WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |

Таким образом, по мнению Н.С. Розова, "не следует надеяться, что идея устойчивого развития сама собой приобретет популярность в результате действия "здравого смысла". Слишком мощные и глубинные стремления и установки ей противостоят...''. В результате "устойчивое развитие (как и вся идейная, интеллигентская мегатенденция III)" всегда будет находиться между молотом и наковальней потребительской наркомании и репрес­сивного изоляционизма.

Выход А.В. Поздняков видит в развертывании "ноократического движения". Эти же идеи высказываются и за рубежом. В.А. Коптюг цитирует выступление С. Лема на одном из форумов после Конференции ООН в РиодеЖанейро: "Необходимость выбора между цивилизацией как глобальным правлением знатоковэкспертов и цивилизацией как правлением полити­ческих лидеров, демагогически обещающих все, а на деле не способных дать почти ничего, — будет все более острой". В решении Сибирской конфе­ренции этот аспект взаимоотношений ученых и масс выражен в следующей рекомендации: "Ученые должны внести свой вклад в просветительную и разъяснительную работу, вскрыть всю остроту и сложность формирования новой модели развития, помочь людям обрести оптимизм, необходимый для преодоления кризиса. Идеи и возможные модели устойчивого развития должны излагаться понятным, доступным всем слоям общества языком с широким использованием средств массовой информации".

Просветительская позиция, хотя и возобладала на конференции, не была единственной. Мы уже приводили мнение В.П.Фофанова, что в концепции устойчивого развития "высказываются лишь самые общие, абстрактные, далекие от системности суждения, чаще всего на уровне житейской самоочевидности".

Позитивная часть высказывания содержит утверждение о том, что концепция устойчивости не так уж и далека от широких слоев населения. Содержательно концепция является квинтэссенцией житейскою опыта, суммирует практическую стратегию масс. Поэтому просветительские усилия интеллектуальной элиты не находят отклика у общественности. Ученые выглядят странно, когда выдают житейские истины за научное открытие. Они действительно остаются непонятыми населением.

В такой же познавательной ситуации находятся разработчики концепции нового мирового порядка — альтернативной стратегии достижения устойчивости. "На первый взгляд, идея "нового мирового порядка" противоречит здравому смыслу, ибо ведет в исторический тупик, — пишет В. П. Фофанов. — На деле —наоборот. Именно она в большей мере отвечает традиционным ценностям Запада, уже сложившейся там мощной инерции общественных процессов. А здравый смысл тем и отличается, ято учитывает лишь ближайшие, но не отдаленные последствия".

Если идея устойчивости присутствует в практическом сознании, то должна существовать возможность фиксации ментальности данного типа в массовом сознании. Исследования повседневности, проведенные группой сотрудников Отдела социальных проблем Института экономики и организации промышленного производства СО РАН под руководством В.А. Артемова, показали, что "именно рациональность повседневной деятельности основной доли населения и явилась ядром устойчивости" сложившихся социальных систем. Фундаментальные ценностные ориен­тации и стереотипы "частично в стихийной форме... обеспечили относи­тельную устойчивость" современного общества "при резко возросшем действии внешних и внутренних факторов дестабилизации". В дальнейшем группа предполагала дать хотя бы приближенную оценку компенсаторного потенциала повседневной народной рациональности как ядра устойчивости и развития социальной системы.

Истолкование повседневной народной рациональности в качестве ядра социальной устойчивости парадоксально для "ноократов", стремя­щихся во чтобыто ни стало сломать инерцию массовой практики. Но именно ее инерционность, своеобразная устойчивость и конституирует ориентацию масс на устойчивое развитие, так как только в условиях эволюционного, стабильного воспроизводства сложившихся общественных отношений обыденное сознание чувствует себя комфортно и уверенно. Идея устойчивости совершенно естественна системе повседневного мышления. Предложения же ученых, настаивающих на необходимости кардинальных перемен сложившегося образа жизни во имя мифической устойчивости, выглядят весьма сомнительно.

