WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 30 |

Динамика скандалов привела к тому, что магистраты стали более организованным, автономным и специализированным подразделением, в этом отношении во многом напоминающим высшую французскую бюрократию и находящимся в оппозиции к политической элите. Преуспев в стремлении представить себя борцами с коррупцией, эта социальная группа сплотилась в совместном сотрудничестве. Правящая социалистическая партия выступила с заявлением об опасности такого сплочения, в частности, союза между магистратами и журналистами (с.568).

Автор статьи подчеркивает отрицательную роль провокационных обращений к общественному мнению, которые приводят к неизбежным нарушениям закона.

М.Е.Соколова ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА 2006.01.007. КОЗАЧА А.С. ЗЕМСКИЕ СОБОРЫ СМУТНОГО ВРЕМЕНИ. – М.: Спутник+, 2004. – 208 с. – Библиогр.: с.188–207.

Модель представительства института Земских соборов выросла из традиционной выборной системы, существовавшей на Руси с древних времен на уровне общинного самоуправления. Будучи традиционным, отечественное представительство было органично, строилось на системе национальных ценностей, соответствовало менталитету русских людей.

Тенденция демократизации власти в Московском государстве в ХVI–ХVII вв. выражалась в наличии выборных начал, которыми охватывались все уровни власти, начиная от органов местного самоуправления до формирования представительства Земских соборов. Представительство органично увязывалось с административноприказной системой.

Для института Земских соборов были характерны следующие черты: презентативный и репрезетативный вид представительства; многоступенчатая организация выборов, основанная на разряднотерриториальном принципе, всесословность представительства, однопалатная структура учреждения, смешанные виды голосования на заседаниях; всевластность как формула компетенции.

Механизм формирования Соборов 1610 и 1611 гг. был упрощен, но это не выходило за рамки сложившихся правовых традиций. Неотложность вопросов и состояние войны, в котором находилось Московское государство, не всегда позволяли провести демократические выборы на местах. В этом случае правительство имело право призвать определенных лиц для участия в работе Собора. Этим правом воспользовались бояре в 1610 г. Вместе с боярами, духовенством и придворными чиновниками в работе Собора приняли участие москвичи и должностные лица с мест, находившиеся в Москве. На Соборе 1611 г. присутствовали уполномоченные от городов, прибывшие в лагерь ополчения под Москвой. Соборы 1612 и 1613 гг. созывались по всем правилам формирования Земских соборов. Депутаты с мест подтверждали свой статус посредством предъявления воеводских отписок и наказов избирателей. Соборы междуцарствия характеризовались широким представительством, затронувшим все слои русского общества.

Соборы междуцарствия считали себя центральными и высшими органами государственной власти, имели свою печать и действовали от своего имени. Принимаемые ими решения сразу становились правовой нормой. Соборы органично соединяли в себе законодательную, исполнительную и судебную ветви власти.

Соборы рассматриваемого периода имели и ряд отличий от предшествующих соборов: они собирались Боярской думой, патриархом и Временным правительством и работали без государя, что соответствовало обычаям того времени. Количество депутатов возросло. Впервые присутствовали представители крестьянства. Относительная независимость депутатов была существенно ограничена.

Земские соборы периода междуцарствия – это высшие органы государственной власти, выражающие суверенную волю народа, регулирующие важнейшие общественные отношения главным образом путем принятия законов и контроля за деятельностью высших должностных лиц.

Общей целью созыва и работы всех Земских соборов в период междуцарствия было подавление Смуты в Московском государстве. Созыв каждого Собора являлся определенным этапом, очередной попыткой русского народа восстановить государственность.

Анализ итогов работы Земских соборов 1610–1613 гг. позволяет сделать вывод о том, что борьба русского народа с внешним врагом и внутренним политическим кризисом не была стихийным явлением, а осуществлялась и координировалась Соборами, которые сыграли ключевую роль в окончательном подавлении Смуты в начале ХVII в. Русский народ принял исторический вызов и ответил на него своим собственным решением. Ситуации разрыва юридических и социальных норм он противопоставил такие глубинные идеи, как Православие, Патриотизм и Соборность.

