WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 22 |

Министерство внутренних дел Российской Федерации

Уральский юридический институт

ПРАВОВЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

Выпуск 10

Актуальные проблемы

истории, политики и права

Часть II

200летию МВД России посвящается

Екатеринбург

2002

ББК 60

А437

А437

Актуальные проблемы истории, политики и права: Межвузовский сборник научных статей. Часть II – Екатеринбург: Издво Уральского юридического института МВД России, 2002. – 107 с.

ISBN 5884370962 Ответственный редактор А.И. Дуров, кандидат юридических наук, доцент В сборник вошли выступления участников "круглого стола" по актуальным проблемам истории, политики и права.

Данная работа предназначена для преподавателей, адъюнктов и курсантов.

В материалах сохранено авторское изложение и выполнены лишь необходимое техническое редактирование и сокращения.

Печатается по решению редакционноиздательского совета Уральского юридического института МВД России.

ББК ISBN © УрЮИ МВД России, Константинов С.И., доктор исторических наук, профессор Академия военноисторических наук Правовые основы чинопроизводства офицерского корпуса армии А.В. Колчака В годы гражданской войны Поволжье, Урал и Сибирь явились одним из основных плацдармов антибольшевистского движения в России. Здесь сформировались крупные вооруженные силы, насчитывающие в своих рядах сотни тысяч рядовых и десятки тысяч офицеров и генералов. Можно поразному относиться к их политическим убеждениям, миропониманию, целям участия в гражданской войне. Но чтобы делать какиелибо выводы, нужно, по крайней мере, знать, что из себя представляли эти люди, каков был их жизненный путь, основные вехи биографии. Именно эти вопросы, особенно касающиеся офицерского корпуса белых армий, наша историческая литература обходила вниманием.

Ошибочно мнение, что основу вооруженных сил антисоветских правительств на востоке страны составляло офицерство. По данным бывшего командующего 5й Красной армии Восточного фронта Г.Х. Эйхе в армии адмирала А.В. Колчака, насчитывающей к лету 1919 г. до 450 тыс. человек, числилось всего около 17 тыс. офицеров и генералов [1 См.: Эйхе Г.Х. Опрокинутый тыл. М.,1966. С. 141; Он же. Уфимская авантюра Колчака. М., 1960. С. 291. Возможно, имеется в виду число офицеров непосредственно на фронте. По другим данным всего было их около 30 тыс. (См.: Кавтаразе А.Г. Военные специалисты на службе Республики Советов 1917–1920 гг. М., 1998. С. 170).]. При этом дивизиями и корпусами в 1919 г. не командовал ни один из генералов старой русской армии. Это были офицеры, ставшие в ряды "белых" в чинах не выше полковника и произведенные в генералы приказами Комитета членов Учредительного собрания (Самарского Комуча), Главкома Уфимской директории В.Г. Болдырева и Верховного Правителя и Верховного Главнокомандующего А.В. Колчака.

Наиболее ценную и подготовленную часть офицерского корпуса старой армии составляли офицеры Генерального штаба: успешно окончившие полный курс Академии Генерального штаба (с 1909 г. она стала именоваться Императорской Николаевской военной академией, далее – Военная академия); "причисленные" к Генеральному штабу или "переведенные" в него [2 Подробнее см.: Кавтарадзе А.Г. Указ. соч. С. 181–183.]. Перед названием чина этих офицеров добавлялись слова "Генерального штаба".

Всего в корпусе Генерального штаба РККА в 1918–1920 гг. служили 639 "лиц Генштаба". В белых и других армиях служили 750 генштабистов. Из них свыше 700, примерно поровну, – в деникинской и колчаковской армиях. Причем в первой из них служили преимущественно генштабисты, состоявшие в корпусе офицеров Генерального штаба, а в армии А.В. Колчака – семь восьмых составляли офицеры ускоренных выпусков из Военной академии, "переведенные" в Генеральный штаб в 1918–1919 гг. [3 См.: Там же. С. 196–197.] Как показывают архивные документы, в вооруженных силах антисоветских правительств на востоке страны основанием для производства и установления старшинства в чинах офицеров служило, как правило, законодательство старой русской армии.