С каких бы позиций ни отстаивалась концепция устойчивого развития, все специалисты подчеркивают неизбежность резкого возрастания неустойчивости в случае реализации любой стратегии.

В.Н. Турченко различает две парадигмы устойчивого социального развития: гуманистическую и антигуманистическую. Последняя предпо­лагает "устойчивый рост потребления привилегированного меньшинства" "за счет подавления, деградации и геноцида непривилегированного большинства". Полигоном для апробации данного варианта концепции устойчивою развития явились СССР и СФРЮ. Возможности достижения глобальной устойчивости на данном пути В.Н. Турченко оценивает крайне скептически. Это чревато "опасностью всеобщего апокалипсиса, но стремление мондиалистского блока отвечать на категорический императив перехода к равновесному природопользованию в рамках антигума­нистической парадигмы — драматическая реальность".

Той же точки зрения придерживается В.П. Фофанов: "...Прежде чем "новый мировой порядок" сможет установиться, человечество должно будет пройти зону резкого возрастания неустойчивости, ибо в процессе создания "нового порядка" уже начался и идет новый передел мира.... Поэтому главные бури еще впереди".

С тревогой смотрит в будущее и В.А. Коптюг: "Путь к устойчивому развитию несомненно будет сопряжен с серьезнейшими конфликтами — как между государствами, так и внутри них. Укажу лишь на одну опасность. Апологеты рыночной системы и образа жизни западных стран под аккомпанемент дискуссий об устойчивом развитии и необходимости всемирной рыночной интеграции постараются "вскрыть" национальные границы других стран, используя в качестве "троянского коня" транс­национальные корпорации, и с помощью рыночных механизмов превратить основную часть стран мира в поставщиков дешевого сырья, что уже имеет место применительно ко многим странам и грозит России". Едва ли "Север" и "Запад" с энтузиазмом будут выполнять требования своих глобальных контрагентов. Поэтому идеологам устойчивости резонно поставить вопрос: "Что можно противопоставить этой опасности? Как выйти на путь действи­тельно устойчивого развития, обеспечивающего социальное равенство возможностей и справедливость в мире?" Оказывается, что все без исключения представленные мировому сообществу версии концепции устойчивого развития предусматривают в случае своей реализации прохождение через достаточно неопределенный по срокам период неустойчивости. И это прекрасно понимают идеологи, и, повидимому, чувствуют массы.

Строго говоря, концепция устойчивого развития является концепцией неустойчивого развития. Какое бы ни было настоящее, по сравнению с будущей научнопрактической действительностью по критерию устойчивости оно более предпочтительно.

Итак, еще одна антиномия концепции устойчивого развития состоит в том, что так называемый “кризис мировой цивилизации” является такой формой устойчивого развития, которая н силу ряда причин воспринимается интеллектуалами как кризис.

На Сибирской конференции были выделены два основных варианта устойчивого развитии человечества в прошлом. В типологии мегатенденпии Н.С. Розову это инерция техникоэкономического роста и репрессивное сдерживание роста. Первый вариант подробно характеризуется Ю.Г. Мар­ковым как "экономический гомеорез". Проблема достижения равновесия может разрешаться посредством "стабильного экономического роста". Существует и особый механизм, стимулирующий данный процесс: "постоянное раздувание общественных потребностей". "Устойчивость посредством роста, к сожалению, делает вывод Ю.Г. Марков, — является характерной чсрюй и экономических систем".

Таким образом, Север представляет собой зону устойчивого экономи­ческого роста — "раковую опухоль" человечества. Застойный, традиционалистический Юг представляет альтернативный тип устойчивости. Его черты описаны В.Л. Ильиных на материале аграрного строя России.

По его мнению, дореформенная Россия характеризовалась "доста­точно высокой степенью устойчивости, поскольку в основе аграрного строя страны лежала крестьянская община, организованная на принципах экологического равновесия и моральной экономики... Однако устойчивость общинной системы в европейской части России была стабильностью застоя".

