WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 |

МОСКОВСКИЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

Р Е Ф Е Р А Т

на тему

ИЗОБРЕТЕНИЕ ЯЗЫКА:

КОНЦЕПЦИИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ЯЗЫКА ОТ ДЕМОКРИТА ДО А. СМИТА Составила: Трофимова Ю. В., гр. 21А7 1998 г.

Оглавление Понятие языка. Первоначальные формы его выражения 2 Демокрит и эпикурейцы 2 Витрувий 7 Проблема происхождения языка в свете эпохи Возрождения 7 Теория общественного договора Т. Гоббса 8 Этапы становления речи (Пьер Луи Мопертюи). Концепция Э. Кондильяка 9 Стихийностя возникновения языка (Ж.Ж. Руссо) 11 "Соображения о происхождении и формации языков" А. Смита 13 Концепция В. Вундта 14 Корни языка в физических действиях 17 Заключение 19 Список литературы 21 Понятие языка.

Первоначальные формы его выражения Язык – наиболее объемлющее и наиболее дифференцированное средство выражения, которым владеет человек, и одновременно высшая форма проявления объективного духа. Язык родился из естественных звуков. Уже каждый крик – своего рода язык. Человек трудился над совершенствованием этого важного, хотя еще и весьма примитивного средства общения, стремясь придать крику некую форму. Крик при этом распадался на свои составные части; так появился ряд звуков, которые сначала являлись только особыми звуковыми оттенками крика. Звуки обособлялись от крика, опять срастались в звуковые образования и превращались в основы слов, при этом пантомимический характер звуков играл решающую роль. Такой звуковой комплекс, как, например, "хо", мог уже столь отчетливо отличаться от других звуковых комплексов ("ха", "хе" и т.д.), что возникала привычка связывать его с наличием и появлением какогото определенного предмета. Поэтому, когда появлялся этот предмет, появлялся как бы сам по себе и в одной и той же форме этот звуковой комплекс. Данный процесс обратим: восприятие звукового комплекса влечет за собой возникновение представления о предмете. Звуковой комплекс превращается в магическое слово, обладающее способностью совершать колдовство с предметом (в мышлении первобытных народов представления и реальность еще весьма и весьма различаются). Язык еще и сегодня рассматривается в некоторых случаях как обладающий магической силой ("заговаривание", заклинание, молитвы и т.д.).

Демокрит и эпикурейцы Демокрит связывал возникновение языка с образом жизни первобытных людей и с их нуждами. Он так представлял себе возникновение человечества. Сначала у людей была жизнь, похожая на звериную. Они вразброд выходили на пастбища и питались травой и плодами деревьев. Страх перед зверями заставил их объединиться и помогать друг другу. Голос их первоначально был нечленораздельным и бессмысленным, но постепенно они перешли к членораздельным словам, устано­вив друг с другом символы для каждой вещи, и тем самым создали средство для изъяснения относительно всего. Хотя, как мы помним, Платон устами Сократа назвал грубым соображение о договоре между людьми именовать так или иначе вещи. Для Платона, создателя мира идей и государства философов, древние люди были ничтожными и неспособными ни придумать имена, ни договориться об их значении. Договорная гипотеза, предполагающая естественное, на основе человеческих потребностей появление имен, более созвучна материалистическому мировоззрению. И впервые она была сформулирована за век до платоновского "Кратила" знаменитым философомматериалистом античности Демокритом (V—IV вв. до н. э.). Его энциклопедические знания, глубина мышления, широта философского охвата вопросов (по словам Аристотеля, он "размышлял обо всем") создали ему большой научный авторитет среди философов. Вместе со своим учителем Левкиппом он является основоположником философии атомизма и детерминизма.

В этом рассуждении нетрудно усмотреть постановку научной задачи: как произошел переход от нечленораздель­ных, неосмысленных звериных звуков к членораздельному изъяснению слова. Мы не знаем, пытался ли Демокрит ответить на этот вопрос, но то, что он сделал его очевидным. для нас вне сомнений.

Приведенные рассуждения Демокрита легко объясняют разнообразие языков и племен. Поскольку люди составляли слова случайным образом (а не "по природе вещей"), постольку в разных человеческих объединениях создавались разные языки. Объединения людей, разбросанные по всему миру, положили начало разным племенам с их "разнозвучными" языками.