Но гражданская война вносила и свои коррективы. Например, приказом Комуча № 255 от 24 августа 1918 г. В.И. Лебедев, "поручик русской службы со старшинством с 15 февраля 1905 г., и лейтенант французской армии, товарищ (заместитель. – авт.) Управляющего Военным ведомством, как имеющий 3летний боевой стаж на Французском фронте на соответствующих должностях, переименовываются в подполковники". В тот же день приказом № 256 "за исключительную энергию и деятельность по организации Народной армии подполковник Лебедев производится в чин полковника со старшинством с 6 августа". [4 Российский государственный военный архив (РГВА), ф. 39 551, оп. 1, д. 15, л. 69.] В армии А.В. Колчака, произведенного из вицеадмиралов в адмиралы Указом Совета министров Временного Сибирского правительства 18 ноября 1918 г. [5 См.: Государственный переворот адмирала Колчака в Омске 18 ноября 1918 г.: Сб. док. Париж, 1919. С. 9.] (в день переворота), производство офицеров основывалось и на Своде военных постановлений 1869 г., и на приказах по Военному ведомству, отданных в 1914–1917 гг. В Омске в 1919 г. был даже издан "Сборник приказов по военному ведомству о преимуществах дарованных за войну 1914–1918 гг. строевым офицерским чинам". [6 См.: РГВА, ф. 39 466, оп. 1, д. 13, л. 31.] Февральская и Октябрьская революции 1917 г., естественно, породили много правовых проблем, требовавших разрешения. В марте 1919 г. междуведомственной комиссией при Юрисконсультской части Управления делами Верховного Правителя и Совета министров был разработан законопроект "О правах и обязанностях состоявших на службе Временного Правительства к моменту большевистского бунта" [7 См.: Там же, д. 3, л. 37.]. Согласно ему "все офицеры, находящиеся на действительной службе (в армии А.В. Колчака. – авт.), считаются и ныне состоящими на службе, если они не были уволены законной властью". При этом за офицерами не сохранялась, конечно, должность. Находящиеся "вне территории, подвластной Российскому правительству, должны явиться в 2месячный срок".

Интересны "Правила о производстве в чины и о награждении генералов, штаб и оберофицеров, военных врачей и чиновников" [8 См.: Там же, д. 13, л. 63–64; д. 31.]. В соответствии с ними "все производства в чины, совершенные различными правительствами, существовавшими до образования Единого Российского Правительства, должны быть представлены... на утверждение Верховному Правителю... За участие в тайных организациях никаких преимуществ на ускоренное производство не устанавливать.

Офицеры, принимавшие активное участие в свержении большевиков, могут быть представлены к наградам, но как за боевые отличия, с описанием подвига... Так как армия должна быть вне политики (приказ по Военному ведомству сего года № 68), то и приказ по Военному ведомству 1917 г. за № 369, изданный Министерством Керенского, о принятии вновь на службу и о производстве в чины в сравнение со сверстниками офицеров, уволенных из армии за свои политические убеждения, отменяется... Распространить льготные правила о производстве в чины и о даровании старшинства, установленные в минувшую войну с АвстроГерманией, и на период настоящей кампании, но со строгим соблюдением правил, объявленных в соответствующих приказах…" Тем не менее, на практике отдавались и новые, дополнительные приказы. Так, приказом по Сибирской армии № 45 от 14 августа 1918 г. предписывалось "повышение в званиях временно производить властью начальников дивизий, а производство в первый офицерский чин – приказом по армии" [9 Государственный архив Омской области, ф. 355 с/75: Приказы по войскам Сибирской армии. Приказ № 45.]. "В дополнение приказа от 28 мая 1919 г., – говорится в приказе А.В. Колчака от 13 июля 1919 г. № 159, – предоставляю командующим армий и отдельных корпусов право производить оберофицеров в следующие чины, до капитанов включительно, не только за боевые отличия, но и за выслугу лет (только на театре военных действий)" [10 РГВА, ф. 39 483, оп. 1, д. 3, л. 8.]0.