К.Ф. Загоруйко 2006.01.008. СУРИКОВ И.Е. ПРОБЛЕМЫ РАННЕГО АФИН­СКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА. – М.: Яз. слав. культуры, 2004. – 144 с.

В книге рассматривается ряд вопросов, связанных со становлением законодательства и права в архаических Афинах, с созданием в одном из крупнейших древнегреческих полисов первых сводов письменных законов (VII–VI вв. до н.э.). Имена творцов этих сводов – Драконта и Солона – известны многим, однако исследование их деятельности сопряжено со значительными трудностями. Причины тому – и неудовлетворительное состояние источников, и слабая на сегодняшний день степень изученности общего исторического контекста столь ранней эпохи развития античного времени. Наибольшее внимание автора привлекает религиозный аспект раннего законодательства. Рассматривается специфика самого феномена древнегреческого права, во многих своих чертах разительно расходящегося с нашими современными представлениями о правовых системах и комплексах.

Автор указывает на парадоксальную коллизию двух обстоятельств. С одной стороны, право Древней Эллады – культурный феномен мирового значения. Оно сыграло немаловажную роль в оформлении права римского, что охотно признавали и сами римские авторы. Во многом под влиянием древнегреческого права сложилась правовая система Византийской империи, многие элементы которой были перенесены в страны Восточной Европы, в том числе и на Русь. Учитывая все это, пишет автор, можно с полной уверенностью утверждать, что древнегреческое право заслуживает всестороннего внимания и изучения.

А с другой стороны, в реальной действительности состояние изученности древнегреческого права воистину плачевно. Это особенно заметно при сопоставлении греческого права хотя бы с тем же римским. О последнем – огромное количество трудов, о древнегреческом же праве нам известно далеко не в той мере, в какой оно того заслуживает. Прежде всего, считает автор, это связано с неудовлетворительной целостностью и сохранностью греческих правовых памятников. В своем большинстве это разрозненные, не объединенные никакой внутренней связью фрагменты, относящиеся к самым разным эпохам и регионам эллинского мира, дошедшие частью в виде надписей, частью в форме цитат у позднейших авторов.

Одной из принципиальных особенностей греческого права была недостаточная разработанность его положений. В течение всей истории древнегреческого мира оно оставалось явлением чисто эмпирическим. Право в греческих полисах практически никогда не становилось предметом теоретического анализа, полномасштабной систематизации. Оно было «правом без юриспруденции». В Греции, в отличие от Рима, не сложилась прослойка профессиональных юристов. Знание права не было сконцентрировано в кругу одной профессиональной группы, а как бы рассеяно по всему гражданскому коллективу.

Аморфность греческих правовых комплексов делает зачастую невозможным проведение грани между правом сакральным и светским, публичным и частным. Чрезвычайно слабо был разработан и категориальный аппарат права. Например, не была развита концепция собственности и не существовало адекватного термина для ее обозначения. По сути дела, в древнегреческом языке даже отсутствовало слово, которое без существенных оговорок можно было бы перевести как «право». Наиболее близко по содержанию подходит слово «справедливость», в семантике которого прослеживается идея мировой гармонии, порядка, равновесия, нарушение которых влечет неминуемое возмездие. Наблюдая проявления этой идеи в мире природных явлений, греки вполне естественно переносили ее также и на человеческий социум.

Из вышесказанного вытекает определенный «глобализм» древнегреческого правосознания. Любое правонарушение воспринималось во всей совокупности его космических проявлений. Считалось, что даже незначительное отклонение от «справедливости» было чревато подрывом мировой гармонии, наносило ущерб нормальным отношениям между людьми и сверхъестественными силами, в общем угрожало не только непосредственно пострадавшим индивидам, но и всему обществу. Право было недостаточно отделено от религии и этики, синкретически связано с ними.

