WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 22 |

В настоящем исследовании мы впервые водим и обосновываем термин «толковый сборник» как особый тип древнерусского четьего сборника. Помимо этого, мы впервые говорим о сборнике как некой целостной структурепроизведении, обладающем четко выраженными законами и подвижной композицией. Мы также вводим в научный обиход новый терминологический аппарат для описания сборников, а также большое количество нового рукописного материала (описания рукописей и публикации текстов). Новыми являются и гипотезы относительно рукописной и литературной традиции таких важнейших для истории древнерусской литературы памятников, как «Послание Климента Смолятича пресвитеру Фоме» и славянский перевод корпуса сочинений Дионисия Ареопагита, впервые также проведен нами целостный текстологический анализ выделившейся из корпуса «Повести о Карпе и двух грешниках». Мы также впервые ставим вопрос о проникновении и трансформации сборниковой традиции из 12 в 15 век.

6.

Практическая значимость работы состоит в том, что полученные результаты могут использоваться в преподавательской деятельности курса «Древнерусской литературы».

Методологические разработки и нововводимые факторы призваны катализировать внимание к феномену четьего сборника как особого типа произведения древнерусской литературы.

Описание сборника ГПНТБ СО РАН, собр. М.Н. Тихомирова, № 397, сер. 15 века, может использоваться как справочное пособие для археографов, литературоведов, историков и медиевистов широкого профиля.

Терминологический аппарат, вводимый нами для описания сборников, может быть использован археографами.

  Основные положения диссертации излагались в докладах на XXXIII, XXXV, XXXVI, XXXVII и XXXVIII Международных студенческих и аспирантских конференциях, проходивших в Новосибирском государственном университете в 1995, 1997, 1998, 1999 и 2000 году, на конференции “Вопросы древнерусского рукописного наследия”; организованной ИРЛИ РАН (Пушкинский Дом) и проведенной в СанктПетербурге в июне 1999 и в октябре того же года на конференции молодых специалистов, проведенной Институтом филологии СО РАН; на конференции «Книга и литература в культурном контексте», посвященной 35летию Сибирской археографии, проведенной Новосибирским государственным университетом и ГПНТБ СО РАН в июне 2001 г; на конференции «Сибирь на перекрестке мировых религий. Памяти М.И. Рижского» в декабре 2001 г.,   Основные положения, выносимые на защиту:

Толковые сборники могут рассматриваться как отдельный тип древнерусского сборника, имеющий свою литературную историю и рукописную традицию.

Произведения Климента Смолятича возникли в период формирования жанра толкового сборника и явились ядром реконструируемого нами «сборника Афанасия мниха».

Возможность реконструкции «сборника Афанасия мниха» связана с изучением сборников, генетически родственных списку Тих. 397.

Традиция толковых сборников 1213 века претерпела значительные изменения в 15 веке, однако добавленные в это время произведения — в том числе корпус сочинений Дионисия Ареопагита — трансформировались согласно требованиям структуры толковых сборников.

Таким же образом, как произведение в контексте сборника теряет самостоятельность, оно может и приобрести независимость, выделившись из сборника. «Повесть о Карпе и двух грешниках», выделившаяся из корпуса сочинений Дионисия Ареопагита — наиболее убедительный пример такого процесса.

  Структура работы Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, библиографического списка и приложений. В приложении 1 приводится детальное описание сборника Тих. 397. В приложении 2 публикуются тексты «центонной» и «вопросоответной» сборниковой редакции Дионисия Ареопагита по спискам рукописей 15 и 16 века. В приложении 3 публикуется текст «Повести о Карпе и двух грешниках» по древнейшему списку 15 века. В приложении 4 публикуются два русских текста (не позже конца 15 века и середины 18 века), являющие собою пример сочинений псевдопсевдоДионисия Ареопагита.

Глава первая В первом параграфе первой главы мы вкратце излагаем историю изучения четьих сборников, сосредотачивая особое внимание на работах Р.П. Дмитриевой, О.В. Творогова, Г.М. Прохорова, коллективном описании сборников Ефросина М.Д. Каган, Н.В. Понырко, М.В. Рождественской и концепции Е.И. ДергачевойСкоп.