По мере поражений, в попытке поддержать моральный дух войск, правила чинопроизводства не ужесточались, а наоборот. Так, после перехода по льду Байкала, который генерал К.В. Сахаров со свойственной ему склонностью к идеализации назвал апофеозом Сибирского Ледяного похода [11 См.: Сахаров К.В. Белая Сибирь. Мюнхен, 1923. С. 242.]1, по войскам Восточного фронта "белых" в г. Мысовске (ныне г. Бабушкин) 12 февраля 1920 г. был издан приказ № 12. В нем говорилось, что все штаб и оберофицеры производятся в следующий чин, а солдаты по представлению офицеров производятся в подпрапорщики и прапорщики [12 См.: РГВА, ф. 39 483, оп. 1, д. 21, л. 5. ]2 (напомним, что это первый офицерский чин в военное время).





Ускоренное производство, а также хронический некомплект офицеров, достигавший в действующей армии 40 %, привел к тому, что во главе частей и соединений оказались совсем молодые люди, не имевшие ни военного образования, ни боевого опыта. Имея в виду Сибирскую армию, которой командовал генераллейтенант Р. Гайда, начавший Первую мировую войну фельдшером, а затем унтерофицером, военный министр генераллейтенант старой армии А. Будберг записал в дневнике 8 мая 1919 г.: "Трудно было ожидать полководческих талантов и приличного понимания широкого военного дела от бывшего австрийского фельдшера и подчиненных ему 28–30летних генералов, видевших настоящую войну в роли взводных командиров. Пришлось увидеть, что руководство операциями целых армий находится в руках младенцев, очень дерзких и решительных, но смотрящих на дело со ступеньки ротного командира и думающих только о своем приходе и о своих фантазиях" [13 См.: Дневник белогвардейца. Новосибирск, 1991. С. 242.]3.

Исход сражений на Восточном фронте подтверждает справедливость слов военного министра.

Тараборин Р.С., кандидат юридических наук УрЮИ МВД России У истоков систематизации гражданского законодательства в России во второй четверти XIX века На протяжении второй половины XVII в., после принятия Соборного Уложения 1649 г,. в российском государстве было узаконено множество различных правовых актов. Хаотичность, неупорядоченность, казуальность, нередко противоречивость принятых в различное время законов вызывали затруднения в правоприменительной деятельности. Поэтому с начала XVIII в. в России остро стоял вопрос о необходимости систематизации законодательства.

В период с 1700 по 1826 гг. в Российском государстве в разное время образовывались и действовали десять законодательных комиссий. Деятельность всех комиссий находилась на грани сочинения новых законов и лишь обобщения, систематизации ранее принятых, действующих узаконений. Как правильно отмечал М. Шимановский, "...одни имели целью составить только Свод Законов действующих без всяких исправлений, другие же предполагали сочинить новое Уложение" [1 Шимановский М. Правая часть десятого тома с ее историческими основаниями. Казань, 1870. Т. I. С. 13.]. Но несмотря на продолжительную работу систематизационных комиссий, труды их оставались почти совершенно бесплодными.

Видный государственный деятель того времени М.М. Сперанский, посвятивший многие годы составлению законов, неудачу видел прежде всего в недостатке людей, подготовленных к подобной работе [2 Бычков А.Ф. К пятидесятилетию IIго отделения Собственной е. и. в. канцелярии // Русская старина. 1876. Т. XV. С. 433.]. Барон М.А. Корф считал, что в комиссии составления законов "...не только почти никто из ее чиновников ничего не делал, но немногие из них имели и способность чтонибудь делать" [3 Корф М.А. Жизнь графа Сперанского М.М. СПб., 1861. Т. II. С. 312.]. Император Николай I полагал, что "...недостаток результатов происходил главнейше от того, что всегда обращались к сочинению новых законов, тогда как надо было сперва основать старые на твердых началах" [4 Речь Николая I, произнесенная им на заседании Государственного Совета 19 января 1833 года, когда Совету был предложен на утверждение Свод законов // Там же. С. 300.].

Несомненно, все указанные мнения посвоему верны. Действительно, в то время в России крайне мало было квалифицированных юристов, способных привести действующее законодательство в единую стройную систему. Притом недостаточная подготовка, отсутствие надлежащего образования чиновников законодательных комиссий неизбежно приводили к невозможности спланировать и реализовать необходимые мероприятия, вследствие чего систематизация законов оставалась недостижимой. Представляется, что на работе комиссий негативно сказалась совокупность факторов, которые практически неизбежно приводили к неудачам.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 22 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.