WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     || 2 | 3 | 4 |

И. М. Кобозева

СЕМАНТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ

АНАЛИЗА ПОЛИТИЧЕСКОЙ МЕТАФОРЫ

Феномен метафоры изучается со времен Аристотеля, но, кажется, последнее слово о ней не будет сказано никогда. Не так давно, благодаря Лакоффу и Джонсону, выдвинувшим когнитивную теорию метафоры [Lakoff, Johnson 1980], лингвистическое сообщество с радостным удивлением мольеровского Журдена осознало, что все мы, а не только художники слова, “говорим метафорами”, и даже “живем” ими, воспринимая мир сквозь призму метафорических моделей и соответственно действуя в нем. В результате появилось огромное количество описательных работ, выявляющих и регистрирующих метафорические модели, используемые в обыденной жизни, науке, политике, искусстве, в том числе специальные словари метафор и электронные базы данных. На этом фоне с новой силой зазвучали старые и появились новые вопросы: каковы границы понятия “метафора”, какова процедура идентификации метафоры в дискурсе, как измерить степень стертости метафоры и где та черта, перейдя которую метафора умирает; имеют ли грамматические метафоры тот же потенциал воздействия, что и лексические; как быть со ступенчатостью и альтернативностью метафорической деривации, как проверить “руководящую и направляющую роль” метафоры в мышлении? Свои ответы на эти вопросы давали маститые философы, логики и филологи — и лингвисты, и литературоведы. Спектр возможных подходов к анализу метафоры в рамках научных парадигм XX века хорошо отражает сборник [Теория метафоры 1990] под ред. Н. Д. Арутюновой и с ее же вступительной статьей, дающей не только критический обзор подходов, но и оригинальные ответы на острые вопросы теории метафоры. И все же, как только исследование метафорики переходит из плоскости теоретических построений, оперирующих небольшим количеством характерных примеров, в плоскость создания словаря метафор, по возможности полно отражающего их функционирование в определенных типах дискурса, как на каждом шагу возникают конкретные вопросы, не имеющие готовых решений. Предлагаемые вниманию читателей соображения по некоторым из таких вопросов связаны с участием автора в проекте, предполагающем создание сравнительносопоставительной базы данных по политической метафоре в русской и немецкой печати [1 Проект финансируется немецким научным фондом DFG и осуществляется в Билефельдском университете в Германии. Полное его название “Миры культурных представлений. Контрастивное исследование метафорических моделей в русской и немецкой прессе”.], руководимом проф. Л. Цыбатовым (Инсбрукский университет), и в идейном отношении являющемся продолжением работы, начатой в Институте русского языка РАН А. Н. Барановым и Ю. Н. Карауловым, создавшими БД по русской политической метафоре периода перестройки, на основе которой были выпущены словари [Баранов, Караулов 1991; 1994] [2 А. Н. Баранов также участвует в проекте Л. Цыбатова. Автор пользуется приятной возможностью высказать А. Н. Баранову, ознакомившемуся с тезисами доклада, положенного в основу данной статьи, благодарность за ценные замечания. Благодарю также коллег, принявших участие в обсуждении доклада “Проблемы построения базы данных политических метафор” на Международном семинаре по компьютерной лингвистике и ее приложениям Диалог’2001 4 июня 2001 г. в Аксаково.].

Теоретической основой создаваемой базы служит когнитивная теория метафоры Лакоффа и Джонсона, рассматривающих метафору как способ осмысления сущности некоторого типа (относящейся к областимишени) в терминах понятий, относящихся к сущностям другого, более простого, базового типа (относящимся к областиисточнику). Как и в БД и словарях Баранова и Караулова область источника описывается сигнификативными дескрипторами — словами (или словосочетаниями), репрезентирующими понятия из самых разных семантических полей, а область цели денотативными дескрипторами — выражениями, репрезентирующими политические и социальные феномены. Как сигнификативные, так и денотативные дескрипторы в принципе образуют конечные множества и должны быть организованы в тезаурусные иерархии, отражающие структуру соответствующих областей. Эти иерархии, могут служить отдельными входами в базу. Иерархии сигнификативных дескрипторов А. Н. Баранов называет метафорическими моделями. Образцы таких иерархий предложены в [Баранов, Караулов 1991; 1994], но они не носят окончательного характера и могут дополняться и пересматриваться в ходе расширения базы.