Ндва ли нужно еще доказывать, что прежние модели развития были моделями устойчивого развития. Даже пресловутый демографический взрыв можно интерпретировать как демографический гомеорез. Поэтому призывы к устойчивому развитию с требованиями ограничить потребление и население однозначно оцениваются массами и политическими лидерами как провоцирование катастрофы. В.А. Коптюг приводит любопытное высказывание вицепрезидента США Альберта Гора: "Богатым нациям потребуется самим пройти переходный период, который будет кое в чем более мучительным, чем у стран третьего мира, поскольку будет разрушена устоявшаяся модель экономики".

''Экспериментальные полигоны" в Югославии и СССР убедительно показывают, что реализация разработанной стратегии устойчивого развития влечет глобальную катастрофу.

Почему же интеллектуалы собираются заменить доказавшие свою устойчивость модели развития какойто "суперустойчивой" моделью? Неужели испытанные модели недостаточно устойчивы? Периодические экономические и демографические кризисы признак неустойчивости? Парадокс устойчивого развития, по мнению В.А.Колеватова, в том и состоит, что это есть волновой, колебательный процесс с определенной периодичностью фаз какоголибо цикла. Амплитуда колебаний ограничена различными факторами. Например, "энергетические комплексы (типа мощных гидро или тепловых станций, к тому же объединенных в единую энергетическую систему) позволяют сохранять относительную устойчивость нашего сотрясаемого разрушительными новациями общества".

Вечность балканского вопроса и многовековая безуспешность попыток реформировать Россию как раз и показывают наивность концепции устойчивого развития. Периодически возникающие трудности периодически и разрешаются. Все и так устойчиво. Переживаемые "колебания могут рассматриваться как переход от спада к подъему в •экономике, от одного стиля к другому — в искусстве или, в более крупных масштабах, от господства одной формы собственности к другой, от одного типа культуры к другому".

И сами аппеляции к необходимости устойчивого развития могут быть рассмотрены как периодически возникающий феномен в рамках волнового идеологического процесса. Колебания между стабилизационным и кризисным типами сознания отмечаются со времени Великой Французской революции и, возможно, они имели место в более далеком прошлом не только европейской цивилизации.

Не так страшно, если кризис разрешится путем самоликвидации какойлибо цивилизации. Общество в целом "существует уже достаточно долго, несмотря на гибель многих социальных структур, — полагает В.А.Колеватов. — Однако разрушение и исчезновение одних "частных" социальных структур происходит таким образом, что всегда сохраняются другие, параллельно существующие, и человечество в целом". Возможно, так обстоит дело и на современном этапе общественного развития.

Следовательно, необходимо определить природу переживаемых трудностей. Установить, к какой общественной структуре они относятся и в рамках какой "длинной волны" они разрешаются.

Общая позиция Сибирской конференции сформулирована в первом абзаце ее решения: "Россия, как и другие республики бывшего Союза, проходят через полосу драматических потрясений, когда рушатся многие, казавшиеся незыблемыми социальноэкономические и политические отношения и институты, ломаются стереотипы общественного сознания, идет трудный поиск организации форм жизни общества. Этот кризис нашего общества усугубляется.общецивилизационным кризисом глобаль ного характера". Таким образом, констатируется прежде всего кризис российской цивилизации и его общий фон — глобальный кризис.

Существование глобального кризиса признают только несколько авторов сборника. А.Б. Соктоев указывает на "нынешнее неустойчивое развитие человечества". В.Н. Турченко рассматривает глобальную ситуацию как "предельное обострение вечного противоречия человека и природы". По мнению В.И. Бойко, "кризис охватил ныне как взаимо­действие общества и природы, так и всю систему внутриобщественных отношений". Л.Г. Олех специфику кризиса видит в переходе от инду­стриальной к информационной стадии развития мировой цивилизации. О кризисе земной цивилизации говорит и А.К. Черненко.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.