WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 22 |

http://filosof.net/disput/amnuel/pv.htm

Павел Амнуэль

В ПУЧИНУ ВОД БРОСАЯ МЫСЛЬ...

начало продолжение окончание   Материя существует в пространстве и времени, говорим мы. Но только ли? Вселенная материальна, говорим мы. Но только ли материя является содержанием мироздания? Персонажи повести "В пучину вод бросая мысль..." задают себе эти вопросы и не только отвечают на них, но еще и пытаются открыть законы природы, действующие в нашей реальной Вселенной, в которой существует не только материя, но и различные нематериальные субстанции. Полные формулировки всех природных законов должны учитывать наличие не только материальной, но и нематериальной составляющей мироздания.

  Павел Амнуэль В ПУЧИНУ ВОД БРОСАЯ МЫСЛЬ...

начало продолжение окончание 1   Раиса позвонила в половине седьмого Фил уже не спал, но еще и не бодрствовал, переживал только что приключившийся сон, уплывавший из сознания, как таинственный бриг, окутанный сумраком утреннего тумана. Бывшая жена всегда звонила в такую рань в ее Тьмутаракани был обеденный перерыв, и ей почемуто казалось, что полдень наступил на всей планете. Фил давно перестал напоминать Рае, что сон необходимая работа, которую нужно доводить до конца, и что существует такое понятие, как часовые пояса, и если у нее в Благовещенске середина дня, то в Москве только начало. Впрочем, в глубине души он был уверен в том, что Рая и сама это прекрасно понимала, но ей хотелось поднять Фила с постели, сорвать ему утренний распорядок, в общем, сделать хоть мелкую, но гадость онато лучше кого бы то ни было знала, что, если утро для него начнется не так, как обычно, то он не сможет продуктивно работать и, значит, думать будет не о задачах по развитию фантазии, а о ней, своей бывшей, и о Максимке, по которому Фил действительно безумно скучал.

Слушаю, пробормотал он, доброе утро.

Утро! с возмущением сказала Рая. У людей уже обед скоро! Хоть бы слово изменила в обычном своем приветствии...

Что случилось? спросил Фил.

Ничего, я просто хотела посоветоваться. Максимка в последнее время стал капризный, сил нет, ну это естественно, без отца растет, а мать все время занята, так ты мне вот что скажи: как потвоему, Максимке будет полезно, если отдать его в какойнибудь кружок? Да, твердо сказал Фил. Непременно. Только не на танцы, это мы уже проходили.

Глупый разговор. Иногда ему казалось, что Раиса звонит вовсе не потому, что не может сама справиться с прихотями Максима, их дорогого сыночка, которому в день, когда они расстались, исполнилось два года. Нет, бывшей супруге почемуто было необходимо для поддержания морального тонуса общаться с Филиппом хотя бы два раза в неделю. Может, хотела, наконец, услышать в его голосе сожаление о том, что он так легко согласился на развод? Нет, конечно, не танцы, сказала Рая. Но вот рисование...

Минут десять они обсуждали достоинства и недостатки детского образования, а потом ктото Раису позвал, и она, быстро попрощавшись, бросила трубку.

Господи! воскликнул Филипп, обращаясь к марсианскому пейзажу, висевшему в рамке на стене. Почему я все время забываю выключать телефон на ночь? И в это время аппарат зазвонил опять. "Не возьму, подумал Фил, обо всем мы уже поговорили, хватит". Но рука сама подняла трубку, и он сказал раздраженно:

Послушай, ты же знаешь, что по утрам я работаю. Неужели тебе доставляет удовольствие выбивать меня из колеи? Ох... тихо простонал в трубке низкий женский голос. Простите... Я не хотела... Это Филипп, да? Филипп? Да, сказал он сердито, это Филипп...

Филипп, Лизочка умерла.

Что? Филу показалось, что он не расслышал. Может, она сказала "Риточка"? Лизочка умерла, повторила Дина Игоревна теперь он узнал голос, это была Лизина мама, щуплая женщина, похожая на тростник, низкий голос совершенно не вязался с ее немощным на вид телом, а слова, которые она только что произнесла, не имели никакого смысла. Что она хотела сказать на самом деле? То, что сказала. Филипп проснулся окончательно и только после этого поверил.

Когда? Ночью... Вечером... Вчера.

Но мы же вчера были... Я проводил Лизу домой... Что случилось? Врачи говорят инфаркт.

