WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 |

Н. Е. Осипов

Формационный

и цивилизационный аспекты анализа категории “производительные силы” общества

Прежде всего отметим многозначность понятия “общество”. Ю. И. Семенов выделяет следующие пять научных смыслов данного термина: “Первое – конкретное отдельное общество, представляющее собой относительно самостоятельную единицу исторического процесса. Общество в таком понимании я буду называть социальноисторическим организмом, или сокращенно – социором. Второе – пространственно ограниченная система социальноисторических организмов, или социорная система. Третье значение – все когдалибо существовавшие и ныне живущие социальноисторические организмы вместе взятые – человеческое общество в целом. Четвертое – общество вообще, безотносительно к какимлибо конкретным формам его реального существования. Пятое – общество вообще определенного типа, например, феодальное общество или индустриальное общество” [1 Семенов Ю. И. Всемирная история как единый процесс развития человечества во времени и пространстве // Философия и общество. 1997. № 1. С. 160–161.].

Хотя здесь 3е и 4е значения почти совпадают, тем не менее, оба они соответствуют наиболее общему (всеобщему) пониманию общества как объективной реальности. На этом уровне общество представляет собой, хотя и специфическую, но все же бесконечно малую часть бесконечно Великой природы, Космоса (универсума). Своеобразие социума носит пока онтологический характер, ибо сознание как наиболее универсальный отличительный признак всего общественного, само является лишь атрибутом материи. Назовем данный ранг иерархии уровней рассмотрения общества бытийным, ибо природа и общество равно существуют, независимо от их специфичности. Субъектом выступает природа во всех ее бесконечных проявлениях, а движущими силами являются ее законы и процессы. Ареной действия служит весь Космос, а временем – бесконечность (вечность).

Уже на данном уровне можно констатировать тезис о том, что, являясь частью природы, общество подчиняются действию ее законов. Они проявляют себя везде и всегда, несмотря даже на сознательную природу человеческой деятельности, как фундаментальной причины созидания социальной реальности. Такое понимание соотношения природы и общества имеет прежде всего мировоззренческий смысл. Его необходимо конкретизировать и раскрывать на “иных этажах” социальной теории не на бытийном, а, скорее, на событийных уровнях рассмотрения исторического процесса (теперь уже не естественной истории, а истории самого общества).

Этот уровень (более “приземленный”) рассмотрения предполагает обращение к целому кругу субъектов, движущих сил и факторов социального развития. Все они в процессе непрерывного и многогранного взаимодействия образуют разноликую и красочную панораму всемирной истории. Вот здесь то и находится сфера применения в социальной философии методов формационного и цивилизационного подходов. Однако шкала теоретического объяснения социальных процессов у них всетаки различна. Формационный подход применим ко всей истории человечества. Субъектом выступает все человечество на протяжении сотен и тысяч поколений людей, живших в далеком прошлом и творящих историю в наши дни (3е значение термина “общество” по классификации Ю. И. Семенова).

Согласно методологии материалистической диалектики, примененной к нашей проблеме, время определяется спецификой, масштабом, сложностью материальной системы и динамикой ее развития (движения). Поэтому у человечества в целом как грандиозной материальной системы, находящейся в постоянном изменении, безусловно, есть свое время. Сроки ее бытия во многом зависят не столько от естественных законов, в ансамбль которых оно интегрировано, сколько уже от социальных законов. Впрочем, последние, как уже отмечалось, в конечном счете, являются продолжением законов природного универсума. Несмотря на это, каждая наука, в том числе и философия как рациональная мировоззренческая система, стремится сформулировать законы бытия своего предмета исследования. Одним из таких законов в рамках исторического материализма является закон поступательного развития человечества, ступенями которого и выступают общественные формации. Обвинения в формационной теории, как слишком жесткой и искусственной схемы, в определенной мере справедливы, если подходить к историческому процессу с мерками цивилизационного подхода (это ведь иной уровень философского осмысления развития общества).



Но, с другой стороны, несомненным фактом является и то, с чем вынуждены согласиться и оппоненты марксизма, что человечество за время своей социальной истории прошло большой путь развития, который оценивается многими в целом как прогресс. Основанием прогресса человечества является развитие материального производства – источника предметного богатства – как субстрата роста общественного организма (Г. Спенсер). Правда, само развитие производственной мощи в современном мире вызывает в разных философских направлениях почти диаметрально противоположную оценку – от явно пессимистической до радужно оптимистической. “Яблоком раздора” является не сами по себе научнотехнические и производственные возможности человечества, а, скорее, гуманитарные последствия их реализации, влияния на непроизводственные аспекты бытия человека – нравственность прежде всего, а также на другие стороны его духовной жизни. Так или иначе, но поступательное развитие производительных сил общества является бесспорным.

Следствием же прогресса последних выступают производственные отношения, образующие их социальноэкономическую форму. Повторяя “азбуку” исторического материализма, скажу, что диалектическое взаимодействие производительных сил и производственных отношений, сформулированное в законе их соответствия, определяет установление в обществе конкретноисторического способа производства – основания любой общественной формации.

В настоящее время цивилизационная парадигма превратилась в господствующую методологическую установку отечественных обществоведов, я бы сказал, в своего рода теоретическую моду. Но мода, как известно, “дама капризная”; она проходящая, тем не менее доставляет новый опыт восприятия мира. Цивилизационный взгляд на исторический мир добавляет свежих красок в палитру его картины, однако не отменяет методологической значимости теории формаций.