Эпикур и эпикурейцы, продолжая традицию Демокрита, внесли свои добавления и уточнения в договорную теорию. Эпикур, например, полагал, что прежде, чем племена установили обозначения вещей, у них развились особые способы выдыхания воздуха. Дело в том, что человеческая природа вообще и впечатления людей в особенности испытывают сильное воздействие окружающих вещей и местности, где живет племя. Особенные впечатления, испыты­ваемые людьми разных племен, вызывают особое выдыхание воздуха, что и привело впоследствии к появлению различных языков, а не просто случайность установления имен, как полагал Демокрит. Однако простое выдыхание воздуха оказалось плохим средством "взаимосообщения", так как оно было двусмысленным и недостаточно сжатым. Чтобы отделаться от этих недостатков, люди племен "сообща установили особые обозначения" (задержим внимание на этой аргументации Эпикура: люди сообща и сознательно — хотя, с современной точки зрения, последнее не принципиально — избавлялись от того, что мешало им в общении, а не только в "изъяснении" себя или вещей: двусмысленность приводит к непониманию собеседника, длинноты — к неэкономному расходу энергии говорящего и утомлению слушающего, что выражается в одном из принципов функционирования языка — сжатием звуковой и смысловой стороны языковых выражений; аргументацию Эпикура можно назвать первым в истории философии обращением к процессу коммуникации).

Кроме слов, установленных для вещей, люди изобрели слова для абстрактных понятий или таких вещей, которые нельзя воспринять, например атомы. Это явилось результа­том того, что разум уточнил переданное человеку природой и "открыл коечто сверх этого".

Уже эпикуреец Диоген из Эноанды (II в. н.э.) выступил с резкой критикой идеи "установителя имен". Тот довод, который Платон скрытно подразумевал в рассуждениях Сократа (установитель имен должен был бы сначала познать сущность всех вещей, а затем создать все имена, что невозможно), Диоген высказал явно: вопервых, до установления имен не было ни звуков, ни букв и создавать имена было не из чего; вовторых, невозможно одному собрать такое множество имен, а если он и соберет, то "смешнее всего смешного обучать людей словам, прикасаясь указкой к каждой вещи, и приговаривать, что это пусть называется камень, это — дерево и т. д.".

Глубокие мысли высказывает и другой эпикуреец — Лукреций Кар (ок. 98—55 до н.э.), поэт и философматериалист, автор знаменитой поэмы "О природе вещей", где излагается атомистическое учение. Он, как и Диоген, критикует "установителя имен". Как можно предполагать, риторически ставит вопрос Лукреций, что какойто один человек был способен "обозначить вещи все голосом" и "расчленять языком своим звуки", а остальные люди этого делать не умели? Откуда мог узнать установитель слова, которых люди еще не применяли? Люди бы просто не потерпели человека, поучающего их непонятным звукам.

Как же, по мнению Лукреция, мог возникнуть язык? Здесь он, возможно, первым выдвигает гипотезу, которая впослед­ствии была названа эмоциональной. Выражать названия предметов заставила человека нужда в общении, удовлетво­рению которой послужили язык и голос. Впечатления человека от вещи вызываются не просто чемто увиденным им, а "осознанием свойств, ему в пользу служащих" (очень важное утверждение, до сих пор иногда плохо понимаемое философами и лингвистами). Отсюда понятно, что человек эмоционально воспринимал полезные (или вредные) свойства. Показав на примерах, какие разнообразные звуки, связанные с переживаниями, могут произносить животные, Лукреций заключает:

Стало быть, если различные чувства легко могут вызывать У бессловесных зверей издавание звуков различных, То уж тем более роду людей подобало в ту пору Звуками обозначать все несхожие, разные вещи [1 Античные теории языка и стиля. М.; Л., 1936, с. 68.].

Как и у Эпикура, у Лукреция человеческая речь, прежде чем быть созданной людьми, прошла некоторый предвари­тельный, "физиологический" этап – этап эмоциональных криков, которые связывались с впечатлениями от воздействующих на человека вещей и становились их обозначениями. В дальнейшем люди сами стали "конструировать" имена соответственно впечатлениям, которые производили на них вещи. Методы такого "конструирования" излагает Сократ в "Кратиле", когда строит свои этимологии и выводит первые имена. Видимо, как раз атомисты—линия Демокрита—Эпи­кура — здесь и имеются в виду.