Чушь! вырвалось у Фила. Странный это был разговор, а может, обычный ктото уже смирился со смертью любимого человека, а ктото еще не впустил в сознание и отгораживается барьером, будто отвергающим словом можно изменить случившееся.



Простите, Дина Игоревна, сказал он. Я сейчас приду. Через минуту.

Лиза жила в трех кварталах Филипп в четырнадцатой башне, она в восьмой, с магазином готовой одежды на первом этаже. Можно было проехать на троллейбусе две остановки, но Филу это даже в голову не пришло очнулся он от временного отсутствия в этом мире, когда нажимал в лифте на кнопку пятого этажа.

Дверь в Лизину квартиру была распахнута настежь, в прихожей толпились какието люди, в большой комнате, где Фил с Лизой и ее родителями еще вчера пили чай с кизиловым вареньем, чинно сидели на стульях и диване соседи, Дина Игоревна и Олег Александрович, Лизин отец, стояли у окна, взявшись за руки, смотрели друг на друга и, похоже, находились сейчас не здесь, а в другом мире, где их дочь была живой. Чьято рука легла ему на плечо, Фил обернулся и увидел Вадима Борисовича Гущина.

Вам тоже позвонили? пробормотал он, не найдя что сказать.

На глупые вопросы Вадим Борисович не отвечал никогда. Он привычно провел правой ладонью по лысине и сказал тихо:

Пройдемте на кухню, я вам объясню...

На кухне никого не было, только свистел на плите большой пузатый чайник, вчера из него Дина Игоревна разливала чай, а Фил с Лизой сидели на диване и тихо обсуждали проблему защиты от мирового терроризма. Они продолжали говорить об этом и потом, когда, выпив чаю с вареньем, отправились якобы в кино, а на самом деле бродили по бульварам и дошли аж до Самотеки, откуда потом добирались домой на метро и троллейбусе, и Лиза спросила, когда они прощались у подъезда:

А какой фильм мы смотрели? Мама обязательно поинтересуется.

Почему не сказать, что мы просто гуляли? возмутился Фил.

Потому что маме не нравится, когда мы вечерами бродим по городу, ты же знаешь. Она беспокоится.

Это действительно было так. Дина Игоревна выходила из дома только в дневные часы в ближайший магазин или в сад, где сидели ее подругипенсионерки. По вечерам (она была почемуто в этом уверена) улицы отдавались на откуп бандитам из солнцевской или кунцевской группировок так однажды сказали по телевизору, и следовательно, так было на самом деле. В кино пожалуйста. В кино много порядочных людей, это недалеко от дома, там хотя бы милиция рядом...

Гущин закрыл дверь в коридорчик, выключил газ под чайником и заговорил тихим монотонным голосом, который почемуто сразу привел Филиппа в чувство:

В половине одиннадцатого вечера Елизавета Олеговна пожаловалась матери на резкую боль в груди. Отец в это время уже лег спать, его будить не стали, мать дала дочери валидол. Однако боль не прекратилась, и буквально минуту спустя Елизавета Олеговна потеряла сознание. Тогда мать разбудила отца и вызвала "скорую". Машина прибыла через двадцать три минуты, и врач констатировал смерть. Предварительный диагноз острая сердечная недостаточность.

Дина Игоревна сказала инфаркт, пробормотал Филипп.

Я узнал о трагедии в час ночи, продолжал Гущин, не обращая внимания на замечание Фила. Мне позвонили из больницы, вы же знаете, что...

Об этом он мог и не напоминать. У каждого из членов группы была всегда при себе магнитная карточка с указанием имени, отчества, фамилии, даты рождения, домашнего адреса и, самое главное, с номером телефона, по которому обязательно нужно было позвонить, если с обладателем карточки произойдет несчастный случай или иное происшествие, лишившее указанного обладателя возможности самому сделать нужный звонок.

Я прибыл на место в два десять раньше просто не успевал. К сожалению, ничем помочь уже было нельзя, а то я бы поднял лучшие силы...

Мы были с Лизой весь вечер, сказал Фил. Она чувствовала себя прекрасно.

Вы ходили в кино? Кино?.. Это вам Дина Игоревна сказала? Нет, мы гуляли. Обсуждали коекакие идеи. В десять Лиза пошла домой, а я... Я тоже, только не сразу. Когда, вы говорите, она?..

В двадцать два тридцать...

Я сидел на скамейке перед подъездом, сказал Фил.

Здесь, внизу? Нет, у своего дома. Я ничего не знал, а она... Если бы мы были вместе еще полчаса...





