WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 |

Укрытие преступлений сотрудниками милиции: умысел и мотив

1. Укрытие сотрудниками милиции *(1) преступлений от учета и регистрации органами следствия и судами, как правило, квалифицируется по ст. 285 УК РФ "Злоупотребление должностными полномочиями". Когда обвинение предъявлено в укрытии преступления путем отказа в приеме сообщения о преступлении, непринятия должных мер по учету, регистрации и проверке этого сообщения, суды, как правило, считают умысел подсудимого доказанным ввиду очевидности заведомого нарушения сотрудником милиции закона и подзаконных нормативных актов. Сложности уголовноправовой квалификации по этому признаку субъективной стороны возникали при привлечении должностных лиц ОВД к ответственности за заведомо незаконный отказ в возбуждении уголовного дела. Одной из основных причин, по которой число отмен незаконных решений органов внутренних дел об отказе в возбуждении уголовного дела значительно превышает число уголовных дел об укрытии преступлений, является невозможность установления именно заведомости нарушения закона при отказе в возбуждении уголовного дела.

Суды не признают доказанным наличие у обвиняемого умысла на укрытие преступления, когда должностным лицом ОВД, вынесшим явно, с точки зрения стороны обвинения, незаконное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, материалы доследственной проверки не фальсифицировались и не принимались иные меры, направленные на воспрепятствование проверке законности и обоснованности решения об отказе в возбуждении уголовного дела.

В ряде научных трудов, в том числе комментариев к Уголовному кодексу РФ, которыми пользуются правоприменители, утверждается, что преступления, предусмотренные ст.ст. 285 и 286 УК РФ, могут совершаться только с прямым умыслом. Данное утверждение ошибочно, поскольку такое ограничение из закона не вытекает. Злоупотребление должностными полномочиями и превышение должностных полномочий преступления с материальным составом, и вина здесь определяется по отношению лица к общественно опасным последствиям. Умысел при совершении этих деяний может быть как прямым, так и косвенным.

Это означает, что нарушение конституционных прав граждан, подрыв авторитета органов власти и иные общественно последствия не обязательно являются целью должностного лица ОВД, укрывающего преступления. Как правило, цели недобросовестного сотрудника милиции соответствуют мотивам его незаконных действий, они направлены на экономию времени, а также физических и интеллектуальных сил, которые не будут растрачены при проведении им проверки сообщения о преступлении, на получение высокой, хотя и неосновательной оценки руководством качества его работы, на воспрепятствование привлечению его друзей и знакомых к ответственности за совершенные теми преступления и т.д.

При достижении указанных целей нарушение прав и законных интересов граждан, а также охраняемых законом интересов общества и государства являются сопутствующими общественно опасными последствиями незаконных действий (бездействия) должностного лица ОВД. Когда такие последствия осознаются сотрудником милиции как неизбежное следствие реализации его преступных целей, они охватываются прямым умыслом. Однако исходя из распространенной в практике трактовки положений ст. 25 УК РФ в некоторых случаях умысел должностного лица ОВД по отношению к этим последствиям (нарушению конституционных прав граждан, подрыву авторитета власти и т.д.) может быть расценен и как косвенный. Например, если недобросовестный сотрудник милиции допускал, что несмотря на отказ в приеме заявления потерпевший в дальнейшем всетаки может добиться возбуждения уголовного дела о совершенном в отношении него преступлении. Однако и в этом случае последствия в виде нарушения конституционных прав граждан и т.д. должны быть вменены в качестве признака состава должностного преступления.

Вместе с тем для привлечения к ответственности за умышленное должностное преступление необходимо доказать не только предвидение, желание, допущение и т.д. виновным общественно опасных последствий, но и осознание им общественно опасного характера своих действий или бездействия (ст. 25 УК РФ). Это означает, что доказыванию подлежит осознание должностным лицом использования им своих служебных полномочий вопреки интересам службы, заведомость для него незаконности их использования (ст. 285 УК РФ), понимание явности, очевидности выхода его действий за пределы предоставленных ему полномочий (ст. 286 УК РФ). Таким образом, хотя форма вины и вид умысла в преступлениях с материальным составом определяются по отношению лица к причиняемым его действиями (бездействием) общественно опасным последствиям, неустановление осознания им незаконного характера указанных действий (бездействия) исключает квалификацию содеянного как преступления, предусмотренного ст.ст. 285 и 286 УК РФ.

Сложность квалификации укрытия преступлений по признаку умысла связана с тем, что должностное лицо ОВД, являясь представителем власти и наделенное полномочиями по проверке сообщений о преступлении и принятию по результатам такой проверки процессуального решения, обладает одновременно как служебными функциями, так профессиональными обязанностями. Последнее выражается в том, что сотрудник милиции на основании своих юридических познаний должен выполнить комплекс мероприятий по проверке сообщения о преступлении, собрать возможно полную для этапа доследственной проверки информацию, дать правильную юридическую оценку установленным им событиям и действиям. При этом, скажем, приглашение им граждан для получения объяснений, оформление документов в рамках проверки и т.д. относится к служебной, властной функции должностного лица, а сопоставление осуществляемых им проверочных действий с требованиями закона и подзаконных актов, использование тактических приемов и пр. к профессиональным.

Если сотрудник милиции, в силу низкой профессиональной квалификации неверно трактуя положения закона, проведет осмотр в отсутствие оснований, предусмотренных ч. 3 ст. 170 и 177 УПК РФ, с участием всего одного понятого, он нарушит закон. Однако несмотря на то что этот сотрудник является должностным лицом, допущенное им нарушение при таких условиях будет иметь не служебный, а профессиональный характер и потому не должно расцениваться как признак должностного преступления. Вместе с тем аналогичное по фактическим обстоятельствам нарушение должно быть расценено как служебное в том случае, когда должностное лицо, зная и правильно понимая закон, умышленно его нарушит (а затем, возможно, сфальсифицирует подпись второго понятого) либо, сомневаясь в содержании правовой нормы и имея возможность уточнить ее положения, не сделает этого, надеясь на "авось".

