WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 10 |

Многие из переживаемых новой Россией конфлик­тов стали на какомто этапе исторически неизбежны­ми — либо как «запрограммированные» ее геополити­ческим положением, либо как результат политики ее руководства на протяжении длительного периода вре­мени. И пока все эти конфликты не будут разрешены, пока не будет снято порожденное ими и порождающее их напряжение, ситуация будет оставаться неста­бильной и взрывоопасной. Наша страна воплощает сегодня не только конфликты вчерашнего, но и поза­вчерашнего дня.

Своевременное изучение и прогнозирование кон­фликтных ситуаций позволило бы регулярно состав­лять прогнозные карты возможных конфликтов, диф­ференцированных по остроте, форме выражения, сферам проявления в общественной жизни и т. д., и дифференцированных мер управления ими от пере­говоров до применения силовых санкций или государственных нормативных актов. При этом тщательно различались бы сущность, социальная обусловлен­ность и типология конфликтов.

Особое внимание в такого рода исследованиях целесообразно уделять конфликтам внутри полити­ческой системы, механизмам осуществления полити­ческой власти, факторам кризиса власти, способам его преодоления, оппозиции властным структурам как конфликтогенным явлениям, типам политических ре­жимов и их влиянию на массовое сознание, методам и способам определения с помощью социологиче­ских исследований легитимности и эффективности различных политических режимов, а также офи­циальной политической оппозиции как самостоя­тельного политического института и необходимого политического противовеса силам, находящимся у власти.

Большую важность в этой связи представляют со­бой исследования, посвященные анализу социальных условий и механизмов преодоления роли насилия в конфликтных ситуациях и легальных и нелегальных форм политических акций различных социальных групп и международных организаций. Сюда же следует отнести исследования рациональных и иррациональ­ных реакций на комплекс общественных феноменов, политическую символику и кризисные мифы, на средства политической деятельности в аспекте социо­логии конфликтов и кризиса культурологии, на инст­рументарий социологических исследований духовнонравственных отношений.

Заслуживают пристального внимания и проблемы средств массовой информации, роль прессы как воз­будителя отдельных конфликтов и как барометра возможностей достижения согласия, роль контентанализа основных принципиальных документов о конфликтах и его воздействии на нормализацию отношений конфликтующих сторон.

Кроме того, следует иметь в виду, как отмечают многие исследователи, что развитие политической жизни в нашем обществе, включающее в себя много­партийность, обусловливает нормальность конфлик­тов (равно как и союзов) во взаимоотношениях между политическими партиями. Межпартийная полити­ческая борьба имеет в качестве своего основного объекта государственную власть на том или ином уровне. Межпартийные конфликты в их нормальном виде предполагают идеологическую борьбу за свои программы и платформы и стремление доказать по­рочность и несостоятельность программ и платформ своих противников. Однако опыт анализа межпартий­ных отношений показывает, что в своей практической деятельности политические партии не ограничивают­ся идеологическими взаимоотношениями, а для дости­жения своих целей применяют весь доступный им арсенал, допустимый (а нередко и недопустимый) политической этикой. Повышение политической культу­ры общества создает предпосылки для повышения уровня культуры и во взаимоотношениях между пар­тиями. Важен и рост политической культуры парла­ментских групп, поскольку в развитом политическом обществе парламентские группы адекватны тем или иным политическим партиям, и отход парламентари­ев от принципов партийной политики быстро завер­шается изгнанием их из рядов той партии, политику которой они предали своими выступлениями или действиями.

Нельзя забывать и о межличностных политических конфликтах. Такого рода конфликты имеют место между как представителями различных политических партий, и тогда они могут быть рассмотрены как част­ный случай межпартийных отношений, так и предста­вителями какойлибо одной партии. Межличностные политические конфликты многообразны. Они могут иметь место по поводу стремления того или иного политического деятеля занять важный пост в полити­ческой системе, по поводу позиции, которую тот или иной деятель занимает по важным политическим вопросам и т. д. Окружающая нас действительность дает нам много примеров политических конфликтов меж­личностного характера, причем далеко не все они имеют принципиальные позиции, а нередко основы­ваются на политическом бескультурье, на личностных амбициях в борьбе за политическую власть. В то же время специалисты отмечают, что личная полити­ческая культура предполагает достаточно высокий уровень информированности по вопросам, являю­щимся предметом конфликта, в частности, хорошее знание истории вопроса, психологическую терпи­мость к иной точке зрения (толерантность), готов­ность пойти на компромисс.

В работе «Политический конфликт» венгерский юрист Кальман Кучар10 напоминает, как немецкий ученый Клаус Бейме типизирует модели конфликта:

— либеральная модель, которая противопоставляла групповые интересы, возможность и реальность кон­фликта между ними государственной метафизике и функции единой власти;

— авторитарноконсервативная модель, суть кото­рой заключается в критике либеральной парламен­тской демократии и противопоставлении руководя­щей элиты и масс;

— социалистическая модель, которая от противо­поставления государства и общества доходит до клас­совых конфликтов11.

«Либеральная модель», содержанием которой явля­ется партийный плюрализм, основанный на группо­вых интересах, в современной западной политологии рассматривается как основа демократии.