Вряд ли это чтонибудь изменило бы, вздохнул Гущин. Окончательное заключение патологоанатома еще не готово, но предварительно мне сказали, что смерть Елизаветы Олеговны вызвана естественной причиной.

Никто Лизу не отравил, вы это хотите сказать? Филипп упорно не смотрел на Гущина, он не хотел видеть этого человека.

Никто Елизавету Олеговну не отравил, повторил Гущин. Это однозначно. Я хочу сказать, что изменений в режиме работы группы не ожидается. Подумайте сами, кого можно найти на замену. Выто лучше знаете свой контингент...

Неужели он полагал, что именно это сейчас беспокоило Фила больше всего? А что он должен был понимать? Он знал о том, как изменились в последнее время их с Лизой отношения? Гущин не мог знать об этом, потому что даже Лиза не знала догадывалась, наверно, женщины легко об этом догадываются, но не подают вида, пока мужчина не решится на чтото определенное, а Фил не решался, он так и не решился, и теперь это не имело никакого значения. Ни для Гущина, ни для самого Филиппа, ни для остальных. Единственное, что важно: группа должна работать в обычном режиме.

Вадим Борисович, сказал Фил, я хочу поговорить с врачом, который... ну, с этим...

Он не мог заставить себя произнести вслух название профессии.

С патологоанатомом? понял Гущин и странно замолчал. Филиппу ничего не оставалось, как поднять наконец взгляд и посмотреть этому человеку в лицо. Гущин смотрел изучающе, во взгляде его не было печали, приличествующей случаю, спокойный взгляд, будто разговор шел не о Лизе и не о смерти, а о новом компьютере, затребованном Общественной лабораторией передовых направлений науки. Лабораторией, ни для кого на самом деле не существовавшей.

Я закурю, можно? проговорил Гущин и вытащил из кармана пачку "Мальборо". Ради Бога, говорите с кем угодно, если это поможет вам справиться... Лев Бенционович его зовут. Канович. Могу дать телефон, сошлитесь на меня, он ответит на ваши вопросы. Если вы знаете, о чем спрашивать.

Фил не знал, о чем спрашивать патологоанатома, изучавшего тело женщины, с которой он собирался быть вместе всю оставшуюся жизнь. Возможно, хотел спросить, нашел ли врач у Лизы душу.

Спасибо, сказал Фил.

    С лысым мужчиной, которого Филипп прежде не видел и который представился дядей Сережей, они съездили в похоронное бюро и договорились обо всем точнее, договаривался Лизин родственник, большой, судя по всему, дока по части похоронных приготовлений, а Фил присутствовал, хотя на самом деле находился в другом месте и вообще не сегодня.

К вечеру Фил обнаружил себя сидящим у кухонного стола в своей квартире он решительно не помнил, когда вернулся домой, голова гудела, как морская раковина, в которой гулял злой, наполненный острыми песчинками, ветер с дальних островов, а в комнате, которую Филипп еще при Рае сделал своим кабинетом, надрывно и безостановочно звонил телефон. Насчитав двадцать три звонка, он заставил себя пойти и поднять трубку.

Вы вернулись, Филипп Викторович? Фил не сразу узнал голос Кронина, звучавший глухо и издалека. Вы были у Елиза... У Дины Игоревны и Олега Александровича? Да, сказал он устало. Откуда вы узнали, Николай Евгеньевич? Звонил Вадим Борисович, сообщил эту ужасную новость и просил перезвонить всем, кроме вас, потому что вы, по его словам, уже знаете и делаете все возможное, чтобы облегчить родителям Елизаветы Олеговны хлопоты, связанные с организацией похорон.

Кронин в своем репертуаре длинные и правильные, будто заранее продуманные и записанные на бумаге фразы. Но как же он, должно быть, беспокоился, если в первые мгновения разговора не мог связно произнести два предложения? Когда похороны? спросил Кронин.

Послезавтра. В три часа.

Это, конечно, большая трагедия для всех нас, но нужно сделать все возможное, чтобы случившееся не отразилось на работе.

Конечно...

Я предлагаю собраться у меня на следующий день после похорон следовательно, в четверг, в обычное время, то есть в девятнадцать часов, и обсудить сложившуюся чрезвычайную ситуацию, если, конечно, вы будете в состоянии приехать, поскольку только ваше, Филипп Викторович, участие в похоронах Елизаветы Олеговны допустимо нашими правилами.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 22 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.