Каждая единица базы содержит шесть типов информации, помещаемой в соответствующие поля. Проиллюстрируем структуру отдельной единицы достаточно простым примером из той части БД, в создании которой автор принимает непосредственное участие — базы метафорических осмыслений Европы в Российской прессе последних лет [3 Контексты для анализа были взяты из “Корпуса текстов по современной публицистике” (23 млн. словоупотреблений), созданного в отделе экспериментальной лексикографии ИРЯ РАН.].

Поле METAPHOR В это поле заносится метафорическое выражение в том виде, в каком оно встретилось в тексте (возможно, в измененной грамматической форме), вместе с минимальным контекстом, в котором проявляется его метафоричность (то есть фокус метафоры вместе со своей рамкой [Блэк 1990, 156]), напр.:

ИДЕОЛОГИЧЕСКИЙ ЦЕМЕНТ Поле SIGNIF_DES Содержит цепочку сингификативных дескрипторов, репрезентирующих концепт метафорического выражения в его буквальном понимании и место его в концептуальной иерархии — метафорической модели. В нашем случае понятие ‘цемента’ c его основной коннотацией ‘связующего вещества’ в качестве вида ‘строительного материала’ входит в метафорическую модель ‘строительство’:

цемент/ связующее вещество /строительный материал / строительство Поле DENO_DES Заполняется цепочкой денотативных дескрипторов, репрезентирующих референт метафоры — сущность или явление, принадлежащее к определенной области политики или многочисленных смежных с ней областей общественной жизни. В нашем случае, как будет ясно из контекста, помещаемого в поле 4, это:

идея/идеология/европейская интеграция/ЕС Соположение записей из 2 и 3 полей дает достаточно очевидную интерпретацию метафоры: некая общая идея должна сыграть в процессе интеграции Евросоюза такую же роль, какую цемент играет при строительстве здания: без такой идеи этот процесс либо вообще остановится, либо интеграция не будет достаточно прочной.

Поле ЕXAMPLE В данном поле приводится текстовый фрагмент из корпуса, достаточный для выявления сигнификативных и денотативных дескрипторов, иногда весьма пространный, но в нашем случае достаточно короткий:

Объединенная Европа в поисках идеологического цемента.

Страх перед войной больше не может служить основой для интеграции.

Остальные три поля фиксируют дату публикации текста, его источник и автора.

После этой по необходимости краткой характеристики создаваемого компьютернолингвистического ресурса, обратимся к нашей основной теме — общезначимым для лингвистического исследования политической метафоры семантическим проблемам, возникающим в процессе его создания, и обоснованию принимаемых по ним решений.

1. Что считать метафорой в политическом дискурсе? Вопрос может показаться странным, если не учитывать, что объем понятия “метафора” варьирует от теории к теории, равно как и критерии метафоричности. При общем согласии в оценке типичных представителей этой разновидности тропов, в отношении периферийных явлений той же природы наблюдаются существенные разногласия (применительно к теории поэтических тропов эти разногласия рассматриваются, например в [Чернец 2001]). Рискнем высказать предположение, что единых критериев метафоричности для разных типов дискурса и не должно быть, поскольку в разных типах дискурса метафора выполняет разные функции. Поясню свою мысль с помощью метафоры (в одном из существующих — достаточно широком — понимании этого термина). Представим себе какойнибудь полифункциональный тип объектов, например, кусок ткани. Из него можно сшить одежду, в него можно чтонибудь завернуть, можно использовать его для впитывания влаги, защиты от солнца и т.д. Тогда в “оберточных” целях в один класс с тканью вполне могут попасть лист бумаги или фольги, но в “одежных” или “впитывающих” вряд ли; губка окажется своего рода тканью, если надо вытереть чтото насухо, но никому не придет в голову рассматривать губку в оберточной функции, и в этом аспекте она не имеет с тканью ничего общего. Метафора тоже полифункциональный объект, и те свойства типичных метафор, которые важны для одних целей могут быть менее существенны для других, а значит изменятся и наборы феноменов, которые могут быть функционально отождествлены с эталонной метафорой.