Юридический анализ обстоятельств, о которых в ходе проверки собрана информация, относится не к служебным, а к профессиональным функциям должностного лица ОВД. Изучая материалы проверки, сопоставляя конкретные обстоятельства с описанием признаков состава преступления, изложенных в законе, лицо применяет правовые знания, которыми оно обладает в результате получения соответствующего образования и опыта юридической работы. Однако результаты такого анализа в виде правовой оценки должностное лицо излагает в процессуальном акте, постановлении, вынесение которого находится уже в пределах его служебной компетенции.

Учитывая изложенное, ошибки в юридической оценке событий или действий, которые может допустить должностное лицо, необоснованно отказывая в возбуждении уголовного дела по результатам проверки сообщения о преступлении, не могут быть ему вменены в качестве признака должностного преступления независимо от того, предусматривает ли норма об ответственности за такое преступление умышленную (ст.ст. 285, 286 УК РФ) или неосторожную форму вины (ст. 293 УК РФ). Неопровержение версии о такой ошибке исключает вывод о заведомости нарушения сотрудником милиции, вынесшим отмененное впоследствии постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, нарушений закона.

При обвинении должностного лица в укрытии преступлений путем вынесения незаконного решения об отказе в возбуждении уголовного дела неосновательное смешение служебных и профессиональных функций, вследствие чего профессиональные упущения вменяются ему в качестве служебных нарушений, то есть в качестве признаков должностного преступления, становится, как показано выше, одним из оснований постановления оправдательных приговоров.

Какие обстоятельства могут свидетельствовать о принятии лицом заведомо незаконного решения об отказе в возбуждении уголовного дела с целью укрытия преступления? Устанавливая такие обстоятельства, следует принимать во внимание необходимость доказывания именно укрытия преступления от учета и регистрации.

Укрытие преступления означает, что при отказе в принятии заявления о преступлении либо при нерегистрации сообщении о преступлении действия сотрудников милиции направлены также и на то, чтобы исключить возможность истребования прокуратурой материалов проверки (поскольку таких материалов не будет) и выявления самого факта укрытия преступления.

Также и незаконный отказ в возбуждении уголовного дела может быть отнесен к укрытию преступления, если он сопровождается мерами, направленными на воспрепятствование проверке законности и обоснованности принятого по материалу решения, то есть на выявление факта укрытия преступления. Такие меры имеют место при фальсификации материалов до следственной проверки или, скажем, когда наряду с заведомо незаконным отказом в возбуждении дела сотрудник милиции склонил заявителя к изменению им своей позиции, к изложению в новом заявлении, адресованном в органы внутренних дел, не соответствующих действительности сведений о том, что преступление места не имело.

В этих случаях, осознавая возможность проверки прокурором законности и обоснованности принятого по сообщению о преступлении решения, недобросовестные работники милиции, совершая указанные действия, имеют цель не только укрытия преступления, сообщение о котором они проверяют, от учета, но и факта сокрытия совершенных ими незаконных действий. При таких условиях их действия и объективно, и субъективно направлены на укрытие преступления, создание препятствий для выявления факта укрытия, и тем самым для реализации гарантированных ст. 52 Конституции прав граждан, потерпевших от преступления.

И напротив, решение об отказе в возбуждении уголовного дела, пусть и принятое, с точки зрения органов прокуратуры, без достаточных к тому оснований, не может рассматриваться как укрытие преступления, если сотрудник милиции не предпринимает дополнительных мер по воспрепятствованию проверке законности и обоснованности данного решения, не фальсифицирует материалы проверки, не склоняет заявителя и других лиц к изменению позиции, не уничтожает, не скрывает материалы и т.д. Данная рекомендация основана на приведенной выше позиции судов, оправдывавших обвинявшихся в укрытии преступлений должностных лиц ОВД, в связи с недоказанностью умысла на вынесение заведомо незаконного решения об отказе в возбуждении уголовного дела.

2. Несмотря на то что наибольшие трудности при уголовноправовой оценке укрытия сотрудниками милиции преступлений связаны с таким субъективным признаком должностного злоупотребления, как мотив, суды, вынося обвинительные приговоры и преимущественно квалифицируя укрытие преступлений как должностное злоупотребление, соглашались с тем, что незаконные действия (бездействие) должностного лица ОВД были мотивированы его корыстной либо, в большинстве случаев, иной личной заинтересованностью.

Корыстная заинтересованность понималась как стремление обогатиться, получив взятку за укрытие преступления, либо как желание, приукрасив состояние дел с раскрываемостью преступлений, получить премию или добиться снятия взыскания, препятствующего премированию. Мотив в виде иной личной заинтересованности чаще всего раскрывался как стремление приукрасить действительное положение дел, создав ложное впечатление о высоком качестве своей работы путем улучшения (искусственного улучшения) показателей раскрытия преступлений на обслуживаемой территории и в целом ОВД; стремление улучшить свою служебную репутацию, завоевать авторитет в глазах руководства ОВД, избежать возможной дисциплинарной ответственности за нераскрытие преступления; нежелание должным образом проводить проверку сообщений о преступлениях, принимать меры к розыску лиц, совершивших преступление, снизить нагрузку; желание помочь своим друзьям или знакомым избежать уголовной ответственности, и др.

Pages:     || 2 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.