОЙ  [ 1 ] Еще кругом ночная мгла.

Еще так рано в мире, Что звездам в небе нет числа, И каждая, как день, светла, И если бы земля могла, Она бы Пасху проспала Под чтение Псалтыри.

Еще кругом ночная мгла.

Такая рань на свете, Что площадь вечностью легла От перекрестка до угла, И до рассвета и тепла Еще тысячелетье.

Еще земля голымгола, И ей ночами не в чем Раскачивать колокола И вторить с воли певчим.

И со Страстного четверга Вплоть до Страстной субботы Вода буравит берега И вьет водовороты.

И лес раздет и непокрыт, И на Страстях Христовых, Как строй молящихся, стоит Толпой стволов сосновых.

А в городе, на небольшом Пространстве, как на сходке, Деревья смотрят нагишом В церковные решетки.

И взгляд их ужасом объят.

Понятна их тревога.

Сады выходят из оград, Колеблется земли уклад:

Они хоронят Бога.

И видят свет у царских врат, И черный плат, и свечек ряд, Заплаканные лица И вдруг навстречу крестный ход Выходит с плащаницей, И две березы у ворот Должны посторониться.

И шествие обходит двор По краю тротуара, И вносит с улицы в притвор Весну, весенний разговор И воздух с привкусом просфор И вешнего угара.

Pages:     || 2 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.