В свое время великий русский химик профессор А. Бутлеров заметил, что даже самая хорошая теория есть лишь некоторое приближение к действительности. Это утверждение как нельзя лучше выражает гносеологическую ценность формационной и цивилизационной теорий. Эмпирическое многообразие исторического процесса – объект познания обширного круга социальных наук. Каждая из них изучает свой аспект этого процесса. Такой подход к социальной действительности предполагает создание теоретичес ких конструкций, образующих понятийный аппарат, как средство познания. Без такой гносеологической установки социофилософ рискует “утонуть” в океане фактологического материала, утратив общее направление исследования. Это вовсе не схоластика, когда одним из принципов систематизации научных категорий является стремление теоретика построить определенный понятийный ряд, “организующий” некоторым образом обширный материал наблюдений. Такой принцип позволяет представить некую теорию как несколькоуровневую концептуальную систему, где каждое понятие работает на своем месте.

Для К. Маркса при анализе человеческой истории определяющей была методология сведения индивидуального к общесоциальному, типическому для многих конкретных социальноистори ческих организмов. Для цивилизационной же методологии “верхним” пределом обобщения является типическое для отдельного социора или же их сообщества (цивилизации). Таким образом, на том, чем заканчивается цивилизационный подход, формационный не останавливается. Он идет дальше, фиксируя не только то, что различает цивилизации (а это, прежде всего, социальнокультурные черты), а преимущественно то, что их объединяет, что составляет основу их существования, а следовательно, их самобытности.

Любое общество, независимо от его своеобразия, живет в определенной среде и вынуждено производить материальные блага (пусть даже это первобытный, локальный коллектив с присваивающим типом хозяйства). Научный анализ этого непреложного факта истории позволил выработать целый ряд философских категорий, составивших основу историкоматериалистического объяснения развития человечества. Среди них центральное место занимают такие, как “производительные силы”, “производственные отношения”, “способ производства”, “базис”, “надстройка”, “общественное бытие”, “общественное сознание” и др. К этому ряду социальнофилософских понятий относится и категория общественной формации. Она выполняет роль своеобразного теоретического узла, связывающего остальные категории в систему, дающую представление об обществе как целостном образовании, а истории – направленном закономерном процессе.





Формационный анализ акцентирует внимание на определении субстанции жизни общества, видя ее в способе производства и основных сферах социального бытия, в конечном счете детерминируемых этой субстанцией. Цивилизационный подход же исходит из необходимости понимания специфики различных сторон жизни отдельных обществ и их групп. Это уровень проявления самой субстанции в различных формах социальной жизни человека: культуре, политике, духовной сфере, быту, труде и т. д. А последнее – в каждом конкретном случае неповторимо, своеобразно. Причем в центре внимания такого рассмотрения находится тип человека, личности в определенном обществе, существующем в конкретноисторическое время и в конкретном месте, что предполагает учет не только его внутреннего состояния, но и его социального, природного окружения (среды). На первый план здесь выходит индивидуализирующий метод, метод теоретического синтеза, результатом применения которого является представление о социальности человека, как характерного представителя определенного общества (цивилизации). В отличие от субстанционального (формационного) подхода к истории, цивилизационный метод можно назвать субстратным, дополняющим и конкретизирующим в целом первый (субстанция и ее модусы – Б. Спиноза) [2 Кстати, у К. Маркса в “Капитале” имеется цивилизационная характеристика типичного представителя буржуа и пролетария в период раннего капитализма – эпохи утверждения индустриального общества в Европе.].

Конечно, человек живет не для того, чтобы только потреблять материальные блага. Такая позиция понимания сущности человека не отвечает высшим ценностям и идеалам. Творческая природа человека, наделенного “высшим даром” – сознанием, проявляет себя в самых разных областях социального бытия. Более того вещный мир, создаваемый материальным производством (вторая природа) – лишь необходимые средства реализации потенций человека в культуре, в сфере духа. Следовательно, надо быть, чтобы жить во всех разнообразных проявлениях социального бытия.

В ряду социальнофилософских категорий, раскрывающих общеисторический статус материального производства, центральной является категория производительных сил общества. Она относится к числу абстракций высшего порядка, выражающей наиболее общие характеристики жизни общества в хронологических и топологических масштабах всей человеческой истории. Одна из “старейших” и, казалось бы, устоявшихся в социальной теории категорий, она стала предметом оживленного обсуждения в отечественной социальнофилософской и экономической литературе. Одним из стимулов к тому послужило стремление обществоведов теоретически осмыслить такой глобальный феномен как научнотехнический прогресс. В ходе дискуссий была высказана идея о превращении науки в непосредственную производительную силу общества, которая, строго говоря, в общем виде содержалась уже в теоретическом наследии К. Маркса. В результате обсуждения многими делался вывод о том, что наука является самостоятельным элементом производительных сил наряду с человеком (работником) и средством труда.

На протяжении всего XX века с некоторыми временными промежутками в обществоведческом сообществе поднимался вопрос об элементном составе производительных сил, их структуре. Еще в первой половине века минувшего это выразилось в стремлении включить в систему производительных сил предмет труда. Последний непосредственно входит в процесс производства как объект технологического воздействия работника, от качества и ряда характеристик которого существенно зависит производительность самого труда. Осознание этого факта привело в конце концов к стремлению некоторых авторов “расширить” предмет труда до масштабов всей географической среды (комплекса природных условий), к рассмотрению природных факторов в их единстве с производительными силами. По их мнению, такое объединение природы и производительных сил в рамках социальнофилософского понимания человеческой истории отвечало бы своим содержанием категории “базис общества”.

Pages:     || 2 | 3 | 4 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.