Во втором параграфе мы вводим необходимый для дальнейшего исследования терминологический аппарат. Базовым понятием для нас является интертекстуальное поле сборника, понимаемое как отражение аналогичного пространства древнерусской литературы в целом, где произведения, статьи и цитаты образуют общий гипертекст. Главной характеристикой интертекстуального поля сборника является неразрывность смысловой и генетической структуры (под генетической структурой мы имеем взаимосвязь и проникновение статей или групп статей из разных протографов в одном сборнике, их движение — из сборника в сборник). Соответственно, для каждой из них мы предлагаем отдельную, хотя и пересекающуюся терминологию.

Говоря о сборнике как о генетической структуре, мы используем термин статья (формальная статья) в смысле минимального самостоятельного фрагмента, который может быть отмечен кодикологически, т.е. даже если некое произведение состоит из фрагментов, то формальными статьями будут эти фрагменты, а не произведение в целом, так как именно они, а не только произведение, могут перейти в другой сборник. Комплексом статей мы называем несколько статей, тем или иным образом объединенных (они могут быть выделены кодикологически, могут быть и слиты воедино [5[5] К примеру, под заголовком «Ипополутово. Что есть пpемудpость создавшиия себе хpам» в Изборнике 1073 года объединены 3 статьи без всякой кодикологической маркировки.][5]). Термин блок понимается нами как совокупность статей или их комплексов, перешедших в данный сборник из одного протографа сохраняя, как правило, очередность. В зависимости от позиции в смысловом массиве или части (см. далее) блок может быть либо основным, либо вставным [в основной блок], либо дополняющим [основной блок], либо равноправным [с соседним блоком]. По аналогии с блоками вставными и дополняющими могут быть также и статьи. Совокупность аналогичных статей или их комплексов, имеющих частичную аналогию в других сборниках мы будем называть гипотетическим блоком.

В содержательном плане под статьей (содержательной статьей) будем понимать имеющий смысловую завершенность фрагмент, соответствующий формальной статье или комплексу статей (в зависимости от смысловой завершенности). В случае, если мы имеем дело со статьями, образующими традиционный памятник, мы оперируем термином произведение. Подборкой называем небольшое количество статей или произведений, необязательно относящихся к одному протографическому сборнику, но общих по тематике. Смысловым массивом называем объединенные общей темой один или несколько блоков, а также их тематические дополнения в виде вставных или дополняющих блоков или статей. Под частями подразумеваем самые крупные реконструируемые смысловые массивы, разделяющие сборник на небольшое количество фрагментов (в том случае, если их возможно вычленить).

В третьем параграфе первой главы мы обращаемся к сборнику Тих. 397, даем его общую характеристику и обосновываем выбор его как наиболее яркого представителя «толковых сборников». В соответствии с разработанной нами терминологией мы реконструируем его структуру, подробно останавливаясь на смысловых и генетических аспектах. Изначально воспринимаемое как хаотичное, содержание сборника упорядочивается в следующую композицию:

Первый реконструируемый нами важнейший смысловой фрагмент, обозначенный нами как первая часть сборника, содержит толкования отдельных притч, стихов и слов Нового Завета, начинающиеся с толкований Феофилакта Болгарского на первые пять стихов Евангелия от Иоанна — иерархической вершины сборника. Вслед за традиционными и апокрифическими толкованиями следует обобщающий толковый памятник, относящийся к той же теме: «Ответы Афанасия, архиепископа Александрийского, ко Антиоху князю о многих и нужныих взысканиих, иже в священных писаниих недоуменных и нужных всех христианы ведомо быти» Во второй реконструируемой нами части содержатся толкования церковного устроения и литургии. Центральной является подборка переводных и оригинальных русских сочинений, в том числе апокрифических символически толкующих литургию, большинство которых содержатся в Новгородской Кормчей 1282 г. Здесь также содержится отрывок из Хроники Георгия Амартола, объясняющий символику священнических одеяний, а также статьи, посвященные частным проблемам (крестному знамению и т.д.). Знаменательно, что в качестве вставного блока здесь присутствует компиляция Давида Дисипата, посвященная Преображению и Фаворскому свету, что придает древнейшим толковым текстам исихастский «рационалистический» характер.