В поэтическом тексте главной функцией метафоры признается эстетическая (метафора как украшение речи) и активационная (метафора как средство активизации восприятия адресата), тогда как познавательная отходит на второй план. В научном дискурсе на первое место выходит познавательная, эвристическая функция метафоры, позволяющей осмыслить новый объект исследования, опираясь на знания о других типах объектов (ср. метафору химической валентности, использованную для объяснения различающихся по силе типов синтаксической связи, компьютерную метафору человеческого разума и т.п.). Важна для научного дискурса и аргументативная функция метафоры как средства убеждения в правильности (правдоподобности) выдвигаемых тезисов или постулатов (именно в этих целях мы только что ввели метафору полифункционального объекта). В политическом дискурсе метафора также выполняет и эвристическую функцию, служа средством осмысления постоянно меняюшейся политической реальности и формулирования новых политических программ, и функцию аргументативную, служа средством убеждения аудитории в правильности тех или иных политических взглядов. Есть у политической метафоры и функции, не характерные ни для поэтического, ни для научного дискурса. Благодаря своей фигуральности, небуквальности она выполняет прагматическую интерактивную функцию сглаживания наиболее опасных политических высказываний, затрагивающих спорные политические проблемы, минимизируя ответственность говорящего за возможную буквальную интерпретацию его слов адресатом. И наконец, поскольку метафора в политическом дискурсе (в отличие от поэтического) всегда апеллирует к фонду общих знаний, она тем самым создает у партнеров по коммуникации общую платформу, опираясь на которую субъект речи может более успешно вносить в сознание адресата необщепринятые мнения [4 Эти три функции метафоры в политическом дискурсе выделены, в частности в [Chilton, Ilyin 1993].]. Разумеется, и в газетных статьях о политике метафора может служить средством украшения и активизации внимания, но эти ее аспекты здесь не столь существенны и возникают, скорее, в качестве побочного эффекта.

Попробуем теперь определить границы метафоры в политическом дискурсе с учетом его функций. Начнем с оппозиции метафоры и сравнения. Большинство теоретиков сходятся на том, что метафора и сравнение имеют единую когнитивную основу — опрерацию сравнения, или уподобления, устанавливающую отношения сходства или аналогии между двумя сущностями. Конечно, разумно отличать тривиальные суждения о сходстве, заключенные в “буквальных” сравнениях (типа Бородавки похожи на болячки), от нетривиальных, уподобляющих в действительности совсем не похожие друг на друга сущности и создающих “фигуральные”, образные сравнения (ср. Бородавки похожи на афишные тумбы), как это делает Э. Ортони [Ортони 1990]. Только последние относят к тропам и только такие сравнения имеют в виду, говоря со времен Квинтиллиана о метафоре как сокращенном сравнении. В традиционной теории тропов к сравнениям относят выражения, в которых остается хотя бы минимальный формальный рефлекс операции сравнения (например, сравнительный союз), к метафорам — лишь такие, где он отсутствует и уподобление является имплицитным. Несомненно, что эти два вида тропов различаются не только формой [5 Исчерпывающий анализ этих различий см. в [Арутюнова 1990, 2629].], иначе говоря метафора и соответствующее ей сравнение не полностью синонимичны [6 Способы экспликации тонких семантических различий между метафорой и разными формальными вариантами сравнения предложены, напр. в [Вежбицкая 1990], [Туровский 1988].]. В поэтике и риторике отличие метафоры от сравнения (имплицитность, и связанные с ней необязательность мотивации, синтетичность значения и лаконичность), справедливо признаются существенными, поскольку они сказываются на эстетических и “активизационных” качествах речи [7 Ср. следующее мнение: “сокращенность”, недоговоренность, эллиптичность метафоры — источник ее повышенной многозначности и потому предпочтительны для писателей в случаях. когда ясность смысла и не входит в их замысел.” [Чернец, 2001, 16]. Это же свойство метафоры делает ее предпочтительной при реализации прагматической функции сглаживания острых проблем в политическом дискурсе. ].

Pages:     || 2 | 3 | 4 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.