По определению Липсета, групповые конфликты есть жизнь и кровь демократии, которая, однако, по­стоянно несет в себе угрожающую опасность дезинте­грации общества. Другая опасность (которую сознавал уже Токвиль) заключается в том, что социальные кон­фликты «исчезают», если доминирующей становится такая централизованная государственная власть, про­тивостоять которой не может ни одна из групп. Эта двусторонняя опасность, а точнее ее интерпретация, свидетельствует о том, что конфликт в «либеральной модели» проявляется как конфликт, решаемый поли­тически, по типу «сделки». Ибо очевидно, что социаль­ные конфликты формируются и в условиях самой централизованной государственной власти, хотя их решение — результат не столько сделки, сколько одно­сторонних директив.

Авторитарноконсервативная модель, которая ха­рактеризовалась конфликтом между правящей элитой и массами и влияние которой существенно усилилось в результате разочарования в либерализме, рассматривает социальные конфликты сегодня, «замаскиро­вавшись» под либеральный плюрализм. Бейме ясно видел, что правление элиты, ее руководящее предназ­начение стало общепринятым, в первую очередь в обществах, характеризовавшихся запоздалым развити­ем, а именно в тех странах Запада, демократические традиции которых были наиболее слабыми. Филосо­фию господства элиты в нацистской Германии и фашистских странах мы также можем считать следстви­ем «империалистической модернизации», однако не­сомненно, что модернизация, происходящая в XX в., повсюду вынесла на поверхность те или иные «элит­ные» группировки. Почти органическим следствием модернизации обществ, запоздавших в развитии или выбравших другой путь развития, является форми­рование элитной группы, определяющей цели и ор­ганизующей их достижение. В господствующем поло­жении этой группы черты авторитарноконсерватив­ной модели распознаются постольку, поскольку в стремлении группы к формированию общества проявляется высокомерие «просвещенных» и приви­легированное положение тех, кто владеет централи­зованной властью, в сочетании с методами абсо­лютного господства. Конфликты, однако, возникают также между различными элитными группами (бюрократическая, политическая или военная элита и т. д.).

В политической социологии появляется все больше работ, авторы которых стремятся проанализировать проблему конфликтов отличным от упомянутых моде­лей способом.

Что же касается третьего варианта типизации по Бейме, основанного на так называемой модели клас­сового конфликта, смысл его заключается в том, что политическое значение в обществе имеют, в первую очередь, конфликты между противостоящими класса­ми и тем самым вся история — это история классовой борьбы. По мнению Бейме, такое толкование ч есть специфически суженное толкование, которое имело место как в марксистской, так и в буржуазной теории. С одной стороны, существование конфликтов свя­зывалось только с классами, с другой стороны, одновременно с введением бесклассового общества это означало бесконфликтность. Такой упрощенный под­ход к Марксовой теории в конечном итоге привел к тому, что вначале в подходе Сталина доминировала доктрина постоянного обострения классовой борь­бы, а затем, позднее отрицание возможности кон­фликтов.

Бейме исходит из того, что конфликт — это нор­мальное состояние общества. Его формы, уровни, со­держание могут изменяться, но нельзя утверждать, что с развитием общества та или иная форма окончатель­но исчезает.

Одним из типов политических конфликтов явля­ются ценностные конфликты, которые характерны более для развивающихся государств с неустойчивым государственным строем. Ценностные конфликты требуют больших усилий для их урегулирования, по­скольку трудно поддаются компромиссам (действует правило «или — или»). Ценностные конфликты — это борьба вокруг неосознанно принятых понятий о том, что является правильным или важным. Приоритетные ценности, которые являются основой политических конфликтов, — это «свобода», «равенство», «справедли­вость», «автономия», «терпимость» и т. д.

Вряд ли можно назвать Россию сегодня в целом развивающейся страной. Но что касается определения ее как развивающегося государства с неустойчивым государственным строем, то ряд элементов такового здесь, несомненно, присутствует. Поэтому многие кон­фликты вполне могут рассматриваться в России как ценностные и по форме, и по содержанию12.

Как отмечал известный американский социолог С. Липсет в книге «Консенсус и конфликт», вышедшей в 1985 г. в США, теоретики конфликтной школы от­вергают мысль о существовании каких бы то ни было общенациональных ценностных систем. Они высту­пают также против тезиса функционалистов о том, что системы неравенства и социальной стратифика­ции основываются большей частью на согласии между различными компонентами общества по поводу «от­носительной значимости позиций, статусов или ро­лей». Признание общих ценностных систем, пишет Липсет, еще не означает снижения уровня внутренних конфликтов. Даже ценности, принятые во всем обще­стве, могут на практике порождать острую борьбу, «революционное и отклоняющееся поведение». На­пример, общая приверженность американцев цен­ностным ориентациям на успех и продвижение вперед по социальной лестнице соседствует с высоким уровнем преступности и недовольства. Функциональный анализ конфликтов, внутренне присущих стратифика­ционным системам, предполагает фундаментальное противоречие, возникающее в результате ограничен­ности имеющихся в обществе средств для достижения общепризнанных целей. М. Вебер и К. Мангейм, каж­дый посвоему, пришли к выводу о существовании базового социального конфликта между ориентациями на две формы рациональности: «ценностную рациональность», касающуюся сознательной оценки це­лей или основных ценностей, и «целевую рациональ­ность», относящуюся к средствам достижения поставленных целей.

Тесная взаимосвязь между двумя формами рацио­нальности внутренне присуща всей структуре со­циального действия. Общество может достичь рацио­нального соотношения между целями и средствами «лишь в контексте комплекса абсолютных ценностей, которыми фиксируется и направляется поиск средств».

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 10 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.