WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |

http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s00/z0000191/

Онтология Николая Гартмана..2003 (Слинин Я.А.)

Источник:

Гартман Н. К основоположению онтологии. СПб.: Наука, 2003. 640с. С.657.

Я. А. Слинин ОНТОЛОГИЯ НИКОЛАЯ ГАРТМАНА В ПЕРСПЕКТИВЕ ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКОГО ДВИЖЕНИЯ Гартман Н. К основоположению онтологии. СПб.: Наука, 2003. 640с. С.657.

I. Феноменологическое движение 1 В начале XX в. в ряде университетов Южной Германии (в первую очередь — в Гёттингенском и Мюнхенском) возникло не слишком долго просуществовавшее философское объединение, известное под названием «феноменологическое движение». Стимулом для его возникновения явился выход в свет «Логических исследований» Эдмунда Гуссерля (1859—1938). Первый том этого сочинения появился в 1900г., а второй — в 1901г. Некоторые идеи, высказанные Гуссерлем в этом труде, нашли немало сторонников в среде Молодых южногераманских философов. Феноменологическое движение, главой которого сделался Гуссерль, не стало, однако, какойто единой философской школой, какимто цельным и устойчивым философским направлением. В его состав вошли выходцы из разных школ; например, бывшие неокантианцы, а также ученики Т. Липпса и В. Вундта. Сам Гуссерль был уче ником известного венского философа Франца Брентано (18381917).

Принимая участие в феноменологическом движении, философы тем не менее продолжали оставаться оригинальными мыслителями: их объединяли лишь определенные весьма общие методические и метафизические установки. Они придерживались, если можно так выразиться, нескольких импонирующих им «регулятивных» идей. С 1913 года представители феноменологического движения группировались вокруг «Ежегодника по философии и феноменологическим исследованиям», который издавался вплоть до 1930 года. К числу наиболее видных из них можно отнести Александра Пфендера (1870—1941), Морица Гайгера (1880—1937), Адольфа Рейнаха (1883— 1917), Оскара Беккера (1889—1964). Но самыми знаменитыми сторонниками феноменологического движения являются Макс Шелер (1874—1928), Мартин Хайдеггер (1889—1976) и Николай Гартман (1882—1950), ставшие в дальнейшем ведущими немецкими философами XX века.

Каковы же те идеи, которые объединяли участников феноменологического движения? Это, прежде всего, выдвинутый еще Ф. Брентано принцип интенциональности, сознания, т.е. положение о том, что всякий акт сознания направлен на какойнибудь объект. Принимался и тезис Гуссерля, состоящий в том, что акты сознания делятся на сигнификативные, только обозначающие свои объекты, и интуитивные, непосредственно их дающие. К интуитивным актам Гуссерль причислял не только акты чувственного восприятия и воображения, дающие индивидуальную сторону предметов, но и особого рода категориальную интуицию, которая дает универсальную сторону последних. Таким образом, происходит некое возвращение к позиции Аристотеля. Осуществляется тем самым отход от точки зрения Дж.Локка и И.Канта, считавших, что существует лишь эмпирический и что моменты универсального разум вносит в него автономно и post factor.

Поддержали участники феноменологического движения и критику психологизма в философии, которую проводил Гуссерль в «Логических исследованиях». Критика психологизма означала несогласие с субъективизмом, присущим ведущим философским направлениям второй половины XIX в. — позитивизму и неокантианству. Призыв Гуссерля: «к самим вещам!» также был воспринят с энтузиазмом.

Однако, как выяснилось в дальнейшем, каждый из сторонников феноменологического движения понял этот призыв посвоему. Сам Гуссерль трактовал его следующим образом. Для него путь «к самим вещам» означал путь к аподиктической абсолютной истине. Дело в том, что субъективизм позитивизма, неокантианства и близких к ним философских направлений был также и релятивизмом. Считался неоспоримым тезис о том, что всякое знание относительно, что абсолютного знания не бывает. Это вело к господству скептицизма в философии и науке. Гуссерль не был согласен с тем, что всякое знание относительно. Он считал, что царящий в умах философов и естествоиспытателей конца XIX века скептический релятивизм представляет собой кризисное явление в западноевропейской культуре, подрывающее основы человеческого знания в целом. Но кризис этот, по мнению Гуссерля, может и должен быть преодолен. Целью своей философской деятельности Гуссерль поставил обнаружение царства аподиктических абсолютных истин. Попасть в область этих истин и значило для него приблизиться к «самим вещам». Вышеупомянутую критику психологизма он рассматривал как первый вклад в дело в уничтожения господства скептического релятивизма, как начало поисков аподиктического знания.

«Логические исследования», как известно, содержат не только критический материал; в них автор дает понять, что его поиски аподиктического знания уже увенчались успехом. Он пришел, к выводу о том, что царством абсолютных истин является царство эйдетических истин, т. е. таких знаний, которые дает нам категориальная интуиция. Она позволяет нам усматривать универсальное в вещах, и не только универсальное, но и существенное: Гуссерль нередко называет эту интуицию «усмотрением сущности». Знание эйдетических законов и категорий является, по мнению автора «Логических исследований», аподиктическим; оно и должно быть положено в основу всех прочих научных и философских знаний.