Тем не менее, полагает автор, все это не свидетельствует о какомто примитивном праве. В некоторых своих областях древнегреческое право достигло весьма значительной степени разработанности. И здесь в первую очередь следует сказать о процессуальном праве. Так, аттическое право отличалось чрезвычайным многообразием (десятки, если не сотни типов судебных процессов как частного, так и публичного характера). Вообще систему судопроизводства в Афинах V–IV вв. до н.э. можно назвать не только развитой, но даже изощренной.

В отличие от системы римского права, действовавшей в едином могучем государстве, для греческого права, за некоторыми исключениями, отдельно взятый полис являлся основополагающей единицей во всех отношениях. Полисная, партикуляристская тенденция решительно преобладала в праве. Независимый, суверенный характер власти был для полиса превыше всего. Полисный характер права делает условным и само понятие «древнегреческое право». Не было права, действовавшего во всем греческом мире; было право афинское, право спартанское, право коринфское и т.д. Исчерпывающих сведений не имеется ни об одном конкретном полисном праве. Поэтому работу по систематизации и обобщению, которую для римского права проделали сами юристы Древнего Рима, для греческого права приходится делать современным исследователям. Автор, будучи историком, в первой части своей работы «Законодательство Драконта» уделяет особое внимание историческому контексту греческого права, а во второй части «Законодательство Солона» исследует его религиозный аспект.

К.Ф. Загоруйко КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО 2006.01.009. ВОЛКОВА Н.С., ХАБРИЕВА Т.Я. ПРАВОВЫЕ ПОЗИЦИИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПАРЛАМЕНТ/ Инт законодательства и сравн. правоведения при Правительстве РФ. – М.: НОРМА, 2005. – 175 с.

В монографии исследуются правовые позиции Конституционного Суда РФ по вопросам статуса и функционирования Федерального Собрания РФ. Отмечается, что термин «правовая позиция Конституционного Суда» прочно вошел в понятийный аппарат юридической науки и практику Конституционного Суда РФ и стал необходимым элементом его деятельности. Правовые позиции представляют собой судебную интерпретацию правовых понятий, норм, принципов, институтов. Облекаясь в форму решений, они становятся источником права и в таком качестве оказывают непосредственное влияние на сферу конституционноправовой действительности. Вместе с тем в науке до сих пор не выработано единого мнения о том, можно ли считать решения Конституционного Суда РФ источником права. Авторы монографии рассматривают их в качестве таковых. Конституционный Суд РФ, пишут они, являясь источником права, выполняет определенную законотворческую функцию как негативного (когда речь идет об отдельных категориях казуального толкования), так и позитивного (в случаях дачи нормативного толкования) свойства.

В системе источников парламентского права России решения Конституционного Суда РФ и содержащиеся в них правовые позиции представляют собой массив правил судебнопрецедентного характера, направленных на обеспечение в соответствии с духом и буквой Основного закона реализации законодательных положений, регламентирующих парламентскую деятельность. Более полное понятие «правовые позиции» авторы дают во второй главе: «Правовая позиция Конституционного Суда РФ представляет собой результат деятельности Суда по осуществлению толкования конституционных положений и соотносимых правовых норм, отражающий аргументированные суждения и выводы Суда по конкретным конституционноправовым проблемам, из которых Суд исходит в решениях» (с. 34).

Книга состоит из пяти глав, введения и заключения. Соответственно рассматриваются следующие темы: понятие и роль парламентского права; влияние Конституционного Суда РФ на развитие парламентского права; функционирование Федерального Собрания РФ в правовых позициях Конституционного Суда РФ, а также парламентское право субъектов РФ в правовых позициях Конституционного Суда РФ и конституционных (уставных) судов субъектов РФ.

Основные теоретические подходы к изучению парламентского права, изложенные в первой главе, авторы обозначили следующим образом.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 30 |




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.