WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 16 |

Так как оборона является общественно полезным действием, приоритет при оценке в сложных ситуациях следственносудебными органами должен отдаваться именно обороне, а не посягательству, с самого начала представляющему собой преступление. Правоприменитель должен избегать обвинительного уклона при оценке действий обороняющего, несмотря на то, что порой результатом этих действий являются смерть или тяжкий вред здоровью. Оценивать не только последствия обороны, но и всю совокупность обстоятельств, характеризующих как защиту, так и характер и степень общественной опасности посягательства. Положительно решать вопрос о наличии эксцесса обороны только в случае явного, чрезмерного несоответствия защиты и посягательства, учитывая, что законодатель допускает превосходство первой над вторым, при наличии чего только и возможна эффективная оборона. Следственносудебные органы должны уделять повышенное внимание субъективной стороне деяния обороняющегося, ибо ответственность по ч. 1 ст. 108 и ч. 1 ст. 114 УК РФ возможна лишь при установлении умышленной формы вины в действиях защищавшегося. Немаловажную роль должны играть правовая пропаганда среди населения и разъяснение законодательных формулировок о необходимой обороне и превышении ее пределов. При моральноправовой оценке действий лица, превысившего пределы необходимой обороны, нужно учитывать то обстоятельство, что он, хотя и с превышением пределов, пресекал общественно опасное посягательство лица, пытавшегося причинить ущерб интересам личности, общества, государства. Предотвращение этого ущерба, имеющееся во многих случаях эксцесса обороны, не может не влиять на оценку действий обороняющегося. Его вина состоит лишь в том, что были избраны несоразмерные посягательству защитительные действия, в результате чего посягающему был причинен без необходимости тяжкий вред. Во многих случаях эксцессу обороны предшествует совершение правомерных оборонительных действий. Их общественно полезный характер не меняется от того, что после их совершения обороняющийся превысил пределы необходимой обороны. Кроме того, как показывают проведенные исследования по проблемам эксцесса обороны, как правило, превышение пределов необходимой обороны является единственным преступлением в жизни осужденных за эксцесс обороны, причем оно было совершено в известной мере в силу случайно сложившихся обстоятельств, потребовавших определенного рода действий, при выполнении которых и было допущено нарушение закона. Не окажись лицо в такой ситуации, оно, возможно, никогда и не совершило бы преступления. Не всегда у обороняющегося есть личная заинтересованность в совершении акта защиты: имеются случаи, когда превышение допускается при отражении виновным посягательства не на его личные интересы или интересы родственников или близких лиц, а на интересы общества и государства, личность или права другого человека, иногда даже незнакомого обороняющемуся.

По указанным соображениям лица, превысившие пределы необходимой обороны, не могут быть поставлены в один ряд с лицами, совершившими обычные преступления против личности. Именно поэтому законодатель выделил причинение вреда при эксцессе обороны в самостоятельные составы преступлений и установил за их совершение наказание, резко сниженное по сравнению с наказанием, грозящим за одноименные преступления против жизни и здоровья, не связанные с защитой.

А.М. Тесленко, кандидат юридических наук Ур ЮИ МВД России Правовое положение иностранцев в России в конце XVIII – первой половине XIX вв.

Окончание для иностранцев в России ''золотого времени'' периода царствования Екатерины II связывается с рядом законодательных актов Российского правительства, которые были направлены на ограничение привилегированного правового положения иностранцев в России уже в конце XVIII в. Сама же Екатерина II в конце своего царствования предприняла ряд мер по ограничению правового статуса иностранцев в России, а Павел I и Александр I окончательно ограничили их права. Пожалуй, это был самый неблагоприятный период для пребывания иностранцев в России, начиная с царствования Петра I и до начала первой мировой войны.

Начиная с французской революции и во время наполеоновских войн правительство России уже относилось к иностранцам весьма неблагосклонно и, главным образом по политическим соображениям, подвергало их различным ограничениям, особенно это коснулось подданных Франции и ее вассальных государств, о чем свидетельствуют архивные материалы этого периода и ряд императорских указов. Так, в период с 1789 по 1820 гг. был затруднен въезд в Россию иностранцев, устанавливался особый надзор за приезжающими и правила пропуска их в пределы Империи. В частности, Екатерина II именным указом от 26 апреля 1794 г. ''О наблюдении за поведением приезжающих иностранцев'' предписывала Белорусскому ГенералГубернатору Пассеку не впускать на территорию России некоторых французов (они поименно перечислены в указе) ''и вообще за приезжающими иностранцами иметь наиприлежнейшее наблюдение в рассуждении их сношения, упражнения и поведения'' [6 Полное собрание законов Российской империи (далее П.С.З.1). Т. XXIII. № 17201.].

Позднее Павел I также своими указами предписывал наблюдать за иностранцами, прибывающими в Москву, СанктПетербург и вообще в Россию. Так, 26 декабря 1796 г. в своем указе ''О наблюдении за приезжающими в Москву и пребывающими там чужестранцами'' Главнокомандующему в Москве Измайлову он указывал: ''За нужное находим предписать вам, чтоб вы подтвердили всем, кому надлежит, наблюдать за приезжающими, и ежели между ими окажутся люди подозрительные, поведения нескромного или непристойного, таковых высылать вон за границу, с запрещением паки показываться в Столице под страхом неизбежнаго наказания'' [7 П.С.З.1. Т. XXIV. № 17683.

3 П.С.З.1. Т. XXIV. № 17689.

3 Российский государственный исторический архив г. СанктПетербург (далее РГИА). Ф. 1286. Оп. 54. 1804 г. Д. 21 (''Дело о высылке за границу французского подданного Ласпариса и его спутников, намеревавшихся поселиться на Кавказе среди горцев''). Л. 4–30.