Однако Гуссерль со временем изменил свое мнение о том, какого рода знание может считаться абсолютным и аподиктическим. Свой новый ответ на этот вопрос он обнародовал в_1913 году в книге «Идеи чистой феноменологии и феноменологической философии».

После длительных размышлений Гуссерль убедился в том, что сама по себе категориальная интуиция не способна обеспечить абсолютной достоверности даваемого ею знания. Тогда он решил посмотреть, не существует ли какогонибудь общего метода обнаружения аподиктического знания. Такой метод ему, удалось найти. И он нaзвaл его фeнoмeнoлoгичecкoй редукцией. Метод этот состоит в следующем. Скептики утверждают, что всякое знание сомнительно; необходимо проверить, так ли это. Необходимо последовательно подвергнуть сомнению все виды знания и все, в чем можно усомниться «вынести за скобки» т. е. признать существование всего этого сомнительным, проблематическим. И надо выяснить, не останется ли «внутри скобок» чегонибудь такого, в существовании чего усомниться нельзя. Если подобный «остаток» удастся обнаружить, то тем самым мы найдем нечто, существующее несомненно, аподиктически; если же не удастся, то, значит, скептики правы достоверного знания нет.

Видим, что Гуссерль идет по пути декартовского методического сомнения. Он делает это сознательно и приходит, как и Декарт, к тому, что единственное, в чем усомниться не удается, — это sum cogito. Данная истина остается незыблемой и абсолютной; таким образом, скептицизм и релятивизм оказываются преодоленными. Однако, достигнув этой истины, Декарт и Гуссерль идут в дальнейшем каждый своим путем.

Что же представляет собой гуссерлевская феноменологическая редукция? Как она осуществляется? Прежде всего за скобки выносится мир индивидов, т. е. признается сомнительным их существование, независимое от существования воспринимающего их моего сознания. Признается сомнительным проблематическим, трансцендентное по отношению к моему сознанию существование как неодушевленных вещей, так и одушевленных существ, в том числе — людей, а следовательно, и меня самого, как одного из них. Иными словами, за скобками оказывается трансцендентное по отношению к моему сознанию существование моего собственного тела и органически связанной с ним части моей психики (той ее части, которую изучает экспериментальная психология). То есть за скобками оказывается моя так называемая «психофизическая структура».

Далее признается сомнительным трансцендентное по отношению к моему сознанию существование универсалий. Выносится за скобки как существование универсалий, так или иначе связанных с трансцендентными индивидами, так и трансцендентное существование разного рода идеальных сущностей. За скобками оказывается трансцендентное моему сознанию существование как эмпирических, так и всех эйдетических законов и категорий. Вынося их за скобки, Гуссерль после долгих раздумий решил и тут пойти вслед за Декартом: ведь, по мнению последнего, все то, что говорит нам разум о внешнем мире, может быть подвергнуто сомнению.

Что же остается внутри скобок? Только мое чистое сознание, только «я» в качестве чистого сознания. Такой вывод соответствует выводу Декарта о несомненности sum cogito. В своих поздних произведение Гуссерль вместо слова «чистое» стал пользоваться кантовским термином «трансцендентальное» и стал говорить о несомненности существования трансцендентального сознания, трансцендентального Ego, трансцендентального субъекта.

Как известно, Декарт, установив несомненность sum cogito, при помощи своеобразного онтологического доказательства устанавливает и несомненность существования Бога, а затем с Его помощью постулирует несомненность существования трансцендентного по отношению к своему сознанию внешнего мира. Для Гуссерля этот путь закрыт: существование Бога он навсегда оставляет за скобками; для него, как и для Канта, оно остается проблематичным. Вместо того чтобы иметь дело с онтологическим доказательством, Гуссерль решил исследовать, что собой представляет sum cogito. В своем исследовании он опирался на феноменологический принцип интенциональности сознания. Согласно этому принципу, любой акт сознания направлен на какойнибудь объект. Таким образом, всякий акт сознания с необходимостью состоит из двух частей: направленности на объект и того объекта, на который акт направлен. Такие объекты еще Ф.Брентано именовал интенциональным. Интенциональные объекты являются частями сознания и существуют в таком качестве независимо от того, существуют они трансцендентно по отношению к сознанию или нет. После проведения феноменологической редукции все трансцендентные моему сознанию объекты оказываются за скобками, и их существование признается лишь проблематическим. Но в статусе интенциональных те же самые объекты остаются внутри скобок, так как являются необходимыми структурными составляющими актов моего сознания. Таким образом, все интенциональные объекты существуют аподиктически, являясь элементами моего сознания и будучи имманентны ему.

Видим, что в результате гуссерлевского анализа неожиданно выявилось необыкновенное богатство содержания декартовского sum cogito. Оказалось, что в его состав «в снятом виде», в виде интенционадьных объектов, входит все изобилие объектов трансцендентного «внешнего» мира. Разумеется, интенциональные объекты не обладают той автономностью существования, которая присуща трансцендентным объектам. Они являются всего лишь частями моего чистого, трансцендентального, сознания, и к ним целиком и полностью приложима максима: «нет объекта без субъекта». Но зато все они даны мне аподиктически, тогда как трансцендентные моему сознанию объекты — лишь проблематически.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.