Третью реконструируемую часть сборника можно озаглавить «Премудрость Соломона»: символические и аллегорические толкования Ветхого завета». Здесь впервые толкуются библейские строки о женах и наложницах Соломона, символизирующих истинные и отреченные книги. Эта тема – одна из главных структурообразующих для сборника, она всплывает в шестой части, повествующей о истинных и ложных книгах. Третья часть — ядро всего сборника. Здесь мы видим отрывки из «Послания Климента Смолятича пресвитеру Фоме» и генетически, а также тематически связанные с ним тексты. Четкая смысловая структура сборника в этом месте нарушается, повидимому изза бережного отношения составителя к архаичному сборнику, откуда он переписал соотносящиеся с Климентом статьи. Здесь присутствуют и не относящиеся к тематике части отрывки из Кормчей, загадки и, являющиеся вставным блоком, две статьи на эсхатологическую тематику. Эмоциональную напряженность третей части придает подборка из 4 статей, посвященных тщете и суетности мира, из которых первые две (два небольших послания Григория Богослова) являют устойчивый блок как в славянской, так и в греческой традиции. Впрочем, большинство статей не отходят от указанной выше темы.

Четвертая реконструируемая часть сборника повествует о путях праведности в мирской и иноческой жизни, являет собою типичный пример произведения, где составитель центонным способом выражает свою мысль и строит художественный текст. Так, первая статья, являющаяся библейской цитатой («Слово Сирахово на немилостивые князи») проецируется на аналогичную тему русской истории во второй статье – «Наказании» Симеона епископа. Далее же следует подборка из девяти статей о праведности в мирской и иноческой жизни; причем первая статья – переходная, отсылающая к двум предыдущим, повествует о благочестивом царе Феодосии. Следующие пять раскрывают разные стороны жизни мирян и иноков, причем упор делается на возможности праведной мирской жизни. Последние же — являют собою перечень грехов и добродетелей.

Основа пятой части сборника — кодексы истинных и отреченных книг. В ней же — три статьи из Пандектов Антиоха, посвященные символическому толкованию жен и наложниц Соломона — отсылка к третьей части сборника. Как и во второй части архаичные блоки сборника (фрагменты о Аннии и Замврии – волхвах при Моисее, Симоне Маге и Аполлонии Тианском, имеющие текстуальную взаимосвязь с Повестью временных лет) — соседствуют с «исихастскими» статьями, типа небольшого трактата Феодора Педиасима о значении нимба, переведенного в конце 14 века вместе с корпусом сочинений Дионисия Ареопагита. Здесь же присутствует статья об упоминании Дионисия в деяниях, видимо, призванная послужить доказательством истинности его сочинений.

Подобным образом мы вычленяем и другие части сборника: изложение и истолкование догматических вопросов (здесь присутствуют и еретические документы — такие как арианский Символ Веры); монастырская жизнь — от дидактических статей до чина исповеди; подробная история вселенских соборов; большая подборка апокрифических и канонических свидетельств о евангельских событиях; сравнительная подборка толкований на шесть дней творения; подборка о сущности философии; подборка о значении молитв за усопших, центральным из которой является древнейший славянский фрагмент из Дионисия Ареопагита из Изборника 1073 года. Заканчивается сборник большой подборкой дидактических статей бытового характера — о суетности, злых женах и винопитии.

12 выделенных нами частей на содержательном уровне состоят из более 50ти реальных, не гипотетических блоков. Вычленяя очевидно позднейшие тексты, появившиеся лишь в 15 веке — их меньшинство и имеют они, вероятно, идеологический характер — мы предстоим перед структурой, корнями уходящей в период Киевской Руси.

  Глава вторая.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 22 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.