4 Там же. Л. 35.

5 Там же. Л. 36.]. Этой же датой вышел еще один указ царя ''О наблюдении за проезжающими из чужих краев в обе Столицы или внутрь Империи чужестранцев'' в адрес Генераллейтенанта барона фондер Палена, где ему также предписывалось обеспечить наблюдение за проезжающими, обратив особое внимание на французов и швейцарцев, ''и ежели из них окажутся люди подозрительные, таковых не пропускать, но высылать обратно''2.

Архивные материалы (III отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии) показывают, что данные указы царя четко выполнялись.

С 1804 г. из России начали активно высылать подданных Франции и вассальных ее государств. Например, в 1804 г. по прибытии на купеческом судне ''Екатерина'' в г. Таганрог французского подданного Ласпариса об этом сразу же последовал рапорт градоначальника министру внутренних дел, а по результатам наблюдения за ним и его спутниками – донесения и копии его переписки3. В результате секретным предписанием по Высочайшему повелению было предписано ''препровождать гражданина Ласпариса, его жену и служителей при нем до Бреста Литовского и перевести через границу, о чем доложить в С.Петербург министру внутренних дел''4, с приложением открытого листа Императора всем начальствующим в городах оказывать содействие (квартира, караул)5.

Особое внимание по наблюдению за иностранцами полиция уделяла именно французским подданным, [8 См.: РГИА. Ф. 1286. Оп. 54, 1805 г. Д. 23 (''Отношения министра иностранных дел и распоряжение министра внутренних дел об учреждении наблюдения за французским эмиссаром полковником Ходцкевичем, намеревавшимся прибыть в Литву по заданию Наполеона I''). Л. 1–5.] а при подозрении их в шпионаже они подлежали аресту с последующей высылкой [9 См.: РГИА. Ф. 1286. Оп. 54, 1805 г. Д. 19 (''Переписка с Курляндским и Лифляндским губернаторами об аресте и высылке за границу французского подданного Варбгера (Barbegure), подозревавшегося в шпионаже''). Л. 5–15.].

В 1806 г. последовал именной указ Александра I ''О высылке из России всех подданных французских и разных немецких областей, которые не пожелают вступить в подданство; о непропуске оных в Россию без паспортов Министра иностранных дел; о прекращении действия торгового договора с Францией и об учреждении комиссии для разбора иностранцев'' от 28 ноября [10 П.С.З.1. Т. XXIX. № 22371.]. Указ предписывал: разорвать торговый договор с Францией; французские корабли не впускать в Российские порты; выслать из страны всех французских консулов, вицеконсулов и агентов в 10дневный срок; решить в 8 дневный срок вопрос о высылке из России подданных Франции, Королевства Итальянского, Неаполитанского, Голландии и Генуи, для чего учредить специальную комиссию Управы благочиния ''для разбора иностранных'', которая должна проверить их документы и принять решение по каждому иностранцу в зависимости от вступления его в подданство России. Согласно архивным материалам такая комиссия была учреждена (все вызванные и явившиеся иностранцы записывались в специальную для этого книгу, где указывались данные, дал присягу или нет и на какой срок выдан билет на жительство), проверялись документы и решался вопрос о выдаче определенного вида на пребывание в России [11 РГИА. Ф. 1286. Оп. 54, 1806 г. Д. № 50 (''Дело по указу Александра I от 28 ноября 1806 г. ''О проверке документов и высылке из России подданных Франции и ее вассальных государств''). Л. 18–19.]. Однако, как показывают архивные документы, речь шла о даче иностранцами присяги не на подданство России, как написано в названии указа, а ''присяги о неимении сношений с Францией'' [12 Там же. Л. 14.] и это в первую очередь касалось купцов на биржах, профессоров, ''разных званий ученых людей'', учителей и других людей [13 См.: Там же. Л. 12.]. Был разработан текст присяги и заранее заготовленные бланки (формы) таких текстов, куда вписывалась фамилия, дата и ставилась подпись иностранца. Если иностранец давал такую присягу и представлял поручительство за него достойных граждан – подданных России (текст такого поручительства был также заранее разработан), то он получал билет на свободное жительство и разрешение на дальнейшее пребывание в России. А через шесть месяцев обязан был снова явиться в Управление благочиния для продления вида.

В случае, если иностранные подданные вышеперечисленных государств (Франции и ее вассальных государств) такой присяги не давали (в этом случае они подписывали соответствующий текст об отказе от присяги, указывали причину, по которой не могут присягнуть), им выдавался паспорт на выезд за границу, и они высылались из России [14 Там же. Л. 15.].

В 1798 г. Павел I подписал два именных указа от 28 июня, которыми установил ''жесткие'' правила пропуска иностранцев в Россию. Первый указ ''О пропуске иностранцев в Россию для торговли'' предписывал торгующим иностранцам для въезда в Россию представлять ''рекомендацию к какомулибо Российскому или Иностранному в России пребывающему торговому дому... и свидетельство от одного из Министров Двора Нашего, или котораголибо из Наших Консулов...'', что он ''действительно едет в Россию за торговым делом'' [15 П.С.З.1. Т. XXV. № 18564.]. Министры и консулы, выдававшие такое свидетельство, обязаны сообщать о таких иностранцах и о причинах их приезда. Торговые же дома или частные торговцы, к которым прибывал иностранец, также уведомляли об этом военного губернатора или коменданта города. Такой порядок пропуска распространялся и на иностранных шкиперов и матросов мореходных судов, которых нанимали иностранные торговцы для доставки товара или их самих.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 16 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.