Поскольку речь — материальные звуки, перенести на их строение принцип создания из мельчайших тел (атомов) все более и более крупных было бы естественно. Как и атомы, буквы различаются формой (А и Р), положением (Р и Ь) и порядком (АР и РА). Подобно тому как изменение этих свойств атомов приводит к изменению всей вещи, из них состоящей, так и изменение в буквах приводит к новым словам. Вот как Лукреций иллюстрирует этот атомистичес­кий тезис:

Много имеет значения, как сочетаются тельца Эти первичные и в положеньи каком пребывают, Также какое движение друг другу дают и приемлют, Так что, чутьчуть изменив сочетанья, они образуют Пламя из дерева. Это и в самих словах мы заметим. Звуками мы отличаем понятия ligna (дрова) от ignes (огни), В буквах почти одинаких слегка изменивши порядок [2 Там же, с. 66.].

Вполне возможно, что ктото из атомистов предположил, что для отдельных ощущений от вещей — вторичных ка­честв — можно подобрать такие звуки (буквы), которые более всего подходят по вызываемым ими ощущениям к тем, которые вызываются вещами. Отсюда сократовские примеры в "Кратиле"; r (r) "подражает" движению и порыву, i (i) — всему тонкому, 1 (l) — скользкому и гладкому и т. д.

Подобрав буквы для вещи, люди соединяли их в слоги и слова, может быть, по принципу подобия, как атомы соединяются в более сложные тела. Естественно, что слоги и слова различаются или формой букв, или их положением, или порядком. Из слов образуются словосочетания и затем предложения — механическое "сплетение имен". Таким образом, слова приобретают и "сохраняют свой склад, сохраняют фигуру", как выражается Лукреций.

Витрувий К точке зрения эпикурейцев на происхождение языка примыкают высказывания римского архитектора, соратника Юлия Цезаря, Витрувия (1 в. до н.э.). В трактате "Об архитектуре" Витрувий, как и многие античные философы, придерживался идеи общественного прогресса. Противопо­ложное мнение состояло в том, что древние люди жили в золотом веке, и последующее их существование только ухудшалось.

Древние люди, по мнению Витрувия, жили, как звери в лесах и пещерах, питаясь дикой птицей. Но однажды ветер раскачал деревья, и от трения их сучьев разгорелся огонь. Привыкнув к нему, люди поняли его пользу: он давал тепло их телу. Собравшись у огня, они поддерживали его и знаками приглашали других погреться. Так возникли первые "сбори­ща" людей. Своим дыханием они производили различные звуки, из которых под воздействием ежедневной практики употребления были установлены "какие пришлось" слова, а затем частое употребление вещей потребовало и употребления слов, т.е. люди "самопроизвольно" начали говорить. Таким образом, Витрувий различает два этапа: установление слов людьми и употребление их в речи, которая возникла "самопроизвольно", стихийно, из потребности в общении.

Проблема происхождения языка в свете эпохи Возрождения После древнегреческой философии интерес мыслителей к проблеме происхождения языка резко упал изза господства в науке богословских, в частности библейских, представлений. Однако эпоха Просвещения, расцвет которой приходится на XVIII в., возродила вновь эту проблематику. Особенно много внимания уделили ей французские просветители. Отход от теологического понятия о богоданности языка происходил постепенно. В XVII — начале XVIII в., когда в Германии в ответ на вопрос Берлинской академии о происхождении языка многие мыслители еще отстаивали идею чуда, во Франции начали раздаваться голоса материалистически мыслящих ученых в пользу человеческого, естественного начала речи.

Это была эпоха первой промышленной революции, распространения книгопечатания (первый печатный станок И. Гутенберга — XV в.), механического ткацкого станка и паровой машины (XVIII в.), это была эпоха антифеодального, буржуазного просвещения с его сильным всплеском интереса к человеческой природе, к естественным возможностям и правам человека.

Pages:     || 2